Андрей Пушкаш.

Цивилизация или варварство: Закарпатье (1918-1945 г.г.)

(страница 8 из 54)

скачать книгу бесплатно

   Однако в условиях угрозы интервенции армий соседних государств с целью свержения существовавшей власти основные усилия были направлены на организацию отпора нашествию. В соседних с Венгрией государствах было осуществлено несколько срочных военных мероприятий. Правительства Румынии и Чехословакии распорядились строго закрыть границу и пополнить войска, стоявшие на демаркационных линиях. В то же время они обратились с просьбой к странам Антанты помочь оружием и продовольствием. «Для разгрома большевизма прошу поставок оружия, особенно пулеметов и револьверов и необходимых боеприпасов», – 22 марта телеграфировал чехословацкий министр обороны В.И. Клофач в Париж. С аналогичной просьбой обратился он и к итальянскому правительству. Свои просьбы он подкреплял тем, что «Чехословакия чувствует себя в опасности в результате венгерской большевистской революции и вынуждена будет вмешаться». [172 - Král Václav. Intervenc¡ní válka c¡eskoslovenské burz¡osie proti Mad¡arské sove¡tské republice v roce 1919. Praha, 1954. S. 96–97.] Так же поступил и премьер-министр Румынии И. Брэтиану. Он получил от Д. Ллойд Джорджа английское военное снаряжение на 100 тыс. человек. [173 - Липтаи Эрвин. Венгерская Советская Республика / Пер. с венг. М., 1970. С. 212.] В организации интервенции роль инициаторов взяли на себя генералитет Франции, прежде всего командующий Восточной армией французов Л. Франше д'Эспере, а также руководители ее военных миссий в Румынии и Чехословакии. «Франция просит Румынию и Чехословакию сделать все, чтобы связь венгров с украинцами стала невозможной. Союзники уже предприняли нужные меры, чтобы отделить Венгрию от остальной части Европы. Здесь занимаются идеей создания большой международной армии, чтобы при помощи ее воздвигнуть могучий барьер от Балтийского до Черного моря между российским и среднеевропейским большевизмом», [174 - Breit József. A Magyarország 1918–19. évi forradalmi mozgalmak és a vörös háború története. Bp., 1930. 41. old.] – сообщал в Бухарест 25 марта полковник Димитру, румынский офицер связи при штабе Л. Франше д'Эспере.
   Во исполнение этого плана уже 29 марта было издано распоряжение В.И. Клофача, содержавшее указание 3-й чехословацкой дивизии под командованием французского генерала Эннока оккупировать Подкарпатье.
   Венгерскому правительству было ясно, что для защиты завоеваний социальных свобод нужна надежная боеспособная армия. 25 марта был опубликован декрет о создании Красной армии. Подчеркивая ее классовый характер, в декрете отмечалось, что армия «формируется, прежде всего, из организованных рабочих, включая и находящихся в настоящее время под ружьем воинов-пролетариев». Декрет определил и задачи армии: «все ее воины в равной мере обязаны защищать интересы революционного пролетариата, давать отпор всем его внешним и внутренним врагам, бороться за освобождение мирового пролетариата».
[175 - Népszava. – 1919. – 25.03.]
   Эти меры были необходимыми. Уже в середине апреля Венгрии была навязана война. 16 апреля с востока в западном направлении начали наступление румынские войска, в том числе из района Сигота (Сигет) в юго-восточной части Подкарпатья. Они с боями продвигались в направлении Тячева, Хуста, Севлюша, Берегова. Им оказывали упорное сопротивление отряды народной гвардии и части Красной армии. Особенно кровопролитные сражения проходили в окрестностях Королева и Великой Копани 20–21 апреля. Обороной Севлюша руководил уполномоченный по Угочанскому комитату С. Кутлан. Мне приходилось в середине 1930-х годов в Севлюше слышать рассказы очевидцев о боях по защите города от наступавших румынских войск под руководством моего учителя Кутлана. Румыны наступали с применением пулеметов и артиллерии. После двух дней кровопролитных боев город и окрестности были сданы. В городе началась расправа над потерпевшими поражение. Часть задержанных была расстреляна. Путь на Берегово и Мукачево был открыт. С 23 апреля от Ужгорода на восток в направлении Мукачева начали наступление чехословацкие войска. Другая группа их направилась на юг, в сторону Чопа, но встретила мощное сопротивление.
   Между тем румынские войска 27 апреля с боями взяли Берегово, а на следующий день овладели Мукачевом. 30 апреля в этот город прибыли и чехословацкие войска. Две трети территории Руськой Краины оказалось в руках румынских оккупантов. Народная гвардия и русинская дивизия Красной армии вместе с видными деятелями местных органов власти перед превосходящими силами противника отступили на территорию Венгрии. Воинские части продолжали оказывать сопротивление румынским войскам еще неделю, до 3 мая удерживали Чоп от наступавших чехословацких войск. Таким образом, в начале мая 1919 года все Закарпатье было оккупировано румынскими и чехословацкими войсками. Но отступившие в Венгрию русинские воинские части не сложили оружие. Пополнив свои ряды, русинская гвардия и дивизия вместе с венгерскими частями участвовали в знаменитом наступлении на северо-восток. 21 мая они освободили Мишколц, 5 июня – Шатораляуйхей, прорвали фронт противника и разъединили чешские и румынские армии. В боях за Мишколц участвовали два батальона мукачевской бригады в составе 3-го армейского корпуса. Они принимали участие и в освобождении города Кошице. В битве у Абоша 6–9 июня были разгромлены значительные силы чехословацкой армии. Одновременно (в конце мая – начале июня) отдельный русинский батальон вел бои в районе Требишов – Михайловцы. Его воины освободили эти города и удостоились высокой похвалы главнокомандующего венгерской Красной армии в центральной газете. [176 - Népszava. – 1919. – 23.06.]
   В первой декаде июня венгерские войска, в составе которых сражались и закарпатские русины, сравнительно небольшими силами при активной поддержке словацких рабочих заняли ряд городов. 11 июня 1919 года они вышли у Бардеева к вершинам Карпат, не имея перед собой серьезных сил противника. На южных склонах Карпат, в западной части Подкарпатья находились отрезанные от основных сил, к тому же полностью деморализованные чехословацкие части. В Ужгороде восстал считавшийся надежным 66-й пехотный полк чешских легионеров. Он был пополнен мобилизованным местным населением. Большая часть восставших разбежалась. [177 - ЗОГА. Ф. 29. Оп. 3. Д. 706. Л. 89.] Путь для венгерской армии в Подкарпатье и Галицию был открыт. С ее передовыми отрядами, продвигавшимися с юга к перевалам, вступали в контакт партизанские отряды Подкарпатья и Галиции. Одна из поставленных перед наступавшими войсками задач – прорыв созданного единого фронта интервентов – была осуществлена. «Целью освободительных боев, – говорил правительственный комиссар северо-восточного фронта Тибор Самуэли после освобождения Кошице, – является разъединение чешской и румынской армий и осуществление соединения с русской Красной Армией». [178 - Vietor Martin. Slovenská sovietska republika v r. 1919. Bratislava, 1955. S. 176.] Эти события вызвали подъем революционной борьбы в Словакии. В Восточной и значительной части Центральной Словакии создавались местные советы, которые брали власть в свои руки. 16 июня в Прешове была провозглашена Словацкая советская республика.
   В период северо-восточного наступления по решению «совета четырех» Ж.Б. Клемансо предъявил венгерскому правительству ряд ультиматумов с требованием прекратить наступление против Чехословакии и отвести венгерские войска за определенную для Венгрии демаркационную линию. Ноты сопровождались то угрозами, то посулами. В конце концов советская власть в Венгрии была свергнута путем правительственного переворота 1 августа.
   После свержения советской власти в Руськой Краине в мае 1919 года в Ужгороде на заседании Центральной руськой народной рады было поддержано решение Американской угро-руськой народной рады о присоединении края к Чехословацкой республике. Председателем Центральной руськой народной рады был избран Антон Бескид. Это произошло 8 мая, а 20 мая в Прагу прибыла из Ужгорода делегация в составе 114 человек с целью вручить чешским правителям решение Центральной рады о согласии на присоединение края к Чехословацкой республике. Приемом, оказанным делегации в столице Чехии, делегаты были вполне удовлетворены. Об этом свидетельствуют речи, произнесенные в Праге Антоном Бескидом, Григорием Жатковичем (которого Центральная руськая народная рада рекомендовала на постминистра по делам Подкарпатской Руси в правительстве Чехословакии) и Августином Волошиным. Он в своих воспоминаниях отметил, что из Праги «возвратились домой с надеждой на лучшее будущее». [179 - Волошин Августин. Спомини. Релігійно-національна боротьба карпатських русинів-українців проти мадярського шовінізму. Филадельфія, 1959. С. 55.]
   Ясинская рада заявляла, что она признает только решение Хустского съезда от 21 января 1919 года, то есть присоединение Подкарпатья к Украине. Но Е. Пуза посоветовал ей согласиться с решением Центральной руськой народной рады, чтобы не допустить раздела края на три части.
   Положение на Украине и в Закарпатье было сложным. Неоккупированной оставалась пока только Гуцульская республика. 11 июня 1919 года румынский спецотдел из Сигота добрался до Ясиня и начал аресты членов народной рады. Суд приговорил Степана Клочурака к шести месяцам интернирования. Он был освобожден через три месяца из румынской крепости Брашов и уехал на Украину, присоединившись к остаткам петлюровских войск. На Днестре около Могилева командовал сотней (ротой). В своих воспоминаниях он описал беспорядки, анархию, царившие в петлюровских войсках. После Винницы последним общим пристанищем двух украинских правительств – Директории и Западно-Украинской народной республики – был Каменец-Подольский. Как пишет Клочурак, «на главной площади Каменец-Подольска отдал честь атаману С. Петлюре и президенту ЗУНР Е. Петрушевичу. Но через несколько дней наши правительства и войска разбежались в три стороны». Директория во главе с Петлюрой – к полякам, Е. Петрушевич – к румынам, а галицкая армия – часть к Деникину, а другая – к советской власти. «А мы из Угорской Руси – в свою сторону». [180 - Клочурак Степан. До волі. Нью-Йорк, 1978. С. 176–180.]
   В то время на территории Украины побеждала советская власть. По своему менталитету все лидеры Закарпатья того времени (не считая сторонников советской власти, отступавших с войсками вглубь Венгрии) были воспитаны в основном в клерикальном духе. Они предпочли присоединиться к далекой и неведомой им Праге, веря в обещание автономии, хотя уже тогда многие из них понимали, что эти обещания останутся пустым звуком. Лидеры Закарпатья того периода, священники или выходцы в основном из семей священнослужителей, согласились на долгую (до 1923 года) военную оккупацию края. В 1920 году чешские войска оккупировали всю территорию Подкарпатской Руси. Румыны вынуждены были покинуть захваченную ими часть края по требованию мирной конференции.
   По решению Сен-Жерменского мирного договора от 10 сентября 1919 года Подкарпатье было включено в состав Чехословакии на правах автономного края. Но чешским властям удавалось на протяжении двух десятилетий не выполнять взятые на себя обязательства по мирному договору. Они сумели сохранить населенную русинами Пряшевщину (от Попрада до Ужгорода) под своей властью.



   Население Закарпатья решение мирной конференции о включении края в состав Чехословацкой республики восприняло в надежде на улучшение своего положения в славянском государстве. Трудности заключались в том, что переход из одного государства в другое и притом из одной общественно-экономической формации в другую – дело непростое. Ситуация осложнялась еще и тем, что переход осуществлялся военным путем, причем двумя государствами – Чехословакией и Румынией. Если население края еще возлагало какие-то надежды на помощь со стороны Чехословацкой республики, то этого нельзя сказать в отношении Румынии – ее войска вели себя грубо, часто прибегали к насилию, репрессиям, подавлению недовольства местного населения. Не уступали им в западной части края и чешские легионеры.
   Немного времени понадобилось для того, чтобы населению стало ясно: чешские правители его просто обманули широковещательными обещаниями.
   Еще до Сен-Жерменского мирного договора от 10 сентября 1919 года французский генерал Эдмон Эннок, подписывавшийся на воззваниях к населению «верховным главнокомандующим Подкарпатской Руси», 6 июня 1919 года своим приказом провозгласил военную диктатуру. Румынские оккупационные войска из восточной части края были выведены только в июне 1920-го, но Эннок 18 ноября 1919 года распространил военную диктатуру на всю Подкарпатскую Русь. В конце того же года Эннока сменил генерал Пари, но военная диктатура в крае сохранилась до 1923 года.
   В начале июля 1919-го в Праге президент Томаш Масарик, министр внутренних дел Антонин Швегла и Григорий Жаткович обсуждали ряд нерешенных проблем, в том числе границы между Словакией и Подкарпатской Русью, а также организацию администрации в крае. Совещание проходило не в духе предположений Жатковича, а в духе намерений его партнеров – в основном обсуждалось, как бы уйти от обещаний широкой автономии. Не считаясь с мнением Жатковича, Масарик поддержал Швеглу, и в конце июля Прага прислала в Ужгород чешского чиновника Яна Брейха с заданием организовать гражданскую администрацию. Через три недели он уже официально возглавил ее.
   Чехословацкое правительство 12 августа учредило для Подкарпатской Руси временную директорию в качестве совещательного органа при военной администрации. Председателем ее был назначен Григорий Жаткович, членами были Юлий Бращайко, Августин Волошин, Ю. Гаджега, К. Прокоп и Э. Тороньский.
   Временная директория с совещательными полномочиями взялась за подготовку законопроектов, необходимых для обустройства автономного края. Она пыталась оказывать влияние и на военного диктатора, и на гражданскую администрацию, но успеха не имела, с ее рекомендациями никто не считался. Григорий Жаткович продолжал надеяться, что ему удастся переломить ситуацию, несмотря на то что ему была известна позиция министра внутренних дел. Он рассчитывал на поддержку со стороны президента Томаша Масарика.
   В октябре 1919 года А. Швегла вместе с администратором Яном Брейха подготовили проект генерального статута об организации и администрации Подкарпатской Руси. На этом этапе Жаткович вновь проявил активность: он внес в проект значительные поправки, изменения, дополнения и предложения и вручил документ президенту Масарику. [181 - Z¡atkovic¡ G. Exposé dr. G. I. Z¡atkovic¡e, byvs¡eho gubernatora Podkarpatskoj Rusi – Homestead. S. A. P. 26–28.] После незначительных изменений, сделанных рукой президента, [182 - Masaryk T.G. Cesta demokracie. 1918–1920. Praha, 1934. T. I. S. 466–469.] проект был утвержден чехословацким правительством, и генерал Эннок с администратором Брейхом опубликовали его в виде воззвания к народу 18 ноября 1919 года.
   Председатель руськой директории Григорий Жаткович заявил в Ужгороде газете Kоzlоny, что для организации управления руськой автономной территорией готовится и вскоре будет опубликован специальный документ – статут. [183 - Közlöny: Uzshorod. – 1919. —26.09.] В нем говорится, что подкарпатский руський народ – народ свободный и Чехословацкая республика взялась за организацию автономного управления в тех делах, в которых, по решению парижского договора, народ имеет право на самоопределение, еще до того, как будет возможность созвать национальное собрание. [184 - HL. Magyar Nemzeti hadsereg fovezérsége. 1919. II. c. oszt. 1222/420, 440.1.]
   В первой части статута изложены положения Сен-Жерменского мирного договора (статьи 10–13), касающиеся Подкарпатской Руси. Во второй части рассмотрены такие проблемы границ руськой территории: демаркационная линия, разделяющая словаков и русинов, проходит от села Чоп до северной окраины города Ужгорода. Причем так, что железная дорога отходит к Словакии, а территория на восток и город Ужгород на север по реке Уж до Карпат и вся территория на восток от этой линии будет принадлежать к руському государству и считаться руськой автономной территорией; южная граница Руськой автономной территории определена мирной конференцией так, что граница Венгрии проходит южнее Чопа, а начиная от Чопа железнодорожная линия останется на руськой территории вплоть до Мараморош-Сигота. Сам город отходит к Румынии. Далее граница проходит вверх по течению Тисы на север и соответствует границе между Венгрией и Галицией; поскольку часть руського народа по решению мирной конференции составляет национальное меньшинство в Словакии, то чехословацкое правительство предложило представителям двух народов договориться о возможности включения компактной руськой территории в Словакии в состав территории руськой автономии. В данном вопросе чешские представители кривили душой. Достаточно припомнить, как они с самого начала возникновения вопроса о возможном присоединении Подкарпатья к Чехословакии поспешно и без шума добились согласия стран Антанты и оккупировали территорию проживания русинов на запад от Ужгорода. Они знали, что словаки в этом вопросе русинам на уступки не пойдут. Представители Подкарпатской Руси на протяжении двух десятилетий постоянно поднимали эту проблему, но пражские и братиславские представители оставались на своей позиции.
   Часть статута «Наименование, язык и школа» определила, что до решения законно избранного парламента руськая автономная территория будет именоваться «Подкарпатская Русь». Наряду с этим можно использовать название «Русинско» (по-чешски – Русиния). Документ предполагает, что официальным языком и языком преподавания во всех школах будет язык местного народа. Языком обучения в первых классах школы будет руський, обучение на нем будет продолжаться и в высших классах школы. В высших классах школы будут преподавать и венгерский язык, но обучение руському языку обязательное. Школы венгерского национального меньшинства, как и всех меньшинств в республике, защищены мирной конференцией договорами о меньшинствах, законами и постановлениями республики.
   Для обеспечения порядка и закладки основ нового государства и администрации автономии создается временная директория, которая будет функционировать как совещательный орган. В обобщающем обзоре о Чехословакии от 3 января 1920 года для главного командования венгерской национальной армии сказано: «Председатель Руськой директории малорус д-р Григорий Жаткович. Членами Директории были назначены: малорус Августин Волошин, чех д-р Брейха, майор Евгений Пуза, адвокат из Старой Любовни д-р Эмил Тороньский, адвокат из Хуста д-р Юлий Бращайко и д-р Юлий Гаджега». [185 - HL. MNHV. 1920. 101/1, 269.1.]
   Итак, директория была учреждена чехословацким правительством задолго до принятия генерального статута, она в качестве комиссии занималась вопросами языка, школы, решала административные вопросы, рекомендовала назначить или уволить тех служащих, которым администрация поручила вести дела. Служащих и персонал обслуживания назначал администратор (даже и для директории), они были ему подчинены и перед ним ответственны.
   Если администрация и директория не достигли согласия по каким-либо вопросам, то это намечалось предоставить для решения президенту республики или уполномоченному им для этого лицу, исключая администратора. Приговор президента или его уполномоченного окончателен и обязателен к исполнению. До решения дело оставалось в подвешенном состоянии. Ведомства администрации и директории прекратят свое существование, как только вступит в силу конституция руськой автономии, которая будет осуществлена на основе решений мирной конференции.
   Выборы членов руського парламента (по предписанию генерального статута) должны были быть проведены не позднее 90 дней после выборов депутатов в парламент Чехословакии.
   Деятельность администрации и директории объявлялась временной и преходящей, их права и обязанности не могли рассматриваться прецедентом на будущее. [186 - Ibid. 1919. II.c. oszt. 1222/420. 440.1.]
   Подписанное Эдмоном Энноком и подготовленное к печати обращение к населению о генеральном статуте по приказу министра внутренних дел завизировал администратор Ян Брейха.
   Правительство Чехословакии в то время было занято подготовкой проекта конституции страны и ее административным разделом. Подкарпатскую Русь сначала поделили на четыре жупы (Ужгородскую, Мукачевскую, Береговскую и Мараморошскую), а позже, в августе 1921-го, был проведен новый административно-территориальный раздел края на три жупы:
   Ужгородскую с центром в Ужгороде и округами Ужгородским, Середнянским, Перечинским и Велико-Березнянским;
   Береговскую с центром в Мукачеве и округами Мукачевским, Нижне-Верецким, Свалявским, Росвиговским, Иршавским, Косинским, Тисагатским, а также городами Мукачево и Берегово;
   Мараморошскую с центром в Хусте и округами Тячевским, Тересванским, Велико-Бычковским, Раховским, Хустским, Долганским, Воловским и Велико-Севлюшским.
   В связи с подготовкой конституции Чехословацкой республики и выборов в ее законодательный орган директория Подкарпатской Руси пыталась активизировать свою деятельность. Выдвигались требования политического (в том числе пересмотр объявленной границы между Словакией и Подкарпатьем, осуществление автономии) и экономического характера. Чешские власти обходили их стороной, потому что не считали их входящими в компетенцию директории, а администрация Яна Брейха просто игнорировала их.
   Не такой представлял свою роль в Закарпатье Григорий Жаткович, отправляясь из США на свою бывшую родину, как получалось на практике. В конце 1919 года генерал Эдмон Эннок был заменен на посту военного диктатора французским генералом Пари. В этой ситуации Жаткович направил чехословацкому правительству письмо с требованием отозвать с поста руководителя администрации Подкарпатья Яна Брейха.
   Но премьер не спешил с ответом. В конце января 1920 года директория во главе с ее председателем Жатковичем отправилась в Прагу на встречу с президентом Томашем Масариком и вручила ему свой ультиматум. Основные требования к чехословацким властям сводились к следующему: признать в письменной форме право края на обещанную автономию, подтвердить переход бывшей государственной собственности королевства Венгрии на территории Подкарпатской Руси «в собственность нашего края». Далее предлагалось назначить в составе правительства Чехословакии министра без портфеля по делам Подкарпатья, упразднить существование администрации и директории как отдельных учреждений, назначить временного, но полновластного губернатора с правом назначать служащих автономного края, с титулом советника. После назначения президентом губернатора предлагалось упразднить военный режим. [187 - Нариси історії Закарпаття. Т. 2. С. 119–120.]
   Пражские власти и на этот раз не спешили, и директория 19 февраля 1920 года подала в отставку.
   Через 10 дней, 29 февраля 1920 года, была принята конституция Чехословацкой республики. В ней были зафиксированы основные положения Сен-Жерменского мирного договора, касавшиеся Подкарпатья, с некоторыми редакционными уточнениями в пользу центральной пражской власти. Но это особого значения не имело, поскольку обещание автономии Подкарпатью осталось только на бумаге, осуществлять его на практике власти не собирались. В то же время конституция Чехословакии по своим декларативным заявлениям в период между двумя мировыми войнами была самой демократичной в Средней Европе. [188 - Zbírka zákonu a nar¡izeni statu Československého. Praha. 1920. Č. XXVI. S. 255–256, 265–266.] Уже ее общие положения обеспечивали населению края, прежде всего в области политической жизни, больше прав, чем у него было в прежние столетия.
   В апреле 1920 года в Чехословакии прошли выборы в парламент. Закарпатье в них участия не принимало: не только центральное правительство, но и местная власть в Ужгороде боялись, что недовольное политикой правительства население края может проголосовать против него. Основания для такого вывода безусловно были: обанкротившиеся советники администратора, входившие ранее в директорию и Центральную руськую народную раду, знали настроения в народе и проводить выборы не рекомендовали. В условиях голода в горных районах, о чем писал властям Августин Волошин, и экономического кризиса это вообще было рискованно.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54

Поделиться ссылкой на выделенное