Андрей Посняков.

Секутор

(страница 4 из 22)

скачать книгу бесплатно

   Перед майскими календами – в конце апреля. Уже совсем скоро. Рысь не знал, радоваться этому или нет. Если он замыслил бежать, то, пожалуй, в побег лучше сорваться с виллы. Значит, времени осталось не так уж и много, почти совсем ничего. Войдя в каморку, юноша плотно прикрыл за собой дверь, немного подождал, прислушиваясь, а потом согнулся и полез под ложе – там, в стене, под отвалившимся куском штукатурки, он устроил тайник. Стараясь не шуметь, Рысь вытащил кирпич, нащупал холщовый мешочек с маленькими медными кружочками – ассами. На одной стороне была изображена голова какого-то императора, на другой – боевой корабль. Всего ассов насчитывалось десять, что составляло два с половиной сестерция. Малость… Юноша вздохнул. Только одни боги знают, как ему пришлось рисковать, чтобы заработать хотя бы это. Один раз помог копать колодец в соседней деревне, с разрешения вилика и под присмотром стражи. Однако Рысь еще и выровнял стены колодца, тайком получив три асса; потом как-то вместе с другими рабами вытащил застрявшую в грязи повозку, а однажды, пользуясь недосмотром стражника, продал местным крестьянам пару господских кур – сошло, списали на лис. Так вот и скопились деньги. Мало, конечно. Впрочем, не так уж и мало – два асса стоила целая курица, а средний кувшин вина – пять ассов. Если что, голодать в пути не придется. Не поленившись, Рысь осторожно высыпал монеты на пол… О, боги! О, Световит, Семаргл, Велес! У него ж было всего десять ассов… А тут! Звеня, выкатились из-под ложа несколько серебряных денариев. Откуда?!
   В дверь осторожненько постучали.
   – Сейчас, сейчас! – Рысь опрометью бросился собирать деньги, засунул под ложе мешочек. – Входите.
   Вошел Лициний. Улыбаясь, тряхнул кудрями, уселся на ложе, вытянув обутые в щегольские домашние сандалии ноги. Он был одет в две туники – нижнюю, коричневато-желтую, с длинными узкими рукавами, и верхнюю, широкую, синюю, без рукавов, спадающую красивыми складками и подпоясанную узким наборным поясом. Пожалуй, так богато не одевался и вилик.
   – Астиний просил научить тебя кой-чему… Что этот у тебя тут? – Лициний взял лежащую на небольшой полочке восковую дощечку, прочитал вслух: – Фуэро, фуэрис, фуэрит, фуэримус… Учишь?
   Рысь молча кивнул, бросив неприязненный взгляд на нахального гостя. А тот, словно и не заметив, встал, заложив руки за спину, принюхиваясь, поморщил нос:
   – Что это? Сальная свечка? Ну и вонь… Идем-ка лучше ко мне, там хоть… Ого! – Лициний вдруг посмотрел в угол, нагнулся… И поднял с пола блестящую серебряную монету. – Богато живешь! Денариями разбрасываешься, а я вот пока себе позволить такого не могу.
   Рысь отошел к двери, лихорадочно соображая, что делать. Ловким движением руки перебить нахалу шею да броситься бежать? Пожалуй, так и придется поступить, иного выхода…
   – Только не надо бросаться на меня, словно дикий зверь, – неожиданно улыбнувшись, замахал руками Лициний и внезапно понизил голос. – Это я спрятал свои монеты в твой тайник.
Вилик не доверяет мне и часто делает обыски в комнате.
   – Ты? Твои…
   – Да, да… А что тут такого? Астиний как-то послал меня посмотреть, все ли в порядке в каморке будущего номенклатора. – Гость тихо рассмеялся. – Собрался бежать? Молчи, молчи, иначе зачем тебе деньги? Не бойся, я не выдам, даже наоборот…
   – Наоборот?
   – Я сам собрался бежать! – оглянувшись на дверь, прошептал Лициний. Красивое лицо его на миг озарилось решимостью, карие глаза смотрели настороженно и цепко.
   – Ты? – изумленно переспросил Рысь.
   – Да, Юний, я, – гость кивнул. – Я оскорбил хозяйку, и Авл, ее супруг, сослал меня сюда, сказав ей, что продал на каменоломни. Видишь ли, я помогал хозяину в коммерческих делах, и он не хотел бы меня терять, если бы не Клавдия, матрона. Вот уж поистине чудовище! Хозяин так и не смог ее уговорить, а вчера я узнал от Астиния, что Клавдия намеревается вскоре посетить виллу. Авл не станет ссориться с нею из-за меня. Казнит – и вся недолга. Клавдия очень любит смотреть, как распинают непокорных рабов. – Лициний тяжело вздохнул и положил руку на плечо Рыси. – Идем, Юний. Научу тебя заворачивать тогу… Хотя кто сейчас носит эти тоги? Разве что в Риме, во дворце императора Александра, куда так стремится попасть наш хозяин, Авл Галлий Флор.
   – Ты сказал, что собираешься бежать, – войдя в комнату Лициния, напомнил Рысь.
   – Да, собираюсь, – тихо подтвердил тот. – И как можно быстрее. Не очень-то хочется оказаться распятым, знаешь ли.
   – Так, может… – Рысь почти поверил ему, но все же немного замялся.
   – Бежим вместе? – В глазах Лициния вспыхнула буйная радость. – Ты это хотел предложить?
   – Ну да.
   – Бежим… Вот тебе моя рука. Мы исполним свое дело, клянусь Везуцием!
   – Клянусь Семарглом, – пожимая протянутую руку, негромко повторил Рысь.
   – Послушай-ка, Юний… А правду говорят, что твой отец был вождем, рексом?
   – Да, – подняв глаза, коротко ответил Рысь и исподлобья взглянул на Лициния – зачем он это спросил?

   Уже у себя в каморке юноша усомнился: а правильно ли он поступил, доверившись этому привилегированному рабу? Может, было бы гораздо лучше свернуть ему шею? А коли не свернул, то… то стоит быть готовым ко всему. Кто знает, может быть, сейчас, под утро, ворвутся в комнату вооруженные стражи, схватят, заламывая за спину руки… и тогда распинать на перекладине будут уже не Лициния, а его, Рысь! Впрочем, что сделано, то сделано. Что ж, если Лициний предаст, пусть ворвутся – еще посмотрим, кто кого! Ему-то, Рыси, терять совершенно нечего…
   Никто не ворвался. И вилик целый день вел себя как обычно, а встретившийся у таблиниума Лициний, словно бы не узнавая сообщника, скользнул по его лицу равнодушным взглядом и, вдруг оглянувшись, весело подмигнул, тряхнув светлыми кудрями. Значит, вот так вот! Бежим!
   Ближе к ночи Лициний вновь заглянул к Юнию-Рыси. Уже говорили не таясь, более конкретно обдумывая пути и возможности бегства. Идею Рыси насчет пути на восток Лициний отверг сразу:
   – Сам подумай, что говоришь, Юний! Ты же с востока, значит, тебя и будут ловить на дороге в Ротомагус и вообще в той стороне, как и меня – на южной. У Галлия Флора много соглядатаев и тайных слуг, не забывай: он же эдил. Нам нужно всех их обмануть, поэтому мы пойдем на север, в Алауну, там сядем на корабль до Белгики, где и простимся. Я пойду на юг, в Нарбоннскую Галлию, а ты… похоже, направишься в колонию Агриппина?
   – Да, – кивнул Рысь. – Думаю, мне туда. А не слишком ли долго будет делать такой крюк?
   – Лучше уж пойти обходным путем, чем быть сразу же схваченным, – убежденно отозвался Лициний.

   Они бежали через неделю после этого разговора, за пять дней до майских календ. Укрылись среди навоза в большой крестьянской повозке, потом, не доезжая до Августодурума, спрыгнули – возница как раз отошел к ручью напиться. Спрятавшись в кустах, переждали, пока воз отъедет, выкупались здесь же в ручье, выстирали одежду и разлеглись на траве, подставив тела яркому солнцу. Воздух был свеж, вокруг, насколько хватало глаз, тянулись пологие, покрытые зеленью холмы, изредка перемежавшиеся дубовыми и буковыми рощицами. Кое-где росли раскидистые корявые сосны, а взбиравшаяся по склонам холмов дорога – прямая, словно стрела, – уходила куда-то к морю, откуда изредка налетали порывы влажного соленого ветра.
   – Там и в самом деле море, Лициний? – Приподнявшись, Рысь вытянул руку.
   Лициний кивнул:
   – Да.
   Рысь вдруг напрягся, вглядываясь в участок дороги, оставшийся позади:
   – Кажется, всадники… Погоня?
   – Так быстро? Не может быть. – Лициний вскочил на ноги, всмотрелся и неожиданно громко рассмеялся. – Это не за нами. Смотри, они охраняют обоз. Да и вряд ли будут перекрывать эту дорогу – путь в никуда. А вот в Августодуруме – во-он, видишь стены? – так там наши приметы скоро будет знать каждый. Нам бы побыстрей его обойти.
   – Так что же мы тут сидим? – удивился Рысь.
   – Одежда же еще не высохла.
   – Ну и что? Высохнет и на нас. – Юноша быстро натянул узкую, еще сырую тунику, чуть пахнущую навозом. Все же не удалось ее как следует отстирать. Ничего, по пути выветрится.
   – Ладно, идем, – одеваясь, покладисто согласился Лициний. – Если встретится кто любопытный – мы с тобой вольноотпущенники, идем в Алауну наняться на земляные работы, там как раз строят стену.
   Рысь молча кивнул, и беглецы быстро зашагали дальше. Не доходя до Августодурума, они свернули на лесную дорогу, быстро превратившуюся в узенькую тропинку, со всех сторон окруженную густыми зарослями. Солнечно-веселая липа, желтый дрок, клены вскоре сменились могучими дубами и сумрачными корявыми елями. Идти стало труднее – то и дело тропу преграждали овраги и поваленные ветром стволы.
   – Ты и в самом деле знаешь, куда идти? – когда остановились немного передохнуть, спросил своего спутника Рысь.
   Тот лишь ухмыльнулся:
   – Конечно! Я же здесь вырос.
   Ответ этот что-то не очень понравился Рыси, впрочем, он не стал ничего говорить. Подкрепившись прихваченными с виллы лепешками и вареным мясом, беглецы напились из ручья и продолжили путь. Так никто и не встретился им на пути до самой ночи, лишь где-то далеко слева вдруг залаяли псы, полаяли и перестали. А когда наступили сумерки, беглецы увидели невдалеке за деревьями ярко пылающий костер. Он горел, сухо потрескивая и рассыпая искры, прямо на тропе, и Рысь предложил обойти кустами.
   – Не стоит, – отмахнулся Лициний. – Это всего-навсего пастухи-галлы. Заночуем у них в шалаше, тут слишком много волков.
   В этот миг где-то совсем рядом громко залаял пес. Затрещали кусты, и Рысь поднял прихваченную по пути палку. Выскочив на тропу, собака – большой, белый, с рыжими подпалинами зверь – оскалила зубы и угрожающе зарычала.
   – Стой, Карах, – закричали сзади.
   Пес оглянулся, вильнув хвостом. Вышедший из лесу здоровенный детина не внушал Рыси никакого доверия: красноносый, до самых глаз заросший густой темно-каштановой бородою, одетый в браки, с перекинутой через плечо козлиной шкурой и увесистой дубиной в левой руке, он больше напоминал разбойника, нежели мирного пастуха. Впрочем, Лициний, похоже, очень даже ему обрадовался:
   – Приветствую тебя, добрый человек. Не видал ли ты здесь поблизости кервезию, украшенную веточками омелы?
   Рысь с удивлением оглянулся на своего спутника. Насколько он знал галльский, кервезия – шапка из оленьей шкуры. Никакой такой шапки у Лициния не было, тем более – украшенной омелой. Чего ж он тогда спрашивает? Заговаривает зубы? Или просто нашел подходящую фразу для начала беседы?
   Пастух – или разбойник? – вдруг волшебным образом изменился. Придержав собаку, широко улыбнулся, словно встретил самых близких своих родичей, гостеприимно пригласил к костру.
   – Идем, идем. – Лициний потянул Рысь за руку. – Тут мы перекусим и выспимся.
   Пожав плечами, Рысь послушно пошел к костру – судя по всему, пока никакой опасности не было. У костра сидели еще трое галлов – все в браках, один, постарше, в козлиной шкуре, а второй, ровесник ребят, голый по пояс. Волосы того, что постарше, были зачесаны назад на манер конской гривы, на поясе его белели птичьи черепа. Странная мода.
   Галлы молча пригласили гостей к костру, накормили вкусной мясной похлебкой с каким-то травами и напоили хмельным сидром. Поговорили так, ни о чем: о ценах, о видах на урожай, о погоде. Похоже, пастухи не отличались особым любопытством, да и Лициний у них ничего не выпытывал. А ведь, наверное, стоило хотя бы спросить дорогу да и вообще побольше узнать о всякого рода слухах.
   – Вряд ли они что знают, – устраиваясь поудобнее в шалаше, шепнул Лициний. – Это же пастухи, серость. Живут тут с апреля и почти до самой зимы, пасут своих коз.
   «Странное место для коз, – засыпая, подумал Рысь. – Лес один кругом, урочища. Где ж им тут пастись?»
   Утром козопасы накормили ребят жареной дичью и, немного проводив, поклонились:
   – Идите по этой тропе до самого болота, а там увидите.
   «Что увидите?» – хотел было спросить Рысь, но Лициний уже потащил его прочь. Рысь все же остановился, оглянулся помахать на прощанье галлам, да те уже почти скрылись из виду. За плечами у одного из них, из-под распахнутой ветром козьей шкуры, виднелся длинный меч-спата в черных кожаных ножнах. Зачем пастуху меч?! Отбиваться от волков?
   Лес неожиданно кончился, с обеих сторон потянулись луга, ручейки, пастбища, кленовые рощи. Рядом за густым кустарником журчал широкий ручей, через который был перекинут узенький мостик. Около мостика дорога раздваивалась – одна тропинка так и шла вдоль ручья, исчезая в лесу, другая, круто забирая влево, пересекала мостик и, заметно расширяясь, вела на вершину холма, где виднелись там и сям разбросанные хижины, крытые старой соломой.
   Лициний остановился у мостика и почесал затылок:
   – Нам, пожалуй, сюда, ведь пастух говорил: все прямо, не так ли?
   – Да, так, – кивнул Рысь, и беглецы, напившись из ручья, дружно зашагали к лесу.
   Могучие дубы и сосны быстро сменились ясенем, орешником, ивой и бузиной. Стало заметно сыро – под ногами зачавкала болотная жижа. Сделав еще несколько шагов, идущий впереди Лициний внезапно провалился чуть ли не по пояс! Вскрикнув, он схватился руками за траву и папоротники. Не теряя времени даром, Рысь лег на живот и постарался выдернуть парня из трясины.
   Хорошо, тот погрузился неглубоко и через некоторое время все-таки выбрался на относительно сухое место. В трясине остался только щегольской башмак – не выдержав, лопнули поддерживающие его ремни.
   – Так и знал, что в мастерской Арбония делают плохую обувь! – Посмотрев на голую пятку, Лициний яростно сплюнул и, с проклятьями сняв второй башмак, с размаху забросил его в трясину. Ну не идти же в одном?
   – Да будет вам в помощь Везуций, юноши!
   Ребята оглянулись и увидели перед собой неожиданно появившегося человека – немолодого мужчину с проседью в бороде, в длинном черном плаще поверх туники. На поясе незнакомца висел внушительных размеров кинжал, черные глаза смотрели настороженно и жестко.
   – Видать, заблудились?
   – Нет. – Поднявшись на ноги, Лициний вытер с лица пот, оставив на лбу жирную полосу грязи. – Я здесь не так давно потерял оленью шапку, кервезию…
   – Ах кервезию…
   – С веточками омелы.
   – Что ж, – незнакомец серьезно кивнул. – Идите за мной, иначе утонете в трясине.
   Рысь молча шагал последним. Конечно, ему очень хотелось узнать у Лициния, что за шапка такая, одно упоминание о которой делает всех встречных-поперечных добрыми и предупредительными. Поистине волшебная шапка!
   Обойдя болото, путники оказались в урочище – глубокий овраг, бурелом, закрывающие небо огромные корявые дубы-великаны. Мрачное место.
   Проведя ребят через болото, проводник исчез, словно провалился сквозь землю – вот только что был и нету. Бросив настороженный взгляд вокруг, Рысь приметил средь ветвей высоких деревьев быстро промелькнувшие тени. Человеческие, не звериные, тут-то глаз был наметан! Значит, провожатый был в лесу не один. Интересно, что он тут делал вместе с теми, что прятались на деревьях? Что это вообще за люди? Тоже пастухи?
   – Нет, это всего лишь беглые рабы и колоны, – с усмешкой пояснил Лициний. – Такие же обездоленные, как и мы. Только они никуда не бегут, скрываются здесь.
   – Так ты о них знал? – обиделся Рысь. – Почему ж не сказал раньше?
   – Не думал, что они еще здесь. Ходили слухи, что до них добрались римляне. Заночуем тут. – Лициний кивнул на небольшую поляну. – Мы здесь в безопасности.
   – В безопасности? – недоверчиво усмехнулся Рысь. – А эти беглые рабы не захотят нас ограбить?
   – У нас есть что брать?
   – Ну… сестерции, ассы…
   – Брось, Юний! Это не такие большие деньги. Бывшие рабы предпочитают грабить купцов… Ты расслышал про оленью шапку? – последнюю фразу Лициний произнес на чисто галльском наречии, безо всякой примеси римских слов.
   Рысь понимал галльский не очень хорошо, но понимал, набрался опыта еще на вилле, в чем, однако, сейчас не признался:
   – Я ведь знаю лишь несколько фраз. А твои последние слова вообще не понял.
   – Ах, так вот, – Лициний почему-то заметно успокоился и, оглядевшись, указал вперед. – Вон, охотничья хижина. Там и заночуем.
   Интересная оказалась хижина. Большая, приземистая, сложенная из толстых бревен, с крепкой дубовой дверью, больше напоминавшая какой-нибудь амбар или… эргастул – тюрьму для непокорных рабов! И оконца такие же маленькие, под самой крышей, узкие, не пролезешь.
   – Зайдем? – Отворив тяжелую дверь, Лициний застыл на пороге.
   Рысь кивнул, готовый к… сам еще не понимая до конца, к чему. Однако вся его интуиция, весь инстинкт охотника и сына варварского вождя словно бы кричали: опасность! А ведь Лициний явно заманивает его в хижину! Вон как ласково улыбается, заходи, мол, увидишь, как тут здорово. Внутри и в самом деле оказалось неплохо: стол, очаг, сложенный из круглых камней и застланные сухой желтой соломой лавки-ложа. На одной из лавок был расстелен широкий козий плащ. Так и хотелось лечь, вытянуться. Рысь осмотрелся вокруг: не так далеко, за деревьями, что-то блестело. Озеро?
   – Спать будем потом. – Он улыбнулся. – Сначала бы выкупаться.
   – Выкупаться?
   – Да, я заметил там, за деревьями, озеро.
   – Озеро… – эхом повторил Лициний и с видимой неохотой кивнул: – Ну да, конечно. Идем.
   – Погоди…
   Рысь пристроился к углу дома, якобы справить малую нужду, едва не споткнувшись о прислоненную к стене крепкую палку. Улучил момент, когда Лициний уже отошел, быстро осмотрел дверь.
   Крепка, надежна… А что это за выбоина – ручка? Не похоже… Юноша оглянулся… Ага! Если захлопнуть дверь и подпереть ее палкой, вставив один конец в выбоину, а другой воткнув в землю, то из хижины без посторонней помощи не выберешься ни за что! Странные приспособления для охотничьей хижины! Ладно…
   В два прыжка Рысь догнал медленно идущего по тропинке Лициния, хлопнул по плечу:
   – Ух, сейчас выкупаемся! Смоем грязь – хорошо.
   – Да, – со вздохом согласился парень. – Только вот вода холодноватая.
   – Ничего, в ручье холодней была. Ты куда, ведь прямо ближе!
   – А там не пройти – трясина, я уже проверял. Давай обойдем лучше.
   Рысь пожал плечами:
   – Обойдем так обойдем.
   Он посмотрел вперед и вдруг замер. Там на берегу кто-то стоял! Огромный, рогатый, в три человеческих роста… Идол! А ветви окружавших его деревьев были измазаны красным.
   – Что ты там увидел? – Лициний подозрительно прищурился.
   – Лес… – тихо промолвил Рысь. – Он почему-то красный.
   – Да где красный-то? – возмутился Лициний. – Кажется тебе все, вот что… К тому же – закат.
   И правда, клонящееся к закату солнце окрашивало вершины деревьев алым цветом крови. Красивый был закат, красивый… и страшный, уж слишком кровавый.
   Искупавшись, Рысь натянул тунику и быстро пошел к хижине, так что чуть поотставший Лициний едва поспевал за ним, что-то приговаривая на ходу. А Рысь думал. Ситуация ему все больше не нравилась. Эти лжепастухи, мужик у болота… Они явно что-то охраняли. Путь? К чему, к идолу? А может, он напрасно сгустил краски – здесь всего лишь логовище беглых рабов? Очень может быть. Может быть, что и напрасно, а вдруг нет? Что же делать? Запереть самого Лициния? А если все не так? Он ведь потом обидится, а в другом случае поднимет шум – не явятся ли тогда сюда те, от болота? Нет, надо придумать что-нибудь похитрее… Что-то совсем простое… Что?
   Рысь вдруг осенило. Снова зайдя за угол, он схватил палку и незаметно от своего спутника отбросил ее к кустам, так, чтобы можно было найти, если хорошо поискать.
   Зайдя в хижину, оба уселись на лавки, доедая оставшиеся лепешки. Заметив стоявший в углу котелок с водой, напились.
   – Вот теперь можно и поспать. – Потянувшись, Рысь улегся на лавку, накрывшись козьей шкурой. Сквозь прищуренные ресницы он внимательно наблюдал за своим спутником.
   Тот не ложился, походил немного, взял котелок, обернулся:
   – Пойду за водой к озеру. Вдруг ночью захочется пить?
   – Иди, – смачно зевнул Рысь. – Только меня не буди потом, хорошо?
   – Хорошо, Юний, не буду! – С довольной усмешкой Лициний прихватил с собой пустой котелок и вышел наружу.
   Рысь тут же вскочил и, прислушиваясь к удаляющимся шагам, – а поищи, поищи палку, найдешь, но ведь далеко не сразу, – собрал в кучу всю разбросанную по лавке солому. Оторвал от туники рукав, набил соломой, аккуратно прикрыл все козьим плащом так, чтобы торчал кусок туники. Ну вот. В темноте должно сойти, если не подходить ближе. А зачем ему подходить?
   Осторожно приоткрыв дверь, юноша бесшумно выскользнул из хижины и затаился за деревьями, напряженно вглядываясь в быстро густевшую полутьму. Ага, вот из кустов показался Лициний… с палкой в руках! Заглянув в хижину, что-то спросил, видимо, спит ли Юний, естественно, не дождался ответа и, осторожно прикрыв дверь, аккуратно подпер ее найденной палкой. Прятавшийся в темноте Рысь нехорошо усмехнулся: вот гад! Что ж, теперь нужно побыстрее смываться отсюда, все равно куда. Не теряя времени, юноша быстро пошел по тропе и уже возблагодарил было богов, за то что дали выбраться, как вдруг…
   – Куда так спешим? – грубо спросили по-галльски.
   – Ищу кервезию с веточками омелы, – на том же языке отозвался Рысь.
   – А что, друид еще не пришел?
   – Н-нет.
   – А мы думали, сегодня начнется… Что ж, подождем. Будь осторожнее, друг! Иди вдоль ручья, а у загона повернешь налево. Тебе ведь в Августодурум?
   – Ну да.
   – Удачи… Слава Цернунну!
   – Слава. Да охранит ваши пути Везуций.
   Пожелавший удачи галл – молодой мужчина с рыжеватой бородкой и заплетенными в две падающие на грудь косички волосами – почему-то запомнился беглецу. Может быть, потому, что все прошло так удачно?
   Выбравшись на дорогу к Августодуруму, Рысь так и не увидел, чем все закончилось там, у хижины. Узнал он о том лишь позднее, и то по слухам, распространяемыми «жаворонками» – воинами галльского легиона. Узнал и передернулся – выходит, он все же оказался прав.
   Примерно в середине ночи к прятавшейся в глубине дубовой рощи хижине подошло несколько человек, среди них жилистый коренастый старик с длинной седой бородой, с тяжелым посохом в руке и золотым ожерельем на шее. Старик, похоже, был главным, ибо, подойдя ближе, разбудил пинком прикорнувшего у захлопнутой двери Лициния. Вспыхнули факелы.
   – О, мой друид! – проснувшись, приветствовал тот. – Птичка уже в клетке.
   – Он и в самом деле сын вождя? – сипло поинтересовался кто-то. – Не выйдет ли так, что мы принесем в жертву раба?
   – Нет, – Лициний обиженно помотал головой. – Я несколько раз спрашивал вилика. – Убрав палку, он распахнул дверь. – Эй, Юний, вставай! Пора уже… Ну и сон у этого парня! Ничего, сейчас я его разбужу.
   Вбежав в хижину, Лициний не показывался некоторое время, а когда вышел наружу, губы его дрожали, а лицо было белее меловых скал.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

Поделиться ссылкой на выделенное