Андрей Негривода.

Спецназ против пиратов

(страница 7 из 31)

скачать книгу бесплатно

Лана широко развела ноги и, не задумываясь ни на секунду, вложила один из шариков в… Кхм-м… В себя, короче говоря…

Обалдевший от увиденного, Андрей смотрел во все глаза! А посмотреть, надо признаться, было на что…

– Искусство заключается в том, чтобы суметь «прокатить» шарик до самого конца вагины и обратно… Это очень сложно, Андрюша, почти невозможно. Обычная женщина не умеет пользоваться мышцами своего влагалища – они у нее «мертвые»… А шарик просто так не прокатить. Вот и весь секрет. Каждодневные, многочасовые тренировки с шариком стимулируют и накачивают не только их, но и мышцы малого таза, матки… Да и просто стимулируют кровообращение.

Говоря все это, Лана проделывала перед Андреем именно то, о чем говорила… «Поющий» шарик время от времени выныривал из женских недр, показывал свой блестящий бочок и снова прятался внутри… И зрелище это было магическое и завораживающее. Странно, но в этот самый момент Андрея абсолютно не привлекал вид пухлых Ланиных губок, скрытых в другое время плотно сжатыми бедрами. Вернее, привлекал, но только вместе с блестящим шариком! Все это было немыслимо и необъяснимо!

А Лана продолжала между тем:

– Но и это еще не все! Главное искусство заключается в другом…

Она поднялась с кушетки и подошла к Андрею. Вплотную!

– …Вот, возьми. – Девушка протянула на ладошке второй шарик. – Как думаешь, сколько он весит?

– Граммов пятьдесят, может быть… – Андрей подбросил этот шарик на ладони и ощутил его тяжесть. – И что?

– Семьдесят пять. И самое сложное для гейши – это проделывать вот что…

Она опять вложила тот, первый шарик в… Туда же… Да так и осталась стоять перед Андреем. В полуметре от его лица…

– Для нетренированных мышц это невозможно – он действительно тяжелый! Но сложнее всего удержать шарик в себе, стоя вот так.

При этих словах Лана расставила ноги на ширину плеч.

– Вот, смотри. Сейчас я расслаблюсь.

И тут же шарик с глухим стуком ударился о пол, выскользнув из девушки. Она нагнулась за ним, затем протянула руку к бутылке с минеральной водой и обмыла ею свой «тренажер».

– …А теперь я сделаю так…

Она опять водворила шарик на свое место, а вслед за ним… Вложила и второй… Вложила!.. Как?! Она взяла Филина за запястье и притянула его ладонь со вторым шариком к себе…

Это Филин вложил второй шарик… При этом у него сложилось полное впечатление того, что с его руки какое-то фантастическое животное попросту съело корм!

– Ну, как? – Лана улыбалась, наблюдая сверху реакцию Андрея.

– Офуеть можно!!!

– Еще как! – подтвердила Лана и совершенно обычной походкой направилась к бассейну. А затем так же спокойно вернулась к Андрею. – Нравится походка?

– Слушай… Я не видел в твоих карманах даже намека на что-то, подобное китайским шарикам… Ты хочешь сказать, что все это время они были…

– Да-да! – улыбнулась девушка. – В ней! Где же еще?!

– Сто пятьдесят граммов железа ты таскаешь в… Кхм-м!..

М-да-а!.. И они ни разу не вывалились?!

– Я могу так ходить больше суток! Такие дела, капитан… А еще… Есть еще один маленький секрет. Секрет завоевания мужчины. Вот, слушай…

При этих словах она вынула один из шариков и притянула к своему плоскому животу голову Андрея. И прижала ее ухом к своему «рыжему сердечку». А Филин… Он, повинуясь каким-то неведомым чувствам, закрыл глаза и… Услышал… Шарик внутри Ланы пел!

И это уже было выше человеческого понимания…

А дальше… Дальше Лана уложила на кушетку «поверженного» Филина и «подоила» его во второй раз…

8 ноября 1995 г. Больница «Шаар а-Эмек».[17]17
  «Ворота в долину» (иврит).


[Закрыть]

г. Афула. Израиль…

Огромный «Mercedes SEL 600» мчался по встречной полосе магистрали, отчаянно гудя клаксоном и мигая фарами встречным автомобилям. Мужчина, сидевший за рулем этого «парохода» и так отчаянно ведший его к цели, был миллионером, известным всему Израилю, благо 70 процентов всех грузопассажирских перевозок этой маленькой страны принадлежало именно ему. Имя Орен Лейбович было действительно Имя…

А на шикарной белой коже заднего сиденья этого лимузина, в полукоматозном состоянии, окровавленный, практически без лица, со сломанными ребрами и ногами, сидел Андрей… Именно сидел!.. Ему было хреново. Если честно, то так хреново в последний раз ему было почти пять лет назад, тогда, в январе 1991-го, когда он на своем БТРе подорвался на противотанковом фугасе уже в самом конце тяжелейшего рейда по скалам Карабаха. Хотя, если уж быть до конца честным, как раз в тот-то момент ему было хорошо – эйфория от состояния полета. Хреново ему было позже, когда Филин, удивляя всех своих эскулапов, вышел из четырехдневной комы после тяжелейшей контузии и ощутил, что половина костей его организма переломана[18]18
  Все это уже описано в первой книге. Помнишь уже ее название?


[Закрыть]
… Примерно то же самое состояние он испытывал и сейчас. По горячке он еще не понял того, насколько плохи его дела, а потому, будучи в сознании, пытался на этом «диване» сидеть, изгваздав при этом шикарную белую кожу лимузина своей кровью…

– Хаке, хаке, мотык шели! Од кама дакот баим ле хэдэр миюн! Игие бэсэдэр! Аколь игие бэсэдэр! Аль тидаг[19]19
  Подожди, подожди, мой дорогой! Еще несколько минут, и мы будем в приемном покое! Будет порядок! Все будет в порядке! Не бойся! (иврит).


[Закрыть]
!.. – Хотя перепуганным был как раз именно он, его хозяин, Орен Лейбович…

* * *

…Тогда, 25 апреля 1995 года, Филин, спустившийся с борта трамвайчика со всей своей семьей, повинуясь накатившему на него внезапно мощному желанию обернуться, бросил прощальный взгляд на это большое белоснежное пассажирское судно…

«Шостакович» стоял кормой к пирсу, откинув на него свою заднюю аппарель, давая возможность новоприбывшим «израильтянам» выгрузить из огромных недр свое барахлишко, «нажитое тяжелым, непосильным трудом»… Суета. Муравейник людской. Трудились абсолютно все, а особенно команда трамвайчика, стараясь как можно скорее «очистить» судно… Делом были заняты абсолютно все. Кроме…

На корме, опираясь на перила прогулочной палубы, стояла Лана…

У Андрея за те годы, которые он прожил на войнах, выработался устойчивый рефлекс разведчика-диверсанта – он всегда чувствовал на себе взгляд. Даже если его разглядывали через оптический прицел… Вот и сейчас… Он обернулся резко, точно зная, вернее, чувствуя, откуда на него смотрят.

Лана. Одесская гейша. Кошка…

Она не потупила своего взгляда, не отвела глаза в сторону. Она, отключившись от всеобщей суеты, просто стояла и смотрела на «своего» мужчину с высоты прогулочной палубы. Коротюсенькая, «на два пальца от подбородка», плиссированная юбчонка «солнце-клеш», развевавшаяся под легкими дуновениями припортового ветерка на этих точеных бедрах, служила мощным провокационным фактором для всего мужского поголовья трамвайчика, открывая ослепительные ракурсы на женское тело. И мужики, совершившие алию[20]20
  Расхожая израильская фраза. Алия – восхождение (иврит). Т. е. евреи не эмигрируют, а «совершают восхождение к историческим корням». (От автора.)


[Закрыть]
со своими семьями, задрав головы и разинув рты, начинали задумываться о том, «а не погорячились ли они, уехав из Одессы?».

А ей было плевать на них на всех! И это было видно по взгляду: «Пусть смотрят и ослепнут от красоты!» Она смотрела на Андрея… И он, встретившись с этим взглядом, полным грусти и какой-то невысказанной надежды, улыбнулся одними уголками рта, скрывая свою улыбку в усах. Но… Кошка ее увидела, эту улыбку. Или Андрею так только показалось? Только…

Она раскрыла свой кулачок и прокатала на нем «поющий шарик»… Ах, как он блеснул под этим южным солнцем!.. А правой рукой… Нет, она не помахала Филину, прощаясь, она сделала по-другому – Лана помахала ему на прощание одними пальчиками, так, как если бы перебирала струны гитары…

…– Ну! И шо ты застрял, как запор в жопе?! Так и будем тут торчать посреди порта или пойдем уже на таможню? Вон, весь пароход уже там, только мы стоим как полудурки! – У Анны вдруг появилась жажда деятельности, видно, и впрямь она «восходила» на землю обетованную…

Эх, знать бы тогда Филину, как ему придется встретиться с Ланой в следующий раз… Что эту «гейшу» придется, вместе с другими бедолагами, вытаскивать из пиратского плена, когда нигерийские «борцы за свободу» взяли на абордаж мирное пассажирское судно и увели в джунгли полтора десятка заложников. Что его всю жизнь будет мучить совесть и невысказанная тоска или скорее стыд за «невыполненное» задание. Что единственным погибшим заложником после тяжелейшего изнурительного, более чем двухсоткилометрового марша по африканской саванне станет именно она, Кошка… И не важно то, что Филина к тому времени самого несли на носилках уже четвертые сутки. То, что он, истекающий кровью и отравленный укусом местного ползучего гада, периодически терявший сознание и начинавший бредить, сам не знал того, дотащат ли его до спасительных легионовских винтокрылых стрекоз или бросят в саванне по законам легионовских спецов: «Пусть лучше умрет один, чем все»… Он был командиром группы, совершавшей спасательную операцию… Эх, знать бы все это раньше[21]21
  Это уже другая история. Вернее, веха в жизни нашего героя. И ты узнаешь ее немного позже. А пока… Пока все по порядку, чтобы не возникало путаницы – ведь мы знакомимся, хоть и знакомы уже по первой книге, с неугомонным, неоднозначным, воинствующим максималистом, ценящим превыше всего верность, честность и честь… Потерпи немного, и ты все узнаешь.


[Закрыть]
!..

«Если не знаешь, что делать, – делай шаг вперед…»

Морихей Уэсиба.
25 апреля 1995 г. – 8 ноября 1995 г. Израиль…

Будни…

Хотя нет. Это были не будни!

Назвать то, что происходило, буднями не хватает совести – это был настоящий, без прикрас и скидок на возраст и заслуги, экзамен на выживание (и надо сказать, что многие этого экзамена не выдерживали и возвращались через полгода обратно к старому, привычному для них укладу, плюнув на эфемерные перспективы «сладкой жизни за границей»). И хоть у Анны к тому времени вся родня, даже самая дальняя, относилась к «гордой когорте эмигрантов», даже и она к августу запричитала и стала намекать Андрею на то, что, может быть… А Филину нужен был еще год. Хотя бы год…

И Филин тянул… Как тогда, в 88-м, чтобы получить такой желанный свой краповый берет… И он опять учился выживать. Хотя сейчас ему было куда как сложнее – там, в родном «Витязе», он учился «быть настоящим солдатом», офицером, а за спиной стояла его группа – группа настоящих, прожженных псов войны, его братья по оружию, которые всегда были готовы поправить или помочь, опираясь на свой бесценный опыт… И там, в отряде, все они учились воевать и выживать. На войне… Теперь ему было гораздо сложнее. За спиной не было никого. Никого!.. Кто мог бы помочь и поправить… Там, за спиной, были абсолютно не подготовленные к суровым будням жена со слегка расстроенной психикой на сексуальной почве и четырехлетняя дочка-карапуз… Ну, и еще пенсионеры – тесть с тещей – да ее старшая сестра Лена – тридцатичетырехлетняя девочка, все еще ищущая своего принца-миллионера на розовом «Кадиллаке» и свято верящая в то, что именно за ней именно такой и должен приехать… И здесь, в Израиле, не было войны! (Вся та партизанщина со стороны арабов Андреем не воспринималась как боевые действия – эта «вялотекущая война» дело рук спецслужб, а уж никак не войскового спецназа… Хотя… Израильтяне, «не проигравшие ни одну из своих войн», чем они искренне гордились, ни «шестидневную»(!), ни «трехдневную»(!), с фанатичностью гордились своей армией и ее «боевыми действиями»…) Филин пытался выживать в абсолютно нестандартной для его понимания обстановке – один, и нельзя стрелять. Да еще три семьи на шее – своя, ее родители и Лена со своими альфонсами (принцы на розовых лимузинах выжидали, что же из всего этого получится, попивая не торопясь «Martell» в своих трехэтажных халупах на Багамских островах или в Майами)… В общем, было весело! Особенно после того, как ему кто-то шепнул на ухо, что гражданства Израиля можно ждать не пару-тройку месяцев, как ему сказали в МИДе, а пару-тройку лет. Да еще и познакомили с семьей пенсионеров, дожидавшихся того гражданства уже полтора года…

А он…

Сцепив зубы до круглых желваков на скулах и предоставив право «жевать сопли» по поводу махровой бюрократии, ставящей препоны «истинным евреям в своей же стране», своим «близким», пошел работать на стройку. Класть плитку в строящихся фешенебельных виллах. Помощником мастера…

«Принеси, подай, почухай, иди на хер – не мешай!»…

* * *

…– Ты там умер или «балбеса» дрочишь?! А? Ты где, военный?!

Его «мастером» был мужичок лет сорока или около того, «совершивший алию» пять лет назад, в 90-м, и (всеобщее на пятом году эмиграции явление) возомнивший о себе, что он уже многого достиг, люто ненавидевший всех гоев[22]22
  Гой – не еврей (идиш).


[Закрыть]
, заполонивших «историческую родину». А скорее всего за то, что этот «мастер» отсидел в свое время «пятерочку» по линии ОБХСС[23]23
  Для тех, кто не застал те времена, – Отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности. (От автора.)


[Закрыть]
, будучи начальником отдела сбыта стройтреста где-то на Донбассе.

– Ведра несу… – прохрипел Андрей ссохшимся от жары ртом.

На дворе стоял июль, и температура воздуха зашкаливала иногда за 35.

…Работа Андрея состояла в том… Да и нечего перечислять! Замесить раствор на двоих мастеров – их, кладущих плитку, было действительно двое, а это – корыто, ведер на пятнадцать раствора, стоявшее во дворе и расходовавшееся в течение получаса или меньше (а наносить для раствора песок, предварительно его просеяв, цемент – мешок на два ведра, воду – из соседнего крана метров за 200)… И по два ведра – больше рук природа не дала, к сожалению, – выволочить все это добро на третий этаж строящейся виллы, да там, по коридорам… Да еще плитку «мастерам» поднести… Плитку клали на пол, 25х25 – пачка из десяти половых плиток весила около семи кэгэ. А что такое для двух мастеров десять плиток? 3—4 минуты работы?.. Андрей подносил сразу по 5—6 пачек, надрываясь, но пытаясь выиграть хоть немного времени. Да только… Ему, никогда не имевшему дело со стройкой, приходилось туго (если учесть, что всегда и везде на одного мастера работало двое подсобных. Двое! На одного!.. Его «мастера», «настоящие евреи», получив этот подряд, экономили три(!) зарплаты, решив, наверное, что «этот гой и сам справится»…

– Шевели копытами, орел! – развернув пальцы «веером», пропел второй мастер. – Давай, «цветной»[24]24
  «Милиционер» на воровской фене. Но… ОСН «Витязь» относился к «Велосипедным войскам», в смысле к Внутренним, т. е. к МВД. А для определенной братии это разницы не имело – «ментяра» или «мусор»… А если учесть, что в СССР отсидело в разное время около 40 процентов мужиков, то – вот вам и отношение к такому спецназу… Обидно!.. (От автора).


[Закрыть]
, маслай на благо моей Родины!..

Этот второй «мастеровой» тоже был «бывшим», только, не в пример первому, сидел дольше на пару лет, по более тяжелым статьям, да и раз на пару больше… Это был маститый вор. Правда, Вором он не стал. Так, козырной фраер в лучшем случае, судя по наколкам – одним из предметов, изучаемых Филином в Отряде, были воровские наколки и те значения, которые они несли. Ведь не секрет, что по наколкам настоящего зэка можно прочитать всю его биографию тому человеку, кто в этом понимает… Этот хоть и работал, как вол, здесь, в Израиле, но свою «отрицаловку»[25]25
  В воровском мире существуют четыре масти, как в картах, только козырной, истинно воровской, считается «треф» (крест – с воровской фени – вор). Зэки «воровской» масти не имеют права работать – вор живет только с того, что украл. Вором в законе может стать только тот, кто никогда не работал, не служил в армии и вообще ничем не «помог» властям. Они полностью ее отрицают! Отсюда и «отрицалово». А узнать таких просто – на плечах и на коленях они накалывают восьмиконечные звезды на манер «розы ветров». А означает это – «никогда не встану на колени» и «эти руки никогда не будут трудиться». (От автора.)


[Закрыть]
так и не забыл и раз за разом пытался показать, кто здесь «смотрящий»[26]26
  Смотрящий – некая сложная субстанция сродни секретарю обкома. Этот «человек» может и не быть законником, но!.. Отвечает он перед воровской сходкой за все, что происходит в «подответственной ему территории»… Он обязан иметь непререкаемый авторитет и быть «козырной» масти. Бывали случаи, что в зоне оставляли смотрящим козырного фраера, если на тот момент (редкий случай, но бывало) не сидел ни один законник. Или в небольшом городе… (От автора.)


[Закрыть]

Вот уже два месяца Андрей трудился на этой работе, и все это время он глухо накапливал в себе злость на этих деятелей.

«Мастера», то ли не замечая этого от расслабленности – все «левые хвосты», по которым их могли бы «закрыть» все те же «цветные», остались там, на «доисторической Родине», пять лет назад, – то ли от чего другого просто-напросто тупо и грязно «доставали» Филина своими придирками и издевками. Но хуже всего было другое – они платили ему зарплату. Платили… Вот-вот, со дня на день, «завтра, завтра, не сегодня»… Закончился уже и второй месяц, а деньги Андрея так и оставались «виртуальными» – они есть, но их нет – некая нематериальная субстанция…

Филин начинал понемногу закипать.

Он, конечно же, понимал, что находится в другой, чужой и чуждой ему стране, что он и его семья до того самого момента, пока им не предоставят гражданства, находятся здесь на «птичьих правах» – они даже не эмигранты – они «невозвращенцы». Их могли выбросить из страны в любой момент. А тут как тут, словно грибы после дождя в близком Подмосковье, возникали разномастные деятели, готовые взять на работу таких начавших было отчаиваться «новых израильтян», попользоваться их умом, а скорее просто руками, а потом взять да и выбросить их «на помойку», не заплатив ни копейки…

Он, Филин, дошел до точки кипения… И теперь лишь ждал момента, сам того еще не понимая…

…– И давай, давай! Перебирай копытами повеселее! Мы уже и пожрать успели, а ты все лазишь где-то! – Второй «мастер» дыхнул на Андрея свежим перегаром. – Мы тебе платим за работу, а не за халтуру! Пиздячить надо, а не клювом щелкать!..

– Кстати о зарплате. – Андрей успел поставить на пол полные ведра и взять в руки точно такие же пустые. Пластиковые. – Когда я получу свои деньги? Вы должны мне уже за два месяца.

– А ты их заработал, фуфел? – Этот бывалый зэчара всегда приходил в бешенство при упоминании о том, что он кому-то что-то должен. – С такой «шестеркой» даже мы хер че получим! Это ты нам должен за то, что не пиздячишь как положено, а гуляешь тут!

Кровавая пелена ярости закрыла на миг и «мастеров», и стройку, и весь остальной мир. Филина просто-напросто «накрыло» ее волной. Да так, что хрустнули суставы на кулаках и крупные желваки исказили лицо нашего воина.

Он только крепче сжал ручку ведра и глухо прорычал:

– Мне семью кормить нечем… Мы уже две недели сидим на одном хлебе… А дочка – ребенок еще совсем – только четыре года, с половиной… Заплатите мне то, что я успел заработать!

– А я срать хотел на твои проблемы, фуфел!!! Давай, врубай пропеллер в жопе и пиздуй за раствором! И вообще! Закрой вафельницу – твой номер «шесть»! А бабло получишь, когда я решу, что тебе что-то положено! Понял, баран?!

Это было ошибкой. Роковой…

Не меняя выражения лица и интонации в голосе, Филин приготовился к бою:

– Бараны в поле травку щиплют!.. И фуфел здесь только один – ты! – Андрей незаметно для такого неопытного «взгляда» принял боевую стойку шидо-дачи. – И «хвост»[27]27
  Абсолютное, неприкрытое оскорбление по понятиям «синей» братии. В их понимании хвост имеет только одна птица – петух. Ну а уж «петух» – это… (От автора.)


[Закрыть]
ты поднял только потому, что уверен в том, что все твои «партачки»[28]28
  Партачка – тюремная наколка не воровской масти (воровская феня).


[Закрыть]
здесь никто прочитать не сможет… Да, чушкарек? Шестерить-то активно приходилось на киче[29]29
  Кича – тюрьма (воровская феня).


[Закрыть]
или пассивненьким был петушком?..

– Ты-ы-ы, с-сука ментовская!!! – «Мастер» задохнулся от негодования и полез в задний карман своих джинсов, где находилось жало[30]30
  Жало – нож. В данном случае выкидной (воровская феня).


[Закрыть]
зоновской работы и которым тот очень гордился. – Распишу, как падлу!!!

И бросился в атаку на Филина, мастерски управляясь с ножом. Эту атаку, этот настоящий фехтовальный выпад пенсионер «Витязя», прошедший во главе группы разведчиков-диверсанов три «горячие точки», а попросту три войны, оценил по достоинству:

«Красиво… И эффективно! Если не быть готовым и не знать противоядие под названием САКОНБ[31]31
  «Специальный армейский курс ножевого боя». Автор позволит себе открыть страшную военную тайну – приемы САКОНБа засекречены до сих пор, даже от общевойсковиков и всей остальной служивой братии – это привилегия «Альфы», реанимированного из небытия «Вымпела» и «Витязя».


[Закрыть]
, спасибо брату! Где ты, дорогой мой инструктор, мой сумасшедший грузин с бешеным нравом, где ты, Кахабер Сабиашвили, Каха и попросту брат? – Мысль падающей кометой понеслась в голове Андрея. – А ведь не новичок этот «синий» – опасный, скотиняка! И навыки не зоновские – те «обратный хват» не знают! Похоже, что-то испанское… Тигр на правой лопатке наколот, значит, «не знает пощады», а под шортами, на бедре, кинжал, обвитый змеей, – сидел за убийство… Но все равно – петух… Ну, давай, мразь, попробуй еще разок, и я тебя успокою…»

Все это только описывается долго да читается не быстро, а на самом деле…

Убивать Андрея никто, конечно же, не собирался (что после такого оскорбления считалось в воровской братии абсолютно «по понятиям» и даже приветствовалось в их кругу – слова «мент», «сука»[32]32
  Сука – помогающий тюремной администрации (воровская феня).


[Закрыть]
, «козел»[33]33
  Козел – стукач (воровская феня).


[Закрыть]
, «крыса»[34]34
  Крыса – ворующий у своих же «собратьев» (воровская феня).


[Закрыть]
и «петух» смывались с обидчика кровью) – не та страна – здесь, в Израиле, за это сажали пожизненно, и, как это ни странно, следователи почти всегда доискивались до причины случившегося. «Мастер» хотел именно «расписать» ножом лицо Филина, преподав урок… А на стройке чего не бывает – кто из окна вывалится, на кого острый железный профиль упадет «совершенно случайно», да и рассечет ненароком пол-лица…

Все произошло в доли секунды.

Руки Филина были по-прежнему заняты пустыми ведрами, и он не стал терять времени на то, чтобы их освободить, – по первым двум «кошачьим» шагам в свою сторону стало понятно, что именно эти доли секунд и могут решить вопрос о его вынужденной «пластической операции»…

Высоко поднятое колено и маховое движение голени сделали две абсолютно важные вещи – проносной, скользящий удар стального жала был резко остановлен, а после этого кисть нападавшего «мастера» жестко зафиксировалась под мощным давлением коленного сустава Филина. Дальше… Дальше, по всем канонам рукопашного боя, нужно было вводить противника в глубокий нокдаун ударом в подчелюстную кость и «пеленать», пока тот находится в состоянии грогги… Но ведь руки-то заняты ведрами!..

Пластиковые, на семь литров, они по весу, да и по «поражающей способности» не идут, конечно же, ни в какое сравнение с обычными, металлическими, но… Если в них таскают строительный раствор и пренебрегают споласкиванием в конце дня, то…

Два пластиковых цилиндра с каким-то неимоверно жутким грохотом влетели «по ушам» «мастера». Филин напоминал в этот момент журавля – стоя на одной ноге (вторая мощными тисками надежно удерживала под коленным суставом воровской нож), он взмахнул «крыльями» и долбанул ими агрессора… И агрессор обмяк, хрюкнув носом и расставшись с ушными барабанными перепонками.

А помощь уже спешила. Жаль, не Филину…

Первый «мастер», повинуясь зоновским законам, ринулся на помощь своему поверженному «товарищу».

«Ну, ты-то, тюфяк, куда прешь, или „бабулек“ отдавать жалко?»

Второй противник бойцом не был никогда.

Обратить его «на путь истинный» стоило двух пощечин по жировым складкам, лежавшим на плечах, которые и щеками-то не назовешь. Ведрами… Ну, да… С левой, потом с правой. Наотмашь… Башка «мастера» мотнулась в одну, потом в другую сторону, и… Агрессор «ушел глубоко в себя»…

А оглядывать «поле боя» тем не менее времени не было – «синий» уже успел оклематься, встать на ноги и даже прихватить с собой с пола обрезок водопроводной трубы, метра полтора длиной… Он ничего не слышал, и Филин мог в этом поклясться – из обоих ушей тоненькими струйками вытекала ярко-алая кровь, но врожденная, видимо, ненависть ко всему живому и «поруганная воровская честь» гнали своего хозяина к мести… И «мастер» взмахнул своим оружием… И ударил! В пустоту…

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Поделиться ссылкой на выделенное