Андрей Негривода.

Железный прапор

(страница 3 из 30)

скачать книгу бесплатно

– Пошел, пошел!..

Где пригибаясь, где ползком Сашка устремился в дебри. Так ползать мог только тертый разведчик, загребая по-пластунски, словно плыл по воде.

– Во погреб-то, Ихтиандр енисейский, по суши не догонишь! – улыбнулся Крюк.

– Проф… Так, Крюк, смотрим за клиентами, пока Малыш брюхо по камням чешет. Орлику докладывать что-то надо. Ждет…

Они устроились поудобнее и устремили взоры к враждебному (плюньте в глаза тому, кто скажет, что там бывали и дружественные – это полная фигня, детский лепет) кишлаку. Жизнь в горном селении текла вяло, как-то нехотя, без драм и трагедий – обычный, накатанный тысячелетиями уклад. Скучный и неинтересный. Тоска…

– Смотрим по часу, – произнес Игорь. – Давай, Виталь, начинай, а я покемарю малехо – в глаза хоть спички вставляй. Лады?

– Командуй, Бурый, а лучше ложись спать… Я уж тут как-нибудь сам посмотрю, без молодых-зеленых… Спи давай, «замок»…

Шло время. Крюк наблюдал за предполагаемой базой «духов», отмечая наиболее важные подворья и считая ее «гарнизон», а Малыш исследовал ближайшие сотни метров, изображая из себя Маугли. А в таком близком здесь ярко-голубом, похожем на выстиранную простыню небе бежали, иногда цепляясь друг за друга, изумительно-белые курчавые облака. Такую чистоту можно увидеть только здесь, высоко в горах. И не понять ее низинным, равнинным жителям со слов… А воздух! Бальзам! Мечта для прокуренных глоток. И тишина. Оглушающая, умиротворяющая и дарящая надежду на долгую жизнь тишина. Благодать и умиротворение. Если бы не война… Неужели в этом райском уголке она тоже смогла найти свое пристанище? Нет, не верилось разведчику, хоть и отмечал натренированный глаз и «АКМы», на плечах висящие, и оборудованные к осаде огневые точки, и даже минное поле на близких подступах – «душки» ходили за дувалом по определенной системе.

«А сюрпризы-то уложили по „улитке“. То-то сами спиралями бродят – не иначе на „лягухи“ наступить боятся, на свои же, – отмечал про себя Крюк. – Вот и ладненько. Вояки, бля! А маскировки ноль. Дети гор…»

– Слышь, «замок», а они вообще ничего не боятся или охрану объектов во время боевых действий уже отменили, а я это пропустил?

– Наверное, уверены в своих силах и безнаказанности. Чересчур уверены… Неспроста это. А-а, че гадать-то! Смотри, может, и высмотришь чего-нибудь.

Игорь смотрел в такую чистую бездонную синь, но видел другую, не менее бескрайнюю, такую далекую сейчас и такую родную для души одессита. Только пахло по-другому и не было чаек, да еще не покачивало. Хотя нет, качка была, только другая, от усталости. И бороться с ней сил уже не оставалось… Медленно проплывающая отара курчавых, похожих на овец облаков, тихий убаюкивающий шепот листьев. И-йэх-ха! Медведь рисковал получить бытовую травму – вывих челюсти от зева…

…Сладкую дрему прервал толчок под ребра.

– Медведь, – пробился сквозь сон шепот Крюка. – Просыпайся, военный.

– Что?

– Там зреет что-то. «Духи» зашевелились.

Наверное, собираются куда-то.

Приблизив к глазам кишлак линзами бинокля, Игорь рассмотрел на небольшой площади посредине селения, как собравшиеся несколько десятков мужчин-афганцев брали что-то из открытых ящиков, явно армейского происхождения, и собирались в небольшие группы, отдаленно смахивавшие на отделения и взводы. Набиралось что-то около роты и даже более – не менее двухсот вооруженных чем попало диких горцев.

– Сколько времени?

– 17.30.

– Так сколько я проспал?..

– Семь с половиной часов – нормальный здоровый сон беззаботного юноши.

– А?..

– А ты нам с Малышом не нужен был для наблюдения. Мельтешил бы, командовал… А так спокойненько отследили все, что было нужно.

Жгучий стыд залил краской лицо и уши Игоря. Командир, бля, разведчик…

– Да ладно тебе, братишка, – зашептал сбоку Малыш. – Отдохнул немного. И хорошо. Главное, что служба шла. А случится, и ты дашь отдохнуть «дедушкам». Так?

– А я про что? – подтвердил Виталик.

– Лады. За мной не заржавеет… Что там у этих?

– Весь день ползали, что обожравшиеся мухи по куче говнеца, – лениво и независимо. А полчаса назад пошло движение. Там какой-то орел на лошади приехал, ну и намутил – вытащили вон те ящички, с патронами, не иначе, и стали собираться-вооружаться…

– Поползут куда-то, сволочи.

– Сто пудов. Рыл двести…

– Орлик подтянется часа через три, не раньше.

– А толку? Спецназ спецназом, но тридцать бойцов две сотни остановить не смогут, как ни напрягайся. Пупец надорвешь.

– Так что, посмотрим и отпустим?

– А выбора нет, Бурый. Да и приказ…

– Приказ?

– «Себя не раскрывать, вести наблюдение за объектом…» Взводный уже знает. – Крюк похлопал ладонью по радиостанции. – От твоего имени передал.

– Что-то еще?

– Ждать взвод к 21.00. Наверное, будет передавать дальше. Такая толпа «духов» на большие пакости способна.[22]22
  Тогда «духи» еще собирались в большие банды. Только к 85 году эти отряды трансформировались в небольшие, человек по 15—20, рейдовые группы – все же наши десантники делали свое дело.


[Закрыть]

– Ладно, будем ждать. Бля! А эти суки будут где-то наших пацанов мочить!..

– Сделать-то все равно ничего не сделаешь. Так что сиди, смотри и переживай себе в тряпочку, – проворчал Сашка. – Орлик взвод приведет, он и решит, что дальше, а может, и приказ какой-то получит из бригады к тому времени.

– Ты меня не уговаривай, Малыш, я и сам все понимаю. Да и вариантов у нас с мышкин фуй…

Пассивное наблюдение угнетало.

– Сашка, что у нас на флангах?

– Есть кое-что…

– Ходил далеко?

– Ходил… – хмыкнул Малыш. – Тут «ходить» себе дороже – всю рожу на кустиках оставишь. Тут только на карачках можно, да и то не везде – все больше на родном брюхе…

– И что?

– Справа, метров через 500, эта нычка заканчивается. Просто сходит на нет плавненько. Оттуда можно спокойно прийти к нам в гости… Я там полежал, посмотрел. Следов вроде бы нет, но…

– Понятно.

– Я туда часа полтора продирался. Так что, ежели чего, будет запас времени…

– Хорошо. Что слева?

– Около четырехсот метров. Потом резко заканчивается. Там то ли овраг, то ли обрыв. Дальше соваться не решился – глубина метра три, понизу течет что-то грязно-мутное, до другого «берега» метров восемь. По дну полно валунов – пока спустишься, пока перелезешь, пока поднимешься, а там чуток повыше будет, уйдет минут двадцать точно. Если за овражком смотрят в оптику, то на этих камешках будешь, что мишень на полигоне…

– Ясно…

– Но туда добраться быстрее – минут 40—45. И еще. По дороге есть несколько почти готовых «лежек».

– Несколько – это сколько?

– Две. И еще одна на самом обрыве.

– Эта фуйня течет?..

– В кишлак.

– Ясно. Итого…

– Мы имеем что-то около километра со слабым правым флангом.

– Хо-ро-ш-шо… – протянул Игорь, углубляясь в свои мысли.

– А спасибо «дедушке»?

– Потом. В бригаде. И не от меня – на это есть другие…

– Говнюк ты, Бурый, хоть и сержант.

– Что выросло, то выросло… Мы, сержанты, все такие…

– Игорь, – вдруг вклинился в их разговор Крюк. – Глянь-ка…

…С того момента, как конный, гикающий и улюлюкающий отряд афганцев вылетел из кишлака и наметом устремился по только им известной дороге куда-то в горы, прошло больше часа. Жизнь в селении вернулась в обычное, спокойное русло… Старики степенно слонялись по улицам. Носились детишки… Жизнь продолжалась, но это благолепие не сулило ничего хорошего для троих пацанов, решивших, что они тертые вояки…

18.50

…Из кишлака вышла группа вооруженных мужчин и направилась в их сторону. В сторону оседланного разведчиками склона, забирая немного вправо, именно туда, откуда можно было безболезненно войти на террасу.

– Дозор? – спросил в никуда Медведь. – Или ночное охранение?

– Хер его знает, но идут сюда, не иначе.

– Пока поднимутся, пока до нас долезут…

– Думаешь, сюда?

– Без вариантов! Лучшего места нет – мы его случайно нашли…

– Сваливаем по-тихому, – решил Игорь.

– Теперь по-тихому не получится.

– ?

– Виталя камешки таскал, точку оборудовал. Оно, конечно, правильно, но кто мог знать, что они по ночам за дувалом «смотрят»… Они тут живут, Игореня, – сдвинутые камни просекут в шесть секунд…

– Их около десятка, что, не справимся?

– Справимся, без вопросов. А если кто пальнуть успеет, тогда как?

Да. Ситуация вырисовывалась патовая, как сказал бы шахматист – в любом случае их присутствие было бы обнаружено… Теперь самым главным, жизненно важным было правильное решение…

«Что делать?..»

– Сваливать надо, сержант.

– Как?! Они еще этого не знают, но мы уже засветились здесь.

– Не бзди, Бурый. – Малыш уже, кажется, что-то придумал. – У нас есть время.

– Откуда?

– Сам считай. Пока они поднимутся в гору – это часа два, пока они по кустикам прошлепают да нашего места – еще полтора… Да к тому времени уже и Орлик пацанов приведет – положим этих красавцев на раз…

– А если не приведет? А если «духи» знают дорогу короче? Это их место, и это их жизнь… Ты насчитал три с половиной часа, а я думаю – не больше двух. Скорее всего, они начинают смотреть в 21.00, как раз тогда, когда пацаны идти будут. Эти-то и шумнут, не сомневайся. Если наши вообще придут… И что тогда?

– Невесело с тобой, Бурый…

– Херня тогда получается, сержант. – Крюк ожесточенно тер лоб. – Сваливать придется, причем нагло, на себя тянуть этих… Если повезет – вытащим «духов» на наших…

– Что ты там говорил про пару мест? – Игорь обернулся к Малышу.

– Первое рядом – метров 30. До второго дойти надо – не меньше трехсот. Ну и на самом обрыве…

– Идем на вторую точку. Прямо сейчас. И будем ждать.

– А смысл?

– Не обсуждается, Малыш, – это приказ.

Сняться с места у них заняло едва ли более трех минут. Длинные тени, скорые предвестники темноты, подгоняли.

Как Малыш сумел пройти этот путь за столь короткое время, для Игоря осталось загадкой на долгие годы. Но факт фактом – в тридцати метрах имела место огромная куча камней, густо поросшая все тем же колючим кустарником. На первый взгляд место было абсолютно непроходимо.

– Как ты тут прошел, Саня? Тут даже козлы не пройдут.

– А я прошел, потому что не козел. Во! Стихи, бля. Надо будет записать…

– Я сам запишу, если выберемся… – пообещал Игорь.

– Куда денемся?! Нам с Виталем домой пора, а это причина из причин: забодал уже этот Афганище – домой пора…

* * *

– Знаешь, Андрюха, сколько всего изменила эта куча камней?

– Как это? Камни изменили что-то. Заговариваешься, товарищ старший орденоносный прапорщик?

– Хотел бы, только… Было, ох, было…

– Напоролись на сюрпризец?

– Сюрпризец… Да такой, что и ждать не могли. Природа против нас тогда обернулась, в самом гадком виде…

* * *

– Так, пацаны, я посмотрю там, в кустиках, а вы пока перекурите, – шепнул Малыш.

– Не понял?!

– Пошерудить немного надо – тут какая-то гадина живет, в кустишках этих… Я ветками пошумлю, она и уползет.

– Осторожнее там давай.

– Не в первый раз. Я уже ходил тут, знаю…

Сашка двинулся вперед по-пластунски и исчез, перевалив через камни. А потом они заметили, как зашевелились ветки кустов, и послышался тихий свист. И тишина…

– Кого ждете, тормоза?

– И так все два года, – проворчал Крюк. – Сначала отвалит куда-то, потом теребит. Орлик боролся-боролся – по нулям.

Они много медленнее перебирались через завал. На дне почти идеального ДЗОТа, прислонившись спиной к камням, сидел Малыш, сжимая рукой левое предплечье.

– Ты че, а? – вскинулся Виталий.

– Ерунда…

– Что случилось, Саня?

– Куснули меня.

– Точнее говори, быстро, подохнуть ведь можешь!

– В кусте сидела хозяйка места. Я ее шугнул. Полез дальше, а там… Женишок, наверное…

– Укусил?

– Есть немного…

– Покажи!

Закатав рукав куртки, Малыш открыл свою руку. На коже, почти возле самого локтя, явно виднелись две дырочки от змеиного укуса.

– Ты как?

– Ничего. Голова только закружилась немного, а так норма…

– Крюк, аптечку! – В их индивидуальных пакетах были и шприц-тюбики с противозмеиной сывороткой. – Санек, как выглядела эта зараза?

– Обычно… Как?! Змея змеей. Какая разница?

– Как она выглядела? Вы, «дедушки», на занятиях по выживанию спали как сурки, а мы, «молодые», слушали. Какая она была, Малыш, не понтуйся – я знаю больше, чем ты?

– Ну, какая? Черная почти, с яркими желтыми петляющими пересекающимися полосами. По телу такие ромбы получаются…

– Щитомордник… Та-ак! Большая?

– Метра в полтора и толщиной в полруки.

– Бля! Самка, не иначе… Ты, Санек, жениха ее спугнул, а хозяйка-то осталась дома. Да не в самом лучшем расположении духа, потому и бросилась.

– Сейчас сыворотку кольнем, и все будет нормально. Не весна же[23]23
  Наиболее опасными для человека бывают укусы самки в брачный сезон: май – июнь.


[Закрыть]
, – прошептал Крюк, доставая шприц.

– Думаешь, все так просто? На Санька посмотри! Его старуха укусила, судя по размерам. Там яду – на троих…

Лоб Малыша покрывали крупные капли пота. И кажется, его начинало немного трясти. В лице ни кровинки. А прошло всего ничего – 5—6 минут.

Действовать было необходимо не теряя ни секунды. Туго перетянув руку ремнем у самого плеча и оголяя мощный бицепс Саши, Медведь обратился за помощью к Виталию:

– Давай, Крюк, коли две дозы сыворотки. Потом будешь яд из раны отсасывать. – Игорь провел кончиком своего острейшего десантного ножа по коже, соединяя следы от укуса.

– Тр-р-ры, – издала противный звук кожа, расползаясь под сталью.

– Я те че, арбуз? – вяло запротестовал Малыш заплетающимся языком.

Кровь была очень темная и слишком густая.

– Ну, че делать-то теперь? – Крюк понимал, как много они проспали на занятиях, и теперь надеялся на знания Игоря.

– Отсасывай давай эту гадость. Кровь, видишь, уже какая? Значит, яд начал действовать: змеиный яд – это белок, сворачивающий кровь. Она должна быть ярко-алая, вот и давай… Пока не появится то, что нужно, а я пока приготовлю кое-что…

Малыш наблюдал за своими друзьями отстраненным взглядом. Виталик тем временем, раз за разом прикладываясь губами к ране, отсасывал и сплевывал вязкую противную кровь грязно-бурого цвета.

– Самые ядовитые в Афгане – кобра, щитомордник, гюрза, правда, эта в горах не водится, и эфа. – Медведь устроил попутный ликбез. – Яд, попадая в кровь, сворачивает ее. Самые опасные весенние месяцы – от укуса самки человек умирает через несколько часов. Сейчас конец лета, поэтому, если не делать резких движений, не волноваться, короче, не учащать пульс сердца – есть около суток. По крайней мере должно быть…

– Как тут можно не волноваться? Вон, даже я волнуюсь, а укусили-то Санька!

– Повышенное сердцебиение убыстряет ток крови, а значит, и яда в ней. – Над зажигалкой Крюка Игорь прокалил кончик своего ножа докрасна, все это время внимательно наблюдая за цветом отравленной крови.

Еще несколько мощных усилий, и из раны показалась вялая, но почти нормального цвета, красная струйка.

– Хватит! Теперь держи его, Виталь. Нож свой ему в зубы вложи, чтоб не закричал.

Раскаленно-красное лезвие ножа плотно прижалось к ране… Противно запахло горелой плотью.

Малыш стал мощно дергаться, попробуй удержать такого буйвола! Но ребята справились с грехом пополам, видно, у их друга силы были уже не те… Жгута снимать не стали. Перевязали отвратительного вида после их врачеваний рану. На все про все ушло минут 40—50.

– Ну а теперь-то что? Что делать будем, сержант?

– Что-что? – Да уж, задачка была из задач. – Сначала давай бинокль…

Приложив окуляры к глазам, Игорь продолжал говорить:

– Радио Орлику: «Имеем трехсотого. Нужна помощь. На подходе до десятка чужих „карандашей“. Времени не больше часа. Глаз (это был позывной дозора)». Передавай, Крюк.

Пока Виталий бубнил в микрофон рации, Игорь наблюдал за афганцами, поднимавшимися по склону от кишлака. А те прошли уже больше трех четвертей подъема и продолжали двигаться довольно споро, беззаботно переговариваясь на ходу. Видно было, что они ничуть не заботятся о своей безопасности, а значит, их здесь еще ни разу не беспокоили…

– Ну, что там?

– Взводный передал, что на той полянке остановился отряд «духов», по количеству похоже что «наш». Пацаны заблокировали его по-тихому. Ждут нашего десанта часа через два. Сам Дзюба идет с двумя ротами… Нам приказано скрытно отходить – свое дело мы уже сделали.

– Та-ак… – Теперь на подмогу надежды не было, и все зависело от них самих. – Время?

– 20.10.

– «Духи» уже почти на террасе. А Малыш говорил – два часа…

Сашка тем временем переводил свой отсутствующий, блуждающий взгляд то на Медведя, то на Крюка. Было понятно, что ему становилось все хуже, несмотря на «лечение».

– Такими темпами они точно к 21.00 будут на нашей лежке, – проговорил Виталик.

Решение нужно было принимать прямо сейчас. И Медведь его принял:

– Так, Крюк… – Он еще не до конца осознавал, на что решился, но спасать было нужно человека, друга. – Силы остались?

– Смотря для чего.

– Потащишь Малого к следующему месту.

– А ты?

– Он говорил – метров триста, – проигнорировал вопрос Медведь. – Поднимешь его с этой долбаной террасы и будешь ждать.

– Чего ждать? Ты че удумал, Бурый?

– Я возвращаюсь…

– Сдернуть решил! Да я тебя сейчас!..

– Отставить, рядовой!

– Тогда объясни хоть!

– Санек уже сейчас никакой… С ним нам не уйти. Максимум через час «эти» будут на месте. Думаешь, будут сидеть и гадать, кто это там был, и не захотят проверить?

– Ну…

– Не на конюшне… Сколько мы с Малым пройти успеем?

– Да уж не много…

– Догонят и всех положат.

– Да понятно это! О чем разговор?

– Я вернусь на место, замаскирую, по ходу, наши следы и ломанусь на стеночку, так, как пришли. Внаглую пойду… Попробую за собой их потащить. А ты как увидишь, – он сунул в руки Виталика бинокль, – что за мной потопали, потащишь Малого…

– Совсем сбрендил? С мозгами поссорился?

– Смотри! Ночь спустится часа через полтора. Ну, пробегут они за мной полчаса, ну, пусть час. Че, думаешь, не смогу их потаскать? Да я как заяц петлять буду! А как отстанут, пойду по азимуту в сторону Орлика… Ты только Санька выволоки отсюда…

– Не-е, Игорек, я под это не подписываюсь!

– А тебя никто и не спрашивает – это приказ.

– А по морде схлопотать?..

– Потом, в бригаде, если захочешь, а тут – я командир, и ты выполнишь приказ, гвардии рядовой Крюченков…

Они смотрели друг другу в глаза, и каждый не хотел уступать.

– Давай, «дед», вытаскивай «деда» – вам служить-то осталось… А я сам. Давай, братишка Крюк, давай!

– Я тебя, сержант, потом найду. Ты только не увлекайся. Ага?..

– Валите отсюда, граждане старослужащие, дайте «молодым» дорогу…

Медведь уполз в сторону приютившей их лежки, а Крюк, взвалив на спину Малыша, отправился в свой нелегкий путь…

Август 1980 г.
Одиссея

– …Знаешь, Андрюха, когда я понял, во что влез по глупости?

– ?

– Когда на следующее утро обнаружил своих «кишлачных знакомых».

– Шли?

– Не то слово… Гнали!

– Ну и как же ты соскочил с того поводка?

– Со страху. Говорил уже…

– Ну-ну, со страху… Знаю я твой страх…

* * *

К тому времени, когда «духи» добрались до НП разведчиков, Игорь успел подняться по склону на 350—400 метров.

Идти в стремительно сгущающихся сумерках было тяжело. Нет, не так. Идти было почти невозможно, но Игорь продирался сквозь «зеленку», подгоняемый сознанием того, что если афганцы обнаружат Крюка с полуживым Малышом на руках, то его друзьям не выжить – Сашка не боец однозначно, а Виталя своего товарища не бросит. И что тогда? Сколько сможет продержаться один боец, лишенный возможности передвигаться? Десять минут? Четверть часа? Это максимум. А потом… Про потом Медведь думать не хотел. Он уводил за собой «духов» с надеждой на то, что, обнаружив его следы, они не станут искать кого-то другого, а пойдут за ним. Игорь надеялся, что погоня продлится максимум до полуночи. Да и зачем больше? Никакой дозор не пойдет в преследование, отдаляясь от базы более чем на 2—3 километра, на то он и дозор. Если есть интерес в погоне, на это дело отряжаются специальные силы. Это правило, аксиома войны – объект нельзя оголять, поддавшись азарту погони. Это военная мудрость, написанная кровью. Так воюют все. На это и надеялся Игорь… Откуда же ему было знать, что такие простые истины неизвестны диким горцам Афгана…

Он целенаправленно, исступленно лез в горы, уводя погоню в противоположную от пути своих подчиненных сторону.

«Еще немного, и все… – уговаривал он себя. – Не бросят же они свои дома без охраны. Ну, побегали немного, не поймали никого, и все. Домой пора! Побегали, и хватит. Мне еще возвращаться надо, я уже и так пару километров намотал в другую сторону. Вас же еще обходить придется, да так, чтобы не заметили, а это еще несколько кэмэ…»

Но «духи» не отпускали. Игорь кожей ощущал их близкое присутствие. Стягивавшимися к затылку ушами. Знаете, как у удирающего от лисы зайца. Тот тоже слушает, что там у него на хвосте, наддавая во все лопатки… Его гнали и гнали, вычислив по следам, что разведчик один – сладкая и легкая добыча.

В 1.10 наш беглец перевалил через гребень ближайшего отрога. Вот теперь-то и стало по-настоящему опасно. Огромная яркая луна, окруженная миллиардами звезд, отбрасывала неверные тени. Почти ленинградская белая ночь… Но сколько ночных охотников, здесь живущих, вышло на промысел, чтобы накормить себя и свои семьи!

Волков Игорь не боялся (и очень напрасно!), как и пернатых хищников, но ночь – это время еще и змей, и скорпионов, да и других разномастных гадов. Полуживой Малыш стоял перед глазами, и Игорь понимал, что если ему не повезет, то это верная смерть – ему-то помочь будет некому…

Поднимаясь в гору, бежать не будешь – пупок развяжется. Медведь облегчал свой путь найденной крепкой суковатой палкой. Опираясь на эту незамысловатую опору, подниматься было легче. Но и не только… Эта палка была еще и способом прогнать засевших в кустах ядовитых «засадников».

Но вот на спуске… Так и подмывало поскакать что было сил, вернее, что остались. Игорю приходилось останавливать себя. И тут дело было уже не только в змеях. И казалось бы, в чем проблема? Обопрись на палку да и беги себе (опытные туристы знают о таком способе спуска). Только это хорошо днем, да и то не всегда, а ночью… Ну, ветку не заметишь, полбеды – получишь по лбу. А если яма? Или расселина между камнями? Тогда все… Хана! От погони не уползешь.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30

Поделиться ссылкой на выделенное