Андрей Дышев.

Плацдарм по бросовой цене

(страница 4 из 36)

скачать книгу бесплатно

Я чувствовал себя далеко не таким счастливым, как Влад. Еще не остыв от таможенных переживаний, я уже рисовал в своем воображении намного более страшные картины своего разоблачения. Вот мы в Эквадоре. Я поднимаю на ноги местную полицию, нанимаю частных детективов, чтобы отыскать Анну, но все мои усилия оказываются тщетными. Анна как в воду канула вместе с деньгами. Тянуть время уже невозможно. Влад торопит, чуть ли не силой тащит меня в земельный департамент. Вот мы с ним заходим в кабинет, чиновник читает текст соглашения, затем протягивает нам договор. Вот Влад его подписывает, а чиновник предлагает заплатить пятьсот тысяч долларов наличными. Влад небрежно кивает мне. Я открываю чемодан, и страшный крик Влада…

– Эй, конкистадор, не спи!

Влад толкнул меня между лопаток. Я тряхнул головой, словно пытался избавиться от дурных мыслей, и зашел в микроавтобус. Влад, бережно поддерживая чемодан за днище, втиснулся следом за мной. Дверь захлопнулась. Мы покатили к самолету. Я инстинктивно прильнул к окну. Напрасно появилась эта надежда. Если бы Катя пошутила! Если бы Анна никуда не улетала!

Самолетик был маленьким, раскрашенным в ядовито-оранжевые и зеленые цвета, отчего напоминал саламандру, расставившую в стороны свои лапки. Рядом с трапом, ведущим на хвостовую рампу, стояла смуглая стюардесса далеко не юного возраста в ослепительно-белом костюме. Она поздоровалась с нами по-английски, я ответил ей по-испански. Влад, боясь упустить свой шанс, тотчас ввернул по-английски какой-то замусоленный комплимент. Мы оба были на высоте.

Попрощавшись с гидом, мы поднялись в салон. Я впервые был в таком самолете, где вместо привычных рядов кресел вдоль бортов стояли роскошные диваны, полки с книгами; над лазурным пластиковым столом, выполненным в стиле дерзкого дизайна, нависала полка с видеоаппаратурой; сбоку, за перегородкой, отливал сталью «надутый», как винный бочонок, холодильник. И все вокруг, включая полусферические стены и потолок, было обито мягким ковром цвета беж.

– Ну, как?! – возбужденно произнес Влад и повел рукой, показывая мне убранство салона, словно это была его квартира. – Согласись, что здесь можно вытерпеть сутки полета?

Не замечая выстроившихся в шеренгу пилотов, он взял из моих рук чемодан и сунул его за диван, хотя стюардесса дважды показала ему на нишу в шкафу для багажа и одежды.

– Командир корабля Эдвард Гез, – по-русски представился мне один из пилотов и протянул руку. – Это второй пилот Фрэнк Кэбот. И штурман Джулиан Мэйо.

Я поочередно пожал руки членам экипажа. Парни были очень похожи друг на друга, а голубая форма вообще лишала их каких бы то ни было признаков различия.

Влад был занят другим.

– Какое ложе! – воскликнул он, опуская все свои сто килограммов на диван, и недвусмысленно взглянул на стюардессу. – А холодильник наполнили? Виски? Джин энд тоник? Йес ор ноу?

– Позвольте рассказать вам, – снова привлек мое внимание командир корабля, – через какие страны будет проходить наш маршрут.

Он говорил ровно, но с сильным акцентом.

Скорее всего командир не знал языка, лишь выучил несколько фраз.

– Москоу. Стокхоум, Швидн, – перечислял он города и страны и водил пальцем по карте, расстеленной на столе. – Рейкьявик, Айсленд. Ньюфаундленд, Канада. Хавана, Кьюба. Богьота, Коломбиа. Кито, Экуадо. Полетное время – двадцать два часа тридцать минут. Надеюсь, полет будет для вас приятным.

Он поклонился, и троица, всем своим видом внушавшая уверенность в благополучном завершении воздушного путешествия, удалилась в пилотскую кабину. Мне казалось, что Влад продавил диван до самого пола, и я посоветовал ему находиться во время полета посреди салона, чтобы не нарушить центровку.

Стюардесса удалилась в тамбур. С тихим жужжанием запустились двигатели, самолет тронулся и медленно покатил по рулежке. Влад открыл холодильник и после недолгого выбора выудил оттуда бутылку шампанского. Я нашел в баре небьющиеся пластиковые стаканы. Пробка стартовала в потолок в тот самый миг, когда самолет оторвался от взлетной полосы и круто взмыл вверх.

Только черт знал, что ждало нас впереди.

Глава 6

Время остановилось. Почти десять часов, с дозаправкой в Рейкьявике, мы летели до канадского острова Ньюфаундленд, а приземлились по местному времени в тот же день и почти в тот же час, когда вылетели из Внукова. Влад ворочался на диване и время от времени поглядывал в иллюминатор, через который можно было увидеть гигантскую прожекторную вышку, название аэропорта из крупных неоновых букв и огромные электронные часы, указывающие время, дату и температуру воздуха. Мне тоже не спалось. Под шерстяным пледом было жарко, и я уже в который раз брал со стола пластиковую бутыль с тоником и жадно пил.

– Этак мы с тобой никогда не состаримся, – проворчал Влад, глядя на свои часы. – Пройдет день, второй, третий, а в самолете по-прежнему будет вечер тринадцатого марта.

Он сел и, почесывая волосатую грудь, сладко зевнул.

– Чемодан на месте? – спросил он.

Я на ощупь нашел чемодан и постучал по его тугому боку.

– Это хорошо, – сказал Влад и, нажав на кнопку селектора связи со стюардессой, заказал два кофе.

Я тоже сел – при даме было неудобно лежать – и прижался лбом к холодному стеклу иллюминатора. Оранжевый топливозаправщик медленно отвалил от самолета. Мужчина в ярком пуховике с капюшоном, пританцовывая от холода, ритмично размахивал руками, словно дирижировал оркестром. В острых лучах прожекторов он напоминал актера на съемочной площадке.

– Ты не обратил внимания, – произнес Влад, тоже следя через иллюминатор за жизнью канадского аэропорта, – как стюардесса убирала ночью со стола?

– Нет, – ответил я. – А как она убирала?

Влад несколько секунд размышлял, как точнее передать мысль.

– Мне показалось, что она, добросовестно протирая стол, попутно проверила содержимое наших карманов в брюках и рубашках.

– У тебя что-нибудь пропало? – спросил я, не слишком серьезно воспринимая подозрения Влада.

– Нет, ничего… Впрочем, наверное, я ошибся.

К самолету подъехал буксир. Мужчина в пуховике накинул на стойку шасси железный хомут. Нас плавно качнуло. Огни аэропорта медленно поплыли в сторону.

– Что у нас дальше по курсу? Гавана или Богота?

– Я уже со счета сбился, – признался я.

– Это ерунда, – ответил Влад, опять зевнув. – Главное, чтобы количество взлетов совпадало с количеством посадок.

В салон, постучавшись, вошла стюардесса с подносом в руках и расставила на столе чашки. Она не зажгла света и в сумеречном салоне казалась негритянкой.

– Господа желают еще что-нибудь? – спросила она по-английски.

– Нет, – голосом пресыщенного всеми радостями жизни миллионера ответил Влад. – Скажите, где мы совершим следующую посадку?

– Приблизительно через шесть часов мы приземлимся в Гаване.

– А там нормальный аэропорт? – болтал от скуки Влад. – Диспетчеры и навигационные службы работают нормально? Забастовок не намечается?

Мы дремали под мерное шипение реактивных двигателей на высоте десять тысяч метров над спрятавшимся в ночном мраке Атлантическим океаном. Казалось, самолет неподвижно завис в каком-то стерильном мире, где не было ничего – ни вверху, ни внизу, ни по сторонам, и, время от времени приближаясь к иллюминатору, я видел только свое отражение, слабо освещенное ночным светильником. В Москве, в существование которой сейчас верилось с трудом, был полдень, четырнадцатое марта, суббота. Наверняка шел все тот же бесконечный дождь со снегом; на Садовом кольце, забитом потоком грязных машин, напоминающих сошедший с горы сель, стоял непрекращающийся шум; куда-то опаздывающие люди с мокрыми ногами прыгали через заполненные талой водой канавки и лужи, толкались на пешеходных переходах, норовили перебежать дорогу на красный свет; магазины дразнили витринами, пиццерии распространяли приевшийся запах горячего сыра и жареной ветчины, рекламные щиты ненавязчиво навязывали товар. И в том далеком мире осталась перевернутая вверх дном квартира Анны с разбитым телефоном и странной записью на автоответчике, и я в десятый раз спрашивал себя, правильно ли сделал, что скрыл от Влада всю правду.

Небо светлело. Из-за океана вставало солнце. Поверхность воды еще оставалась в глубоких предрассветных сумерках, а серебристое крыло самолета уже залил пронзительно-красный свет. Я встречал свой первый в жизни рассвет над Атлантикой, и душу наполняло ожидание тревожных и ярких событий.

Влад вошел во вкус и не проснулся даже во время заправок в Гаване и Боготе. Ко мне сон не шел, и, не мучая себя более неподвижным лежанием под пледом, я оделся и собрал постель. Должно быть, я был похож на нетерпеливого пассажира, который за несколько часов до прибытия поезда на конечную станцию начинает вытаскивать вещи в тамбур. Чтобы скоротать время, я снял с книжной полки несколько туристических справочников по Эквадору и загнал в видеомагнитофон кассету с примитивным боевиком.

Влад продолжал спать. Я удивлялся его гагаринскому спокойствию. До прибытия в Кито оставалось не больше двух часов. Стоя перед умывальником и намыливая кисточкой щеки, я смотрел в зеркало на его крупную голову с выразительными чертами лица и думал о том, какие сумасбродные мысли зреют в этой голове и насколько они повлияют на мою дальнейшую жизнь.

Самолет сделал крен, и свет, льющийся из иллюминаторов, упал на торцевую дверь, ведущую к рампе. Как раз в этот момент в салон с шумом ворвался один из членов экипажа. Если я правильно запомнил, это был штурман Джулиан Мэйо. Задев стул, на котором была развешана одежда Влада, и едва не опрокинув его, штурман подошел к торцевой двери, толкнул ее ногой и скрылся в черной утробе багажного отсека.

Мне не понравилось это нервное перемещение. На мой консервативный взгляд, должностное лицо должно передвигаться по воздушному судну очень медленно и непременно улыбаясь, даже если самолет вошел в крутое пике. Я машинально глянул в иллюминатор. Крыло не отвалилось, под нами медленно плыл зеленый ковер джунглей.

– Подлетаем? – невнятно пробормотал Влад. Он наконец проснулся, оторвал голову от подушки и сладко потянулся. – Кто это такой вежливый был?

– Штурман.

– Ну вот, – проворчал Влад. – Сначала со стуком входила только стюардесса. Теперь без всяких комментариев вламываются пилоты. А что будет после посадки? Пинками под зад вытолкнут?

Неудержимо зевая, он потянулся за рубашкой, из кармана которой торчал черный штырь антенны мобильного телефона. Я не мог объяснить, зачем Влад взял его с собой. Неужели он надеялся, что сможет говорить с Москвой с острова?

– Как там? – спросил он, тыкая пальцем в кнопки. – Пятьдесят один – семнадцать – три ноля?

– Ты о чем? – не понял я.

– Надо попросить Элизу Дориа встретить нас в аэропорту, – пояснил Влад и прижал трубку к уху.

За дверью, куда вышел штурман, что-то грохнуло. Было похоже, что Джулиан сбрасывает с полок дюралевые такелажные ящики.

– Шум и треск, – произнес Влад, все еще вслушиваясь в звуки, которые издавал телефон, и вздохнул. – Наверное, Элиза Дориа вышла в душевую комнату. Или бегает по пляжу.

– Она еще спит, – предположил я, – и даже не догадывается, что ее судьба в лице русского парня Влада Уварова стремительно…

– Тихо! – вдруг прикрикнул Влад и раскрыл рот.

– Ну вот, ответила, – шепнул я. – А ты боялся.

Влад махнул на меня рукой и еще крепче прижал трубку к уху. Он классно смотрелся в трусах, рубашке и с мобильным телефоном.

– Что там? – во мне взыграло любопытство.

Влад морщился. Видимо, слышимость была ужасной. Он зачем-то постукивал пальцем по корпусу телефона, словно это был надежный способ улучшения качества приема радиоволны.

– Захват самолета… – отрывисто произнес он. – Стюардесса связана… Два вооруженных террориста на борту… Бомба… Черт, ничего не понятно!

Кажется, Влад случайно поймал чужую волну. Я подошел к нему, сел на стол и прислонил ухо к тыльной стороне трубки. Ничего, кроме сопения Влада, я не услышал.

– Требуют изменить курс… – продолжал переводить Влад. – Штурман Джулиан Мэйо убит… Командир подчиняется приказу террористов и меняет курс…

Меня словно горячим утюгом двинули по затылку.

– Что ты несешь? – произнес я. – Джулиан Мэйо – это наш штурман! И он вовсе не убит!

Я попытался вырвать трубку из руки Влада, но в это мгновение, столь же стремительно, как и несколько минут назад, в салон вернулся штурман. В руках он держал длинноствольную винтовку, нацелив ее в потолок. Он часто и шумно дышал, глаза его возбужденно двигались, словно Джулиан следил за полетом мухи, каким-то образом залетевшей в салон.

– Не хочу вас пугать, – произнес он по-испански, – но ничего хорошего я вам не обещаю. Если сможете, попытайтесь защитить себя. Эти скоты хотят втянуть вас в гнусную игру.

Он широкими шагами направился к двери, ведущей в служебные отсеки, попутно наступив Владу на босую ногу. Не доходя до двери, штурман вскинул винтовку, передернул помповый затвор и громко крикнул:

– Эдвард!! Я в твои игры не играю. Не впутывай меня в эту грязь! Если ты немедленно не вернешься на прежний курс, я превращу самолет в решето!.. Считаю до трех! Раз! Два!..

Я встретил дикий взгляд Влада. События развивались столь стремительно, что никто из нас не успел толком сообразить, что происходит и какая роль в этих поднебесных разборках выпадает нам. Если Влад правильно перевел сообщение, которое случайно поймал на мобильный телефон, то выходило, что командир нашего самолета Эдвард Гез и члены экипажа стали заложниками двух террористов, причем штурман Джулиан Мэйо был убит…

Штурман Джулиан Мэйо не успел сказать «три!». Я даже не заметил, как распахнулась дверь и прогремел выстрел. Раненный в голову штурман запрокинулся спиной на стол. Он захрипел, дернулся в конвульсиях и замер, выронив винтовку из рук.

Запахло порохом. Некоторое время спустя в салон зашел командир корабля. Мощный «магнум» он держал в опущенной руке стволом вниз. Медленно подойдя к лежащему на столе штурману, он посмотрел в его стекленеющие глаза, затем ослабил галстук на своей шее и расстегнул верхнюю пуговицу воротника.

– Мне очень жаль, господа, что ваше настроение испорчено, – сказал он по-испански. – У Джулиана неожиданно помутился рассудок, и он стал опасен и для вас, и для нас. Потерпите немного, сейчас мы совершим посадку на военном аэродроме, где представители службы безопасности снимут труп с борта самолета. Прошу соблюдать спокойствие.

Он наклонился, поднял с пола винтовку и вышел из салона.

Глава 7

Едва дверь за командиром закрылась, как Влад стал торопливо натягивать на себя джинсы.

– Нам не хватало только службы безопасности, – произнес он, кидая взгляды на труп штурмана. – Один хороший обыск, и мы потеряем все, что имеем. Надо спрятать деньги в другое место… Не сиди, делай что-нибудь!

– Не суетись, – ответил я. – Все намного хуже, чем ты думаешь.

– Что может быть хуже? – пробормотал Влад.

– Ты чей голос слышал по телефону?

– Не знаю, чей голос! Какое-нибудь местное радио или диспетчер! – отмахнулся от меня Влад, будто я задал совершенно неуместный вопрос. – Не сиди! Открывай чемодан!

– Влад, это был доклад нашего командира наземной службе, – сказал я.

– Не придумывай, – поморщился Влад и, заправляя на ходу рубаху, подошел к дивану, за которым стоял чемодан. – При чем здесь террористы? Речь шла о каком-то другом самолете.

– Ни один человек на земле не мог предугадать гибель этого парня, – кивнул я на штурмана. – Кроме нашего командира. Понимаешь? Он сообщил на землю, что штурман убит, а затем сам же его застрелил.

– Зачем? – спросил Влад, пытаясь вытащить чемодан из-за дивана, но я крепко прижал его к борту ногой.

Казалось, пол под нами стал проседать. Тембр гула двигателей изменился, стал более низким и тихим. Загудели, загрохотали выходящие из ниши шасси. Мы заходили на посадку.

Влад перестал тянуть чемодан и вместе со мной прильнул к иллюминатору. Под нами, куда ни кинь взор, во все стороны волнами расходилась сельва. Редкие деревья-гиганты с широкими кронами и гладкими, лишенными сучьев стволами торчали над пышным и хаотичным цветением сельвы. После привычных нам подмосковных березовых лесов с прозрачной, похожей на дым кроной и однообразным частоколом белых стволов джунгли казались сказочным миражом, зрелищным фильмом о заповедных местах, куда никогда не ступала нога человека, и, зачарованные увиденным, затаив дыхание, мы несколько мгновений не отрывались от иллюминаторов.

Завалившись на крыло, самолет пошел на вираж. Высота стремительно падала. Казалось, колеса вот-вот заденут крепкие кроны, усеянные обезьянами, как плодами.

– Не собираются ли они садиться прямо на деревья? – произнес Влад.

Мы напрасно тратили время. Мы не о том думали! Я оторвался от притягательного иллюминатора и толкнул Влада в плечо.

– Очень скоро мы не только чемодан потеряем, но и наши глупые головы. Ты понимаешь, что на нас навесили роль двух террористов?

Я кинулся к двери, ведущей в багажный отсек и к рампе.

– Обыщи штурмана! – крикнул я Владу, которого надо было все время подталкивать к действиям. – Может, у него есть оружие!

В выстуженном высотой багажном отсеке покачивались и скрипели такелажные ремни с тяжелыми карабинами. Все полки были пусты, только на полу стояли два длинных оцинкованных ящика. Я раскрыл первый. В нем находились шанцевые инструменты, то есть лопата, кирка, буксировочный канат, накладные гаечные ключи, тормозные башмаки и прочее железо. Во втором ящике, набитом тряпками, лишь остался запах оружейной смазки.

Не знаю, почему я был уверен, что обязательно найду в ящиках оружие, будто экипаж возил с собой целый арсенал. Неудача так меня расстроила, что я со всего маху ударил ногой по ящику и вернулся в салон. Влад с отвращением на лице гладил покойника под мышками.

– Ничего? – крикнул я.

Влад отрицательно покачал головой и изрек:

– Можно снять с него брючный ремень и по очереди повеситься.

Мне было уже не до шуток. Россия, со всей своей отчаянной жестокостью, с привычными повадками и потенциальной готовностью помочь и защитить, осталась где-то страшно далеко. Мы падали в совершенно другой мир, где было все иным – от языка до законов, падали прямо на головы стаи, в которой к нам сразу и навсегда будут относиться как к чужакам. Мало того, мы угодили в жернова чьей-то нехорошей игры, и нами, как шашками, уже сыграли в поддавки.

Я схватил стул, поднял его и с размаху ударил о пол. Треснутую ножку пришлось доламывать коленом. Самолет снова резко накренился – на этот раз на другой бок. В иллюминаторах левого борта вспыхнуло ослепительное солнце, а в противоположных стремительно замелькали кроны деревьев, похожих на огромные кисти для побелки. Труп штурмана свалился на пол. Струйка крови побежала по поверхности стола, ударилась о металлический кант и закапала на ковер.

Я просунул ножку от стула под ручку двери, ведущей в служебные отсеки. Проверил, прочно ли держит дверь этот импровизированный засов. Влад гремел железом в багажном отсеке, подбирая себе оружие. Ему приглянулся ломик метровой длины, заточенный с обеих сторон. Я же предпочел, чтобы мои руки оставались свободными – так мне было удобнее бороться за свою жизнь.

Стремительно несущийся под нами зеленый ковер вдруг резко оборвался, и самолет, почти заглушив двигатели, стал бесшумно опускаться на посадочную полосу, разрезавшую узкую просеку. По обе стороны от нее не было ничего, кроме темной стены джунглей, – ни аэродромных знаков, ни вышек, ни ангаров, ни каких-либо других строений.

Самолет тяжело ударился колесами о посадочную полосу, и в тот же миг двигатель взревел в реверсном режиме. Началось столь резкое торможение, что мы с Владом едва устояли на ногах. Пустая бутылка из-под шампанского с грохотом покатилась по полу, ударилась о дверь, запертую ножкой стула, и разбилась вдребезги.

– Вытаскивай чемодан! – крикнул Влад, сопротивляясь силе торможения, и, с трудом добравшись до аварийной двери, ударил ломиком по запорному крану. Дверь не поддалась. Он замахнулся еще раз. Я выволок чемодан из-за дивана и подтащил его к Владу. Мой друг, не изменяя своим привычкам, шел к цели напролом. Инструкция на английском предписывала в случае аварии повернуть запорный кран по часовой стрелке, а затем вытолкнуть дверь наружу, Влад же крушил дверь ломом.

Из-за рева двигателей трудно было объяснить что-либо вразумительно, и я, толкнув Влада на диван вместе с его ломом, сорвал пломбу с крана, вытащил предохранительную чеку и, повернув железное кольцо, ударил по двери ногой.

Она с хлопком вылетела наружу, срывая ленту резинового уплотнителя. Ураганный знойный вихрь тотчас ворвался в салон. Я едва успел схватиться за навесную полку для телевизора, иначе улетел бы вслед за дверью. Влад, встав на колени, стал подтаскивать к проему чемодан. Аварийный люк был слишком узким, и чемодан пришлось поставить на торец. Я был уверен, что при падении чемодан разобьется вдребезги, что сыграет мне на руку. Если произойдет чудо, мы с Владом останемся живы и не попадем в руки полиции, исчезновение миллиона долларов можно будет объяснить ему турбулентностью, всасывающим эффектом самолетных двигателей или каким-нибудь загадочным воздушным потоком, свойственным сельве. Без денег Влад, конечно, станет другим человеком, и поведение его может быть непредсказуемым, но я должен буду сыграть тонко, убедить его все же добраться до Кито. А там я сам разберусь и с земельным департаментом, и с Анной.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Поделиться ссылкой на выделенное