Андрей Дышев.

Стерва, которая меня убила

(страница 4 из 17)

скачать книгу бесплатно

Милиционер решил, что я высказал недовольство.

– Не хочешь – как хочешь, – равнодушно ответил он и закрыл папку. – Но учти! – погрозил он мне пальцем. – Учти! Сначала штраф заплатишь, потом на техосмотр пойдешь. А для твоей развалюхи техосмотр – все равно что для старой коровы мясокомбинат.

– Мы согласны, согласны! – кинулась спасать положение Лисица. – Сейчас… – Она торопливо расстегнула сумочку и начала шебуршать в ней рукой. – Вот… вот, пожалуйста.

– Так-то! – умиротворенно произнес милиционер, принимая из рук Лисицы купюру. – И не теряй больше. И вообще, мой тебе совет. – Он встал со стула и начал пристраивать на голове фуражку. – Нечего номер свинчивать! Коль государство выделило его тебе – изволь носить на машине в привинченном состоянии!

С этими словами он удалился. Как только милицейская фуражка скрылась за калиткой, Лисица запищала от восторга и кинулась мне на шею.

– Ура!! Я думала, что это конец! Как нам повезло!

– Странно, – пробормотал я, глядя на знак.

– Что странно?

– Ладно, он нашел знак, – сказал я. – Но винты! Весь пляж, что ли, через сито просеивал?

– Не забивай голову ерундой! – ответила Лисица, выталкивая меня в комнату. – Одевайся! У нас осталось три часа!

«Да, – думал я, натягивая джинсы, – труп надо перепрятать. Если его найдут на пляже, мент обязательно вспомнит про меня. И тогда мне кранты».

– У тебя есть большие мешки? – донесся голос Лисицы с веранды.

– Зачем тебе мешки?

– Товар упаковать! – язвительно ответила Лисица.

– Посмотри в сарае. И лопату прихвати!

Если не ошибаюсь, бабуля при жизни хранила в сарае мешки из-под сахара. Для нашего покойника они, конечно, маловаты, но можно использовать два… Я мимоходом взглянул на себя в зеркало. Глаза ввалились, на щеках щетина, нос облуплен – красавец хоть куда! Зато совершенно спокойно думаю о том, что предстоит сделать, и меня при этом не охватывает чувство паники.

Я услышал истошный вопль кур. Все ясно: Лисица почувствовала себя в своей тарелке. Наверняка по приставной лестнице взобралась на чердак. Что-то громыхнуло. Не свалилась ли?

Я выскочил во двор и кинулся к сараю. Оттуда мне навстречу, теряя перья, вылетела обезумевшая рябушка.

– Ты где там? – крикнул я.

Лисица появилась, как привидение. В волосах у нее торчала солома, к майке прицепились перья. Под мышкой она держала груду мешков.

– Зачем столько? – вспылил я. – Ты его что – частями вывозить вздумала?

– Кто знает, – неопределенно ответила Лисица.

Я отобрал у нее мешки, взял два, остальные закинул в сарай. Пока Лисица вместе с лопатой устраивалась на переднем сиденье, я привинтил номерной знак на место. «Нет, – уверенно подумал я, – сам он никак не мог отвалиться. Кто-то снял его, пока я любезничал с Лисицей, качаясь на волнах. Интересно узнать, кому это было надо?»

Когда мы выехали со двора, до собачьих соревнований оставалось чуть больше двух часов. Я с остервенением давил на газ, выжимая из дряхлого мотора всех его задохлых лошадей.

На грунтовке, идущей вдоль виноградников, мне удалось обогнать «Москвич», в котором рядом с водителем сидел рыжий эрдельтерьер.

– Первый участник! – крикнул я, и тотчас «жигуль» въехал в выбоину, ударился днищем о грунт и прыгнул, словно свинья через порог свинарника. Я припечатался темечком к потолку.

– Ах, ядрена вошь! – выругался я, потирая ушибленное место. – Привыкли с зазором приезжать. Время девать некуда… Сейчас мы погоним его по большому кругу!

Я вырулил на середину дороги и остановился. Не дожидаясь, пока осядет пыль и мое лицо будет видно слишком отчетливо, я пошел навстречу «Москвичу». Как только тот остановился, я склонился над окошком.

– Я тоже участник, – по-родственному признался я немолодому водителю, который смотрел на меня сквозь толстые линзы очков. – И скажу вам по секрету, что там требуют справку.

– Какую справку? – удивился водитель, а его рыжий пес вопросительно тявкнул.

– Не из кожвендиспансера, конечно! – ответил я. – Естественно, от ветеринара!

– А зачем? – пожал плечами водитель. Он смотрел на меня сквозь запыленные очки и часто моргал глазами.

– Таковы правила соревнований. Так что лучше сразу разворачивайтесь.

– Ничего не понимаю, – пожал плечами водитель. – О каких соревнованиях вы говорите?

– А… а разве вы не на собачьи соревнования?

– Нет! Просто искупаться.

– Все равно не пустят, – настаивал я. – Там сегодня соревнования, на въезде будет жесткий контроль.

– Что вы говорите! – расстроился «москвич». – Первый раз слышу.

– Одного отшили, – сказал я, вернувшись в машину.

Но радовался я рано. Когда дорога пошла под уклон, нашему взору открылся пляж, заполненный, как в обычные дни, рыбаками и «дикарями».

– Ничего не понимаю, – пробормотал я. – А как же соревнования?

Лисица не ответила. Она вдруг схватила меня за плечо и, глядя вперед, произнесла:

– Что это?

Глава 7

Я только сейчас увидел вкопанный посреди пляжа шест, на котором, подобно пиратскому флагу, развевались на ветру знакомые мне черные плавки. Вокруг шеста из камней был выложен овальный бордюр, к нему были привязаны надувные круги. Постройка здорово смахивала на фрегат. Внутри его играли дети.

– Откопали! – ахнула Лисица.

Через меня словно ток пропустили.

– Что откопали?!

– Пока только плавки. Но эти веселые детишки… Они все, что хочешь, откопают.

– Я не представляю, как мы сейчас будем работать! Десятки глаз кругом!

– Ты можешь предложить что-нибудь другое?

А что я мог предложить? Мы съехали на пляж. Мне казалось, что все смотрят на нас и думают: «А вот и убийцы приехали! Сейчас начнут труп откапывать!» Лисица переживала подобные чувства. Она вжалась в сиденье, исподлобья глядя по сторонам. Вдобавок к машине вдруг подскочил пузатый дядька с обожженными плечами и, брызгая слюной, заорал на меня:

– Ты куда едешь?! Куда едешь, баран?! Не видишь полотенце?!

Теперь на нас в самом деле смотрел весь пляж. Я лихорадочно крутил баранку, объезжая раскиданные по песку тапочки, соломенные шляпы, людей и подстилки. Метров за пятьдесят перед барханами пришлось остановиться – колеса стали увязать в песке.

Несколько минут мы неподвижно сидели в машине, не решаясь выйти наружу.

– Может, соревнования отменили? – с надеждой спросил я.

– А если не отменили? – вопросом на вопрос ответила Лисица. Логика ее была убийственной.

Мои эмоции хлынули наружу.

– Но я не знаю, не знаю, как мы будем его сейчас выкапывать!!

– Давай для начала выйдем из машины, – ответила Лисица. – А то привлекаем внимание уже только тем, что сидим здесь, как два шпиона.

Мы вышли. Мне казалось, что у меня руки и ноги деревянные, как у Буратино, шея вообще не поворачивается, глаза вот-вот выпадут, как голубиные яйца из гнезда, а выражение на лице такое, будто я свято хранил военную тайну в плену у врага.

– Лопатой не маши, – сквозь зубы произнес я. – Да что ты ее на плечо…

– Мешки не забудь! – ничуть не таясь, прикрикнула Лисица.

На деревянных ногах я приблизился к багажнику, открыл его и взял мешки. Лисица, в отличие от меня, бодро шагала по дюнам с лопатой на плече, будто на субботник. Я плелся за ней, словно на расстрел, не смея поднять глаза и выяснить, все ли уже догадались о наших намерениях или же еще осталась пара-тройка несведущих дураков. Я был уничтожен, раздавлен страхом. Впервые в жизни я понял, какой же я все-таки трус и какие все-таки идиоты смельчаки.

Наконец мы зашли под прикрытие бархана и сели на песок. Теперь нас никто не видел. Перед нами грелся на солнце могильный холм. Люди не обращали на него внимания. Муравьи покоряли его вершину. Чайки отбрасывали на него тень. Ветер шлифовал неровности на его поверхности. Но никто, кроме нас с Лисицей, не знал, что таится под толщей песка. Эта тайна принадлежала только нам, и потому я испытывал к покойнику странные, едва ли не родственные чувства.

– Если присыпать хлоркой, – произнес я, – или залить керосином… А лучше всего молотым перцем…

Это было пустое сотрясение воздуха, выбрасывание идей в атмосферу. Не дослушав меня, Лисица решительно схватила лопату, мешок, затем поднялась на вершину дюны и стала яростно наполнять мешок песком. До тех пор пока до меня не дошел смысл ее деяний, я полагал, что она взбесилась от безысходности. Несколько минут подряд она безостановочно пахала, выставив свой круглый энтузиазм на обозрение всему пляжу. Я тоже залюбовался ею, но мое общение с прекрасным продолжалось недолго.

– Что ты пялишься на меня?! – зашипела она. – Иди держи мешок!

Я на четвереньках взобрался на подиум.

– Ты не там копаешь, – сказал я, окидывая застенчивым взглядом побережье. В самом деле, почти все обитатели пляжа глазели на нас.

– Делай вид, что мы набираем песок! – произнесла Лисица и очень недоброжелательно взглянула на меня.

– А зачем нам песок?

– Жрать будем! Олигофрен…

Я держал мешок за горловину, а Лисица наполняла его песком. Вскоре пляжники утратили к нам интерес. Когда мы тащили мешок к машине и укладывали его в багажник, за нами с интересом следил лишь голопопый мальчуган с чупа-чупсом во рту.

«Однако котелок у нее варит», – подумал я про Лисицу, когда мы вернулись к нашей дюне. Теперь, когда мы понесем мешок с покойником, никто не задастся вопросом: а что в мешке?

Наступила моя очередь махать лопатой. Медлить было нельзя: с минуты на минуту могли приехать собачники. Сначала я разровнял холм, а когда показалась скрюченная рука, принялся осторожно, как археолог, снимать песок слой за слоем.

Лисица стояла на шухере. Она крутила головой и все время шипела на меня змеей. Я работал, как землеройная машина, и пот градом катился с меня. Уже через десять минут я освободил от песка ноги, задницу и часть спины покойника. Он напоминал курицу, обвалянную в сухарях. Скрюченная, как у зародыша, поза, которую он принял благодаря тесной яме, оставляла надежду, что его удастся полностью запихнуть в мешок.

– Ты скоро? – спросила Лисица.

Она стояла ко мне спиной на вершине дюны и, млея на солнце, играла с волосами. Медленно приподнимет руки, загребет пальцами локоны и давай их перебирать да мять, как мочалку. При этом то так ножку поставит, то сяк.

– Ты доиграешься, что мужики прибегут! – предупредил я и, поплевав на ладони, схватился за ногу покойника.

Этот охлажденный цыпленок шел очень тяжело. Закоченевшее тело не разгибалось и с успехом могло исполнять роль якоря. Пришлось расширять яму. Я пару раз махнул лопатой и вместе с песком выудил из ямы шорты несчастного. Кинул их рядом, чтобы не забыть закопать снова, и тут увидел, что из кармана выглядывает край кожаного портмоне.

Я мельком взглянул на Лисицу. Она по-прежнему стояла ко мне спиной и позировала вуайеристам. Я быстро наклонился, вытащил портмоне и затолкал его себе в карман.

– Иди помогать! – проворчал я.

Лисица обернулась и тотчас скривила лицо.

– Миленький! – произнесла она. – Умоляю! Я не могу! Пожалуйста, пощади! Давай сам! Ты же такой мужественный, такой сильный!

Вот же сучка! Знает, как мне польстить, то есть сказать заведомую ложь: «Мужественный, сильный!..» Я сплюнул, с трудом подавляя выражение свинского счастья на лице, и с удвоенной энергией схватился за ноги. Рывок – и мы вместе с покойником падаем на песок. Я немедленно принялся натягивать на туловище мешок. Тут уже Лисица присоединилась ко мне. Вдвоем мы его быстро упаковали. Я уже хотел завязать горловину мешка шнурком, но тут Лисица увидела шорты, покачала головой, взяла их двумя пальцами и кинула в мешок.

– Серьезная улика! – строго сказала она.

Я кое-как разровнял место эксгумации.

– Какой тяжелый! – взвыла Лисица, пытаясь сдвинуть мешок с места. – Я не могу! Женщинам вообще нельзя носить тяжелое.

– Конечно! Я понесу его один! Вприпрыжку и с улыбочкой! А ну, быстро взяла! – скомандовал я.

– Не надо грубить! – попыталась поставить меня на место Лисица. – И оставь свою дурацкую лопату!

Мы взялись за мешок. Лисица принялась стонать и охать. Толку от нее было мало. Получалось, что вместе с мешком я тащил и ее. Мы бросили ношу на песок.

– Может, потащить волоком? – предложила Лисица.

– Протрется… Закинь-ка мне его на спину.

Кое-как я взвалил мешок на себя и побрел к машине. Лисица гордо шествовала впереди. Меня шатало из стороны в сторону, ноги глубоко увязали в песке, в спину давило что-то твердое – то ли локоть, то ли колено.

Я едва дошел до машины и бросил ношу в багажник. Машина сразу просела под тяжестью.

– Крышка не закроется, – сказала Лисица.

– Давай его на заднее сиденье!

Мы снова взялись за мешок. Лисица топталась на полусогнутых ногах рядом с задней дверью, не зная, каким боком затащить мешок в салон.

– Какая гадость, – всхлипывала она от жалости к самой себе. – Я не могу дышать…

– А ты хочешь, чтобы он благоухал! – огрызнулся я.

Наконец мы кое-как пристроили мешок. Я закрыл дверь и опустил крышку багажника. Лисица уже занесла ногу, чтобы сесть в машину, как я схватил ее за руку.

– А плавки?

– Какие плавки? – заморгала глазами Лисица.

Я кивнул на «пиратский флаг».

– Черт с ними! – легкомысленно махнула рукой Лисица.

– Ты что! – произнес я, гневно сверкая глазами. – Может, его уже объявили в розыск! А эти плавки семафорят на всю округу!

– Нам надо сваливать! – начала упрямиться Лисица. – Тысячи мужиков носят такие плавки!

Но я твердо стоял на своем, давая понять, что без плавок покину этот пляж только в мешке из-под сахара.

– Тогда сам снимай их оттуда! – обозлилась Лисица, села в машину и демонстративно скрестила руки на груди.

Я решительно направился к «фрегату», перешагнул через борт, взялся за мачту и стал кренить ее на себя.

Что тут началось! Все дети, занятые в игре, одновременно завизжали. На сигнал бедствия отпрысков тотчас отреагировали мамаши и папаши. На меня обрушился град упреков. Я отпрянул от мачты, словно по ней пустили ток высокого напряжения, и принялся оправдываться. Я нес какую-то ахинею о том, что эти плавки принадлежат мне, и я забыл их здесь вчера вечером, и они очень дороги мне как память о бабушке, подарившей их мне. Потом я стал клясться, что принесу взамен другие, почти новые, тоже очень-очень похожие на «пиратский флаг»…

Но эти увещевания не возымели никакого действия. Родители грозились милицией, детишки продолжали истошно вопить. Какой-то особо гневный пацан швырнул в меня песком. Я понял, что команда корабля намерена бороться за свой флаг отважно и бескомпромиссно. В довершение всего Лисица принялась сигналить из машины, и пляж окончательно превратился в дурдом. Поверженный, я кинулся бегом к машине под свист и улюлюканье.

Когда я запрыгнул в машину, Лисица тихо всхлипывала и вытирала слезы. Ее лицо при этом было счастливым и глупым, и я понял, что она только-только справилась с истерическим смехом.

Но лично мне было не до веселья. «Вечером все равно приду за плавками», – твердо решил я.

Глава 8

Мы опустили все стекла, я включил вентиляцию, но это мало помогало. Лисица высунула голову из окна и хватала ртом воздух, как камбала на кукане. Я старался не обращать внимания на некоторый дискомфорт и думал о том, что второй раз не имею права ошибиться. Избавиться от жуткого мешка надо было окончательно, навсегда, бесповоротно.

Более всего опасался я встречи с милицией. Элементарная проверка – и нам кранты. Потому я не свернул на шоссе, где в засадах всегда было полно патрульных, а пересек его и съехал на полевую грунтовку. Эта дорога была разбита до предела, зато я мог пылить по ней без всякого риска.

– Куда ты едешь? – спросила Лисица.

– Там должен быть карьер, – сказал я. – Туда сваливают строительный мусор.

– А не лучше ли скинуть его где-нибудь здесь и умчаться от греха подальше?

– Не лучше, – сердито ответил я. – Вдруг завтра здесь начнется «Зарница», послезавтра соревнования по спортивному ориентированию, а в субботу сюда хлынут грибники! И мы, как идиоты, каждый день будем перетаскивать мешок с места на место?

– Ты доиграешься, что нас остановит милиция! – пригрозила Лисица.

– Здесь милиции отродясь не бывало, – самоуверенно произнес я.

– А что, твой карьер достаточно глубокий?

– Как Марианская впадина! И там полно извести. А в ней, как известно, труп растворяется в считаные часы.

Но Лисицу что-то не устраивало.

– По мусорным свалкам часто шастают бомжи, – сказала она. – Они могут найти труп и сообщить в милицию.

– Ща-ас! – кивнул я и даже рассмеялся от такой наивности. – Бомжи сообщат в милицию! Скажи еще, что они напишут коллективную жалобу на неприятный запах!

Мне казалось, что мой ответ исчерпывающий, но в Лисицу вдруг словно бес вселился. Она вцепилась мне в руку своими острыми ногтями и торопливо заговорила:

– Я тебя очень прошу! Давай выбросим его здесь! Я уже задыхаюсь от этой вони! Спрячем его в кустах – и все! Посмотри, какие дикие места! Лучше места не найти!

Еще вчера вечером я бы сказал: «Делай что хочешь, я тут вообще ни при чем!» Но сейчас ситуация изменилась. Мне уже не нужна была ее помощь. Чтобы оставшуюся жизнь спать спокойно, я должен был единолично довести дело до конца. Вариант с карьером казался мне наиболее безопасным и надежным.

– Успокойся, все будет хорошо, – заверил я.

– Нет, нет! – все более распалялась она. – Поверь моей интуиции! Там мы попадемся! Нам надо избавиться от него! Здесь и сейчас! Останови машину!

Она схватилась за руль, пытаясь вывернуть его в сторону. Я отчаянно сопротивлялся. Машину кидало из стороны в сторону. Колеса шуршали по краю кювета.

– Да что с тобой?! – крикнул я, пытаясь оттолкнуть Лисицу.

– Останови!! – голосила она и начала открывать дверь – либо для того, чтобы глотнуть свежего воздуха, либо чтобы выброситься из-за непонимания.

Но что это впереди?! Проклятье!.. Я резко притормозил и прижался лбом к стеклу. Лисицу насторожило мое неадекватное поведение. Она притихла, закрыла дверь и тоже посмотрела вперед.

– Накаркала, – пробормотал я, с опозданием понимая, что женская интуиция – это не область фантастики и паранормальных явлений. Впереди, в тени куста, стоял желтый милицейский мотоцикл. По дороге в нетерпеливом ожидании встречи с нами прохаживался милиционер с полосатой палкой в руке.

«Жигуль» двигался со скоростью траурной процессии. Мне казалось, что я выпрыгнул из самолета, дернул за кольцо, но парашют не раскрылся и земля приближается неотвратимо…

Лисица ахнула и откинулась на спинку сиденья.

– Я же предупреждала, – прошептала она. – Остановись! Надо разворачиваться! Мы пропали!

Я остановил машину, но было поздно. Милиционер уже всерьез заинтересовался нами, поднял палку и махнул ею, приказывая подъехать ближе.

«Все слишком долго сходило нам с рук, – подумал я. – Нельзя было так часто испытывать судьбу. Мы проиграли…»

– Но здесь никогда не было милиционеров, – лепетал я бесполезные оправдания.

– Не останавливайся, – едва слышно умоляла Лисица.

– Он станет стрелять, – ответил я.

– Ну придумай что-нибудь! – всхлипнула она. – Ты же мужик!

– Скажу, что купил на рынке сахар, заглянул в мешок, а там оказался покойник…

– Сволочь! Сволочь! – слабым голосом ругалась Лисица. – Ты все испортил… Ты погубил меня…

С затуманенным сознанием я подъехал к милиционеру, заглушил двигатель и вышел из машины. Погубленная мной Лисица опустила голову на панель и перестала подавать признаки жизни.

– Документы! – потребовал милиционер.

Я чуть не сунул ему портмоне покойника. Вовремя спохватился и полез в другой карман.

– Что это ты, Еремин, так странно водишь машину? – спросил он, рассматривая мои права. – Пил?

В моей голове носились мысли одна бредовее другой. А если сказать, что пил? Он отберет права, отправит меня в поликлинику на экспертизу, и я выиграю время…

Не дождавшись ответа, милиционер отправился спутником по орбите вокруг машины.

– Багажник открой!

Я несколько раз, не попадая, ткнул ключом в замок.

– М-да, – произнес милиционер, с пониманием глядя мне в глаза. – Похмельный синдром…

Наша песенка была спета. Можно было даже не дергать лапками. Милиционер был настроен перерыть машину снизу доверху. Возможно, наш покойник уже был объявлен в розыск, и милиция осуществляла план перехвата.

– Что здесь? – спросил милиционер, осторожно ощупывая бок мешка.

– Песок…

– А может, гексоген? – хмыкнул милиционер. – Развязывай!

Как у меня дрожали руки! Я никак не мог справиться с узлом. Милиционер терпеливо сопел за моей спиной. «Сейчас как огреет дубинкой по затылку, – думал я, – и вызовет наряд».

Но удара не последовало. Шнурок развязался, из мешка на дно багажника посыпался песок.

– Строительством занимаемся? – предположил милиционер и кивнул. – Закрывай!

«Если ему что-то известно, то зачем он медлит?» – думал я.

Милиционер склонился у открытого окна и заглянул в салон.

– И там песок? – с издевкой спросил он, кивая на второй мешок.

Я мученически улыбнулся и произвел странный жест, словно хотел сказать: «Насмехаешься, начальник? Сам ведь знаешь… В принципе, там, конечно, может находиться песок. Можно сказать, что он уже там находится. И вообще, ничего другого, кроме песка, там просто быть не может!»

Милиционер смотрел на меня пытливыми глазами, и вдруг я заметил, что он как-то странно водит носом. Потом поморщился и отпрянул от машины.

– Гороха объелись, – пробормотал я, не понимая, откуда у меня взялись силы лгать.

– Ну, химики! – покачал головой милиционер. – А еще удивляемся, что у нас целые дома на воздух взлетают…

Он протянул мне права и поспешил отойти на безопасное расстояние от машины.

– Мне можно уезжать? – недоверчиво спросил я.

– Желательно побыстрее, – ответил милиционер. – Но на карьер дорога закрыта, и вам придется объезжать через Майоровку.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Поделиться ссылкой на выделенное