Андрей Дышев.

Инструктор по экстриму

(страница 5 из 23)

скачать книгу бесплатно

– Пей и не заставляй меня думать, что ты граф Монте-Кристо, сбежавший из тюрьмы, – сказал Славка, протягивая кружку.

Гера сделал несколько жадных глотков и только потом почувствовал, как обожгло горло. Он с подозрением посмотрел в кружку.

– Что это?

– Сие есть кровь моя… Да что с тобой, Гера? Не узнаешь свой любимый портвайн виз спрайт?

– Я же просил воды!

– Вода тебе не поможет. У тебя глаза из орбит вылезли и лицо побелело.

– Хорошо, что еще не позеленело… Сядь, я сейчас расскажу тебе такое, что у тебя самого глаза из орбит вылезут. Да еще запрыгают по полу, как лягушки.

– Весьма и весьма интригующе, – признал Славка. – Попробую отгадать с первой попытки: ты уронил со стены клиента.

– Лучше бы я это сделал! Но вся беда в том, что это он меня уронил! – со странным удовольствием поправил Гера. – Да еще несколько раз выстрелил вдогон.

Он выдержал паузу. Ему надоело смотреть на жизнерадостное и насмешливое лицо Славки. Гера чувствовал себя одиноким в своем страхе и хотел, чтобы кто-нибудь побывал в его шкуре.

– Ну и… – Славка попытался вывести его из оцепенения.

– Во-первых, возьми этот сверток и сожги его в костре, – сказал Гера, кидая на койку пакет с рваными шортами и майкой. – А во-вторых, принеси мне ножницы, пену для бритья и станок. И я тебе расскажу обо всем по порядку.

Он закрыл дверь за Славкой на шпингалет. Конечно же, этому лоботрясу и бабнику покажется, что Гера раздувает из мухи слона. Станет успокаивать, блистать остроумием и иронизировать. Естественно, не в него же стреляли! Еще неизвестно, как Славка повел бы себя на месте Геры… В общем, так. Эту паучью самку надо сдать милиции. Бежать от нее и стыдно, и малополезно. Но что же надеть? Что-нибудь неброское, меняющее имидж. Какие-нибудь дурацкие серые брючки с сандалиями на красные носки и белую кепку с изображением Волка из «Ну, погоди!»…

Славка принес все, что было нужно, и опять сел на койку. Гера встал перед осколком зеркала и принялся кромсать ножницами свой чуб. Славка был озабочен поступком друга, но от комментариев воздержался. Изрядно изуродовав прическу, Гера стал размазывать по волосам пену.

– Побрей мне затылок, а то я не достану!

Славка встал с койки, взял станок, подошел к Гере и уставился на его пенящуюся голову. Гера увидел в зеркале его глаза. Вот теперь Славка созрел! Теперь он способен слушать молча.

Славка брил другу голову, а тот подробно рассказывал ему о том, что случилось сегодня утром на Истукане. Рука с бритвой замерла в тот момент, когда Гера дошел до того места, как на площадке обозрения появился человек в красной майке и как Лена выстрелила в него.

– А где она взяла винтовку?

– Вынула из своего рюкзака.

– Из рюкзака? А как она там уместилась?

– Не знаю! Может, была складной, может, надувной.

– И он упал вниз?

– Да, он перевалился через ограду. По-моему, он отжимался от нее, и как раз в этот момент она выстрелила… Осторожнее, ты отрежешь мне ухо!

– А у тебя, оказывается, ужасно кривой череп!

– Хорошо, что первым это заметил ты, а не патологоанатом.

– Не могу понять, почему она не убила тебя, – задумчиво произнес Славка, оценивающим взглядом осматривая гладкий затылок Геры.

– Ты так говоришь, словно сожалеешь об этом.

– Если бы ты имел дело с профессиональным киллером, то она бы не промахнулась.

– Я падал, понимаешь? Я порхал в свободном полете!

– А ты уверен, что это была женщина?

– Уверен, – ответил Гера, но не стал объяснять, на чем его уверенность зиждется.

Славку неминуемо потянуло бы на злые шуточки, только скажи ему о том, как Лена снимала штаны, чтобы пописать. А ведь этот факт о многом говорил. Она уже на середине подъема относилась к нему как к покойнику, которого можно было не стыдиться.

– И что ты думаешь делать? – спросил Славка, протягивая Гере станок.

– Хочу убедиться, что она все еще болтается на скале.

– Зачем?

– Пока я буду ее пасти внизу, ты сгоняешь за милицией. – Гера перевел взгляд на Славку. – Ты ведь поможешь мне?

– А куда я денусь, несчастный? Ты только мне скажи: ты уверен, что эта Лена еще болтается?

– Если был бы уверен, то не брился бы наголо, – ответил Гера, ополаскивая станок в чашке с водой и осматривая себя в зеркале. Еще надо побрить виски. Может быть, и брови. Вот тогда получится то, что надо, – урод уродом.

– Не думаю, что она смогла выбраться на вершину без твоей помощи.

– А вершина ей не была нужна. Она намеревалась спуститься по стене.

– Ты в своем уме, убогий? На Истукан ни лестницу, ни лифт пока не провели.

– Я сам дал ей «восьмерку» и показал, как пользоваться!.. Все, готово!

Гера повернулся к Славке. По его глазам он понял, что своего добился. Славка кинул ему на лысину полотенце.

– Не могу на тебя смотреть без содрогания, – признался он. – Ты ли это, убогенький?

Гера тщательно вытер голову и принялся натягивать на себя старые брюки, в которых недавно олифил флигель… Лысая голова – это мелочь. Волосы отрастут, а вот дырка во лбу, если вдруг появится, уже не зарастет никогда.

Это была единственная мысль за последние часы, которая немного согрела его душу.

2

– Стоп! – сказал Славка, как только они вышли из калитки на улицу, и остановился. – Зачем нам тратиться на такси? Сейчас припашем Миру, пусть везет.

– На чем?

– Как на чем? На своем кабриолете!

– Так он же без карбюратора!

– Уже с карбюратором, – махнул рукой Славка и повернул назад. – Ребята утром нашли его под нашим забором. Может, у воришек совесть проснулась, и они подкинули его ночью… Установили, завели. Работает пукалка!

– Только, пожалуйста, не посвящай ее в наши дела, – на всякий случай предупредил Гера. Этих слов, впрочем, можно было и не говорить. Славка хоть и болтун, но все же знает, когда следует держать язык за зубами.

Они вернулись во двор. Мира продолжала упражняться с сумкой. Гера поймал ее скользящий взгляд, но девушка, кажется, его не узнала. Наверное, она собиралась уезжать. Станет капризничать, ссылаться на нехватку времени. Впрочем, она должник за бесплатный ночлег, пусть отрабатывает.

– Это… это ты?! – ужаснулась Мира, когда наконец узнала Геру, и раскрыла рот от неподдельного удивления. – Не может быть… Что с тобой?..

– Его делегировали на конкурс «Мистер Череп», – за друга ответил Славка. – Редчайший, между прочим, экземпляр. Обрати внимание на тупой угол между осью основания черепа и скосом лба. Месопотамийский феномен! Связующее звено между гомо хабилис и гомо эректус.

Девушка пялилась на Геру, словно он был инопланетным существом.

– А я думала… я думала, что ты на горе, – произнесла она. Взгляд ее цеплялся за лысину, но все время соскальзывал то на ободранные локти, то на исцарапанные ладони. Гере стало не по себе от ее взгляда, в котором слишком легко угадывался мистический страх.

Славка взял девушку под руку и по-свойски привлек ее к себе.

– Вот что, птичка, – сказал он ей заговорщицким шепотом. – Сейчас ты нас быстренько отвезешь к Истукану. Быстренько и незаметненько. Ибо претендент на звание «Череп Вселенной» забыл под горой свои носки.

Она растерянно кивала и все смотрела на Геру. Славка с вежливой настойчивостью подвел ее к «УАЗу». Девушка продолжала пялиться на изуродованного Геру. Так можно и шею себе свернуть! Подумаешь, лысого мужика не видела… Чувствуя, что неудержимо краснеет, Гера невольно потянулся руками к голове. Хотелось чем-нибудь прикрыться.

Когда вырулили на шоссе и помчались в сторону гор, Гера почувствовал, что голова мерзнет. И вообще, он испытывал новые и довольно странные ощущения. Казалось, что его скальпировали, мозги торчат наружу и мысли теперь видны всем. Он опять начал как бы невзначай касаться лысины пальцами – то погладит, то стряхнет что-то. Потом сцепил ладони в замок и завел их за затылок, изображая вольную и беззаботную позу. В конце концов не выдержал и стал пристраивать на голове носовой платок. Славка смотрел на него с пониманием.

Мира вела машину неплохо и, хотя «УАЗ» не отличался особой резвостью, один раз исхитрилась обогнать пассажирский автобус. Гера постоянно чувствовал ее взгляд, отраженный от зеркала заднего вида. И чего пялится? Невоспитанная какая-то! Лысый мужчина – это всего лишь признак индивидуальности и раскрепощенности. Он же не буравит ее своим взглядом только потому, что она не накрасила ресницы, а на верхней губе остался тонкий след от томатного сока!

Ветер растрепал ее длинные волосы, и голова девушки стала напоминать флотскую швабру в день большой приборки. От вчерашней болтливости не осталось и следа. Молчит, будто воды в рот набрала. Фокусы с яблоком не показывает, со Славкой не кокетничает, только дурными глазами на лысину через зеркало пялится. И без этого на душе муторно… Гера с нарастающим беспокойством смотрел на встречный транспорт – не мелькнет ли в окне какого-нибудь автомобиля скуластое лицо Лены. Разум твердил, что киллерша не сможет увидеть и тем более узнать его за короткое мгновение. К тому же она вряд ли когда-то видела Славку, значит, и он не может привлечь ее внимания. А Мира вообще случайный здесь человек.

«УАЗ» свернул на узкую грунтовку и въехал в ущелье. Гера втянул голову в плечи и нахмурился. Он мысленно спрашивал себя: не подставляет ли этих людей под прицел винтовки убийцы? Совесть, от которой, по мнению Славки, Гера когда-нибудь погибнет, разыгралась в паре с воображением. Он уже начал представлять окровавленного Славку на своих руках и рыдающую в истерике Миру… Но тут Славка хлопнул его по плечу и, ободряя, сказал:

– Не грусти, найдем мы твои носки!

Из-за поворота на них навалилась серая громада Истукана.

– Останови здесь, – попросил Гера.

Славка увязался за ним.

– Не лезь ты вперед меня! – отругал его Гера, когда они переходили через Мзымту по навесному мостику.

– Да нет там никого, – ответил Славка. Он не сводил глаз со стены и спотыкался.

Гера уже сам видел, что стена пуста. Они остановились в кустах, где он прятал велосипед. Рядом ревела река. С головокружительной высоты пикировали стервятники. Нагретый от стены воздух дрожал, как студень.

– Конечно, все это очень странно, – тихо произнес Славка после минутного молчания.

Гера понял: попав под гипнотическое влияние величественной природы, Славка вдруг усомнился в истинности его слов. Да Гера сам бы ни за что не поверил в киллершу и жуткий полет человека в красной майке, если бы все это не видел собственными глазами каких-нибудь три часа назад!

Они переглянулись.

– Я не сошел с ума, – произнес Гера. – Все было так, как я тебе рассказал. Видишь красное пятно на «балконе»?

– Вижу.

– Это мозги того несчастного.

– Очень напоминает обыкновенный красный гранит… А где этот… ну, несчастный?

– Упал в реку.

– Надо же, веревка осталась на стене, – бормотал Славка, задрав голову и прикрыв ладонью глаза. – Ты все-таки думаешь, что Лена смогла спуститься?

Гера снова почувствовал беспокойство и начал озираться по сторонам. Какая-то птица, действуя на нервы, вдруг заголосила рядом дурным голосом.

– Пойдем отсюда, – предложил он.

– Вот что я тебе скажу, – охотно поддержал его Славка и первым пошел через кусты к мосту. – Не знаю, кого и за что она убила, но она уже очень далеко отсюда. И ты ей нужен, как собаке пятая нога. Зря брился, кришнаит!

Видя, что его слова бьют в цель и Гере нечем возразить, Славка обнял друга за плечи и сказал:

– Допустим, твоя баба действительно стреляла в человека…

– Почему – допустим?! Не принимай меня за идиота!

– Все! Хорошо! – произнес Славка тоном миротворца, соглашаясь на все, лишь бы не будоражить Геру. – Ты в самом деле был свидетелем убийства человека. Верю. Киллерша хотела прикончить тебя, но промахнулась. Принимаю и это. Какая задача теперь перед ней стоит? Отвечаю: как можно быстрее и дальше унести ноги, замести за собой следы и обеспечить себе алиби. Чем быстрее она окажется за тысячу километров от этой скалы, тем ей лучше. Согласен со мной?

Гера слушал Славку, словно сладчайшую песню. Ему не хотелось прерывать это журчание ручья, и он молча кивнул, мысленно обозвав себя паникером. Славка прав. Чем Гера может навредить Лене? Только тем, что заявит в милицию и составит ее фоторобот. Это не бог весть что. Для нее это не самое страшное. Любая женщина с легкостью может изменить свою внешность. Наденет парик или перекрасит волосы, покроет лицо толстым слоем грима – и попробуй узнай. А вот если она начнет охотиться на него, то обязательно «засветится» и здорово навредит себе.

Славкин оптимизм успокоил Геру настолько, что он перестал озираться и принялся любоваться своей тенью, скользящей по песку чуть впереди. Нормальный у него череп, вполне круглый. Вот только уши кажутся слишком оттопыренными, это верно. Но это же не навсегда, волосы снова отрастут, через месяц у него будет вполне сносный «ежик». Говорят, если побрить голову, то волосы станут гуще. Заодно лысина загорит, а то сейчас на этот зеленый арбуз, наверное, смотреть страшно.

Мира лежала на переднем сиденье, положив ноги на дверь.

– Ну как? – спросила она Геру, приподнимаясь на локте и щурясь. – Нашел носки?

Гера промолчал. Глупая тема! А какой-либо иной ответ на ум не приходил.

– Не трогай его, – скорбным голосом сказал Славка. – У него депрессия… Ай-я-яй! Это уже одиннадцатый час? Мне же пора группу инструктировать!

– Я тоже должна там быть? – спросила Мира, заводя мотор.

– Естественно, птичка!

Гера не понимал, о чем они говорят. При чем тут Мира и инструктаж группы, которую Славка сегодня после обеда должен повести по маршруту? Не в силах долго сопротивляться тем мыслям, которые навязчиво лезли в голову, он снова начал вспоминать тот кошмар, который случился сегодня утром на горе. Перед его глазами стоял коротенький человек в красной майке, размахивающий руками. Когда Лена карабкалась по стене, этот человек был еще жив, бежал по тропе на вершину, о чем-то думал, строил планы на день, может быть, предвкушал удовольствие от купания в море и кружки холодного пива. И вдруг – выстрел в голову, страшная, мгновенная боль и чернота. Гера в мельчайших деталях помнил, как медленно, словно под водой, физкультурник перевалился через ограждение, сделал в воздухе сальто, широко раскинул руки и ударился головой о «балкон», и его голова сочно лопнула, как переспелый арбуз…

Гера сел на заднее сиденье, взялся руками за спинку. В последнее мгновение не удержался и быстро оглянулся, бросив прощальный взгляд на Истукан.

Мира взяла с места столь резкий старт, что его и Славку с силой отбросило на спинку. Мотор рычал, будто девушка причиняла ему невыносимые страдания. Машина принялась скакать на ухабах, как дикий мустанг. Чтобы не вывалиться за борт, пришлось крепко держаться руками за сиденья. Трудно понять, что могло заставить хрупкую девушку так измываться над старым мотором.

– А птичка очень решительно водит, – поделился своими наблюдениями Славка. – Если не напомнить ей о существовании тормоза, я не уверен, что…

Он не договорил, так как ветка кустарника, через который «УАЗ» прокладывал просеку, плетью прошлась по его лицу. Обмен впечатлениями прервался. В отличие от Славки, Геру вполне устраивала скорость. Чем быстрее они удалялись от страшного места, тем веселее становилось у него на душе. Желая поощрить Миру, он громко сказал:

– Неужели можешь еще быстрее?

Девушка ничего не ответила, только нервно повела плечом и круто вырулила на асфальт. Тряска прекратилась, скорость возросла. Потрепанный «УАЗ» отважно обгонял одну машину за другой. На встречной полосе он едва не поцеловался с нагруженным «КамАЗом».

– Мы едем на пожар? – усердно маскировал свой страх Славка.

Гера через плечо девушки смотрел на спидометр. Счетчик километража, прокручивая цифры, увеличивал счет в пользу Геры. С каждым километром настроение его улучшалось, чего нельзя было сказать о настроении Миры. Девочка рассердилась, это легко было заметить. Наверное, она решила, что Славка от скуки попросил ее прокатиться к Истукану, а у нее, должно быть, своих дел невпроворот. Обиделась, вот и срывает злость на педали акселератора.

Они промчались мимо аэропорта. Видимо, желая сократить путь, Мира свернула на какую-то узкую улочку, зажатую с двух сторон одноэтажными домами с тесными палисадниками. И вдруг резко затормозила. Двигаясь по инерции вперед, Гера крепко припечатался носом к затылку девушки, а Славка едва не перелетел на переднее сиденье.

– Гена! – крикнула Мира какому-то низкорослому и кривоногому юноше в длинных выгоревших шортах, который тотчас скрылся за углом дома.

Ничего не объясняя своим пассажирам, она перепрыгнула через борт.

– Ты куда?! – в один голос крикнули Гера и Славка.

Не оборачиваясь, Мира махнула рукой и крикнула:

– Не ждите меня, я задержусь!

И быстро скрылась за углом.

3

Она едва не сбила этого парня с ног. Издали он виделся ей вполне рослым и крепким, а оказалось – плюнуть не на что. Не поймешь, то ли мальчик, то ли дядя. Стоптанные сандалики, обрезанные штанишки, зеленые глаза испуганы, короткие волосы на голове то ли от страха, то ли сами по себе торчком стоят.

– Ну, здравствуй, дорогой! Здравствуй! – сказала Мира, обнимая его. – Не узнал? Совсем не узнал?

Упреждая его желание отшатнуться, она прижалась губами к его пахнущему табаком рту. Он был ниже ее ростом, и ей пришлось чуть согнуть ноги в коленях. Парень совсем одеревенел. Мира держала его до тех пор, пока не затих треск «УАЗа».

– Вы чего? – ошалело спросил он, почувствовав свободу.

– Тьфу! – сплюнула Мира и вытерла ладонью губы. – Пардон. Обозналась. Думала, Гена…

Парень сиял от счастья, показывая Мире железные зубы.

– А я вообще обалдел! Вы на меня так накинулись, что я подумал – грабители…

– Да что с тебя взять-то? – усмехнулась Мира.

– Но целуешься ты здорово, – оценил парень, торопливо захватывая инициативу. Он считал, что после такого поцелуя ему просто сам бог велел продолжить знакомство.

– А от тебя плесенью пахнет, – заявила Мира и оглянулась. Улица была пуста. Альпинисты уехали.

– Это не плесенью! – махнул рукой парень, рассмеялся и заговорщицким шепотом пояснил: – Это я дрожжи на бражку разминал. Майка вся провоняла… Может, ты абрикосов хочешь?

– Нет, – покачала головой Мира и погладила ершистую голову парня. – Свои абрикосы жуй сам. А мне лучше помоги материально, если целоваться понравилось.

– Рад бы! – радостно ответил парень и развел руки в стороны. – Да сам…

– Тогда пошел вон, – сказала Мира беззлобно. – Мне больше тебе нечего дать.

– А то смотри, – с остатками надежды произнес парень. – У меня абрикосы крупные, как яйца.

– Ага, – кивнула Мира, что-то рисуя ногой на песке. – Я хорошо представляю. Как тебя увидела, так сразу и представила твои абрикосы…

Парень нерешительно отчаливал. Мира ждала.

– А может…

– Иди-иди! – поторопила она его.

Едва он скрылся в своем дворе, Мира быстро пошла по улице… Каштановая, дом восемнадцать. Типичный курортный дом с тесным двориком, с тремя фанерными пристройками, которые охотно снимают на лето отдыхающие. Дворик сразу понравился Мире, потому что вдоль ограды росло много цветов, а над обеденным столом нависали могучие ветви можжевельника. Тень и аромат. И хорошо еще то, что во флигель можно было зайти незаметно для других постояльцев. Хозяйка никакого регламента не устанавливала, время отхода ко сну не определяла… В первый вечер они гуляли по набережной до трех ночи. У калитки стали нетерпеливо целоваться, но им помешали два кавказца. Пытались отшить их, но не получилось. Пришлось идти домой. Они сели за стол под можжевельником, откупорили бутылку «Каберне» и еще час сидели молча. Мира чувствовала, как любовь нежной волной наполняет ее душу. Она не сводила глаз с темного силуэта любимого человека, такого близкого, родного, божественного, она прижимала его руки к своему лицу и целовала их. Они вдвоем – избранные люди, отмеченные уникальным даром Любви, они с каждым днем поднимаются все выше и выше над серой человеческой массой, им дано право на отличие, и они воспользуются им, даже если серая масса воспримет это как порок и жестокость…

Звезды настолько густо осыпали черное небо, что, казалось, еще для одной-единственной звездочки места уже нет. Млечный Путь, это космическое облако, поделил небо надвое. От него струился колкий свет. Мира слушала тихий голос: «Это не скопление звезд, а души умерших». – «И души грешников тоже там?» – спрашивала она. «Все там». – «Тогда умирать не страшно. Это и не смерть даже, а переселение». – «Наверное, переселение… Если вдруг я… Ты помни, что я буду там. Хорошо?» – «Хорошо. Только я боюсь, что потом, после этого, я буду тебя бояться». – «А любить будешь?» – «Буду! Буду! Буду! Вечно!» – бормотала Мира, пьяная от счастья…

Вот он, дом восемнадцать. Сетка-рабица, за ней греется на солнце зеленая «девятка». Это новые соседи, приехали вчера из Москвы. Рядом с кухней слышны голоса и плач детей… Мира, холодея от страха, посмотрела на флигель под можжевельником. Дверь открыта, от сквозняка колышется тюль.

Она сняла крючок, открыла калитку и, стараясь не попасться никому на глаза, юркнула к флигелю. Зашла в комнату. Никого. Койки застелены. На кресле валяется скомканная одежда. На полу расстелена газета, на ней комок окровавленных ватных тампонов, разлит пузырек с зеленкой… Мира почувствовала, как у нее похолодели руки. Она опустилась на корточки, коснулась влажного ватного шарика, посмотрела на окрасившиеся пальцы. Почему кровь? Откуда кровь? Значит, сердце ее не обманывало? Провал! Ничего не получилось!

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Поделиться ссылкой на выделенное