Анастасия Валеева.

Паутина

(страница 3 из 16)

скачать книгу бесплатно

Виктор поставил на столик сахарницу и снова удалился, – А на что она сегодня? – крикнул он их кухни, – Только макулатура!

– Это кому как, – не согласилась Милославская, – некоторые до сих пор читают с упоением.

– Кто же?

– Коммунисты, наверное, – гадалка пожала плечами.

В этот момент она открыла книгу примерно посередине, потому что ей показалось, что в этом месте страницы несколько отстранены друг от друга. Между листами, несколько пожелтевшими, оказался сложенный вдвое белый лист. Яна развернула его из чистого любопытства, не ожидая найти в нем ничего особенного.

– С сахаром? – спросил Виктор, появившись в дверях с чашками кофе.

– Пожалуй, – рассеянно ответила Яна, начав уже читать первые строчки.

Пробежав первые из них глазами, она стала произносить все вслух, с самого начала. Синявский, услышав наименование документа, рассыпал сахар мимо чашки и застыл на месте.

«РАСПИСКА, – огласила гадалка, – Я, СИНЯВСКАЯ ОЛЬГА СЕРГЕЕВНА, ПАСПОРТ XIII-РУ, НОМЕР 612946, ВЫДАННЫЙ 19.04.96 ГОДА ОВД ЗАВОДСКОГО РАЙОНА Г. САНКТ-ПЕТЕРБУРГА, 20 МАРТА 2000 ГОДА ВЗЯЛА В ДОЛГ 1000 $ У МУХАЕВА ВЛАДИМИРА АЛЕКСАНДРОВИЧА. ОБЯЗУЮСЬ ВЕРНУТЬ ДЕНЬГИ НЕ ПОЗДНЕЕ ДЕКАБРЯ 2002 ГОДА С УСЛОВИЕМ НАЧИСЛЕНИЯ 33 % ГОДОВЫХ».

Расписка представляла собой копию, о чем свидетельствовала надпись в ее верхнем углу. Оригинал, судя по всему, находился у заимодавца.

Дочитав текст, Милославская непривычно для себя присвистнула. Виктор продолжал стоять в оцепенении. Судя по его виду, этот незамысловатый документ ни о чем ему не говорил, однако Яна решила все же убедиться в своем предположении.

– Вам знакома эта фамилия? – спросила она.

Клиент отрицательно покачал головой.

– Вы об этом знали?

– Нет, – еле слышно прошептал Синявский.

– Как вы думаете, долг уже возвращен?

– Вряд ли! С чего? Да и зачем тогда было ей хранить расписку?! Мать никогда не скапливала дома ненужные вещи. А! – Виктор вскрикнул, – Как же я сразу об этом не вспомнил! Да-да, это именно так!

– Что?

– Мать обычно хранила в книгах что-то особенно ценное. В свое время облигации, потом ваучеры… Еще бумажки какие-то… Несомненно, эта расписка до сих пор имеет силу!

– А долг, безусловно, за два года оброс солидными процентами… – задумчиво проговорила гадалка. – У Ольги Сергеевны была маленькая пенсия? – поинтересовалась она.

– А в нашей стране бывают большие? – присев на краешек кресла, тихо произнес Виктор.

– Она нуждалась? Нуждалась после смерти мужа?

– Теперь уже не знаю. В письмах говорила, что всего у нее хватает. Я ей раньше деньги посылал частенько, но она меня пристыдила однажды. Лучше два слова, мол, о себе напиши, чем эти подачки.

– И вы предпочли не делать ни того, ни другого? – усмехнувшись, предположила гадалка.

– Оставьте это! – раздраженно воскликнул Синявский, – Я и так прекрасно знаю, что виноват перед матерью! Только что толку сейчас от этого?

Между собеседниками на несколько секунд воцарилось молчание.

– А ведь может быть она недоедала… – огорченно протянул, почти простонал Виктор, закрыв лицо ладонями.

– Бросьте, – задумчиво подперев рукой голову, произнесла.

Яна, – чтобы прокормить себя, ей вряд ли было необходимо занимать тысячу долларов.

Или она была настолько привередлива в еде? Не могла отойти от старых привычек?

– Нет, – с горечью ответил Синявский, – на красную икру и прочее мама никогда не претендовала.

– Итак, для чего же Ольге Сергеевне понадобилась эта сумма?

Виктор пожал плечами.

– Вот вам загадка номер один, – загибая палец, произнесла гадалка. – Может быть, вы все же знаете, кто такой этот Мухаев? Подумайте.

– Представления не имею, – Синявский развел руками.

– И ведь надо же! В расписке о нем практически ничего! Только имя, фамилия, отчество… Кто он? Где его искать? Это вторая загадка, – заключила Милославская.

Через некоторое время она с усмешкой добавила:

– А вы еще утверждаете, что Ольга Сергеевна ни с кем не общалась и вела затворнический образ жизни!

– А с чего вы взяли, что она с этим типом общалась?! Я думаю, это обычный ростовщик! Такие сотнями в объявлениях предлагают свои услуги.

– Несколько необычное для пожилой дамы знакомство…

– Что толку сейчас рассуждать об этом! Мать исчезла! Ее до сих пор нет! А у нас появилась зацепка! Или вы так не считаете?

– Нет, почему же, очень даже считаю. Более того, я подозреваю, что ваша мать пострадала именно от кредиторов. Долги, как водится, надо возвращать… Срок уже миновал. Хотя… Неужели этот Мухаев такой остолоп, что, намереваясь… убить похищенную, оставляет в ее доме расписку со своим именем? Впрочем, и матерые преступники делали глупые просчеты. Или расписку не смогли найти?..

– Вы… – прошептал Синявский, – Вы думаете, они ее…

У… убили?

– Не исключено, хотя вряд ли, – холодно ответила гадалка, прикуривая очередную сигарету. – Гораздо вероятнее, – Яна, прищурившись, на мгновенье задумалась, – гораздо вероятнее, что ее держат в заложницах.

– Как?!

– Это очень современно, – подойдя к окну и немного приоткрыв форточку, задумчиво проговорила Яна, – Может быть, кредиторы намереваются в ближайшее время потребовать с вас выкуп за мать и свои деньги, разумеется, тоже. Вы ведь платежеспособный человек? – Милославская смело взглянула на своего клиента.

– Не бедный, – мрачно проговорил он, осознавая сказанное гадалкой.

– Есть еще вариант, – Милославская стала ходить по комнате, – Ольгу Сергеевну держат в заключении на сухом пайке, намереваясь получить долг, полностью лишая ее пенсии. Хотя… Нет, это глупо! Первый вариант более жизненный.

– Это ростовщики отправили мне телеграмму?

Милославская пожала плечами.

– Хотели, наверное, напомнить о матери, – Синявский задумчиво потирал небритый подбородок, – а потом уже деньги начать требовать. Как вы считаете? – Виктор вопросительно посмотрел на гадалку.

– Я считаю, надо отыскать этого кредитора, и только тогда все прояснится. Наши предположения имеют мало значения, оставаясь только лишь предположениями. Их надо проверить!

Яна подняла чашку уже остывшего кофе и сделала большой глоток. Виктор неосознанно повторил за ней. Милославская в этот момент больше всего боялась того, что след окажется ложным, и они понапрасну потеряют время. Однако она не стала говорить об этой мысли Синявскому, ровно как и о том, что все еще до конца не исключала того, что Ольга Сергеевна цела и невредима и искать ее не стоит.

Делиться каждым соображением с клиентом не входило в правила гадалки. Синявский был взвинчен, гораздо более взволнован, чем она, и поэтому рассчитывать на его здравый смысл не приходилось. Более того, у Яны и у самой в голове был почти полный хаос. Она точно не была убеждена ни в чем, и только интуиция звала ее продолжать расследование и как можно активнее. Милославская привыкла доверять этому внутреннему зову, так как он практически никогда ее не подводил.

– Но как мы его найдем? – высоко подняв брови, спросил Виктор. – Где?

– Вы забываете, с кем имеете дело, – ухмыльнувшись, ответила ему Милославская, – у меня друг работает в органах. Хотя сейчас я охвачена другой идеей, – гадалка вышла из библиотеки.

Синявский удивленно посмотрел ей вслед. Яна же через минуту вернулась со своей сумочкой, которую она оставила в прихожей. Улыбнувшись клиенту, гадалка достала свои карты, с которыми редко расставалась, и сказала:

– Думаю, они нам помогут скорее, чем милиция.

ГЛАВА З

– Что? Что с вами? – теребил Милославскую Виктор, стоя перед ней на коленях с пузырьком нашатыря в руках. – Что вы там увидели?

Яна сидела, откинувшись на спинку кресла. Тело ее сотрясали рыдания. Своими эмоциями она не могла в этот момент управлять. После гадания все ее физические, психические, эмоциональные силы находились далеко не в том состоянии, когда она способна была проявить волю и холодный рассудок.

– Авария, – закрыв лицо ладонями, вздрагивая от плача, неразборчиво произнесла она.

– Что-о? – с некоторым возмущением произнес Синявский.

– Я видела аварию, – более спокойно сказала гадалка, вытирая слезы носовым платком, который ей протянул клиент.

– И что? – несмело произнес он, боясь услышать самое для него страшное, – Мама? – полушепотом просил он.

– Не знаю точно, – глубоко вздохнув каким-то прерывистым вздохом, который обычно бывает после рыданий, ответила Яна.

Увидев полные ужаса глаза Синявского, она поспешила добавить:

– Не думаю. Я ведь вопрос картам задавала о кредиторе.

– И это его?.. Его вам так жалко, что вы… – с ужасом проговорил Виктор, голос которого в этот момент даже как-то осип.

– Нет, что вы, – почти совсем успокоившись, ответила.

Милославская.

После этого ей пришлось рассказать историю гибели ее собственной семьи. Авария, оставившая в живых только саму гадалку, была удивительно похожа на произошедшую в видении. И именно это так потрясло Яну, особо чувствительную в момент общения с картами и еще некоторое время после него. Да, авария была похожей. Только автомобили столкнулись другие. И насчет последствий Милославская сейчас точно ничего не могла сказать. Она только видела резкий удар машин и тот небольшой эпизод, который ему предшествовал. Кто пострадавшие, и выжили ли они, ей выяснить в этом сеансе не удалось.

Однако ей было чем успокоить Виктора – гадалка довольно отчетливо увидела и теперь легко могла описать место происшествия, более того, она знала, что оно реально существует и где оно находится. Это была загородная трасса неподалеку от въезда в город. В те безвозвратно ушедшие времена, когда жизнь семейства Милославких протекала мирно и счастливо, они каждые выходные, начиная с апреля месяца и по последние дни октября, проезжали мимо, следуя на свой дачный участок. Еще раз воссоздав в своем воображении картину из видения, гадалка определила и примерное время происшествия – пара часов до полного восхода или заката солнца. Точно она сказать не могла, но так как закат уже приближался, Яна знала, что она должна отправиться туда, не медля ни минуты.

Синявский, выслушав рассказ гадалки о гибели ее близких, был поражен, и Яна, чтобы поскорее уйти от неприятной и больной для нее темы, коротко поведала ему о содержании видения, а затем сухо заявила:

– Я должна отправиться туда сейчас же.

– Я с вами! – резко поднявшись с места, воскликнул тот.

– Нет и еще раз нет! – возразила гадалка.

– Почему?! – протянул Виктор, широко раскрыв глаза.

Милославская не стала говорить, что везде таскать за собой клиента не в ее правилах, так как обычно это только мешало расследованию. Она довольно спокойно произнесла:

– Вам лучше оставаться на месте. Ведь может появиться какая-то новая информация. Позвонит кто-нибудь, например.

Синявский шевелил губами, не зная, что сказать. Он понимал, что гадалка в своем возражении была права. Да и Яна вдруг осознала, что предложила нечто довольно разумное и логически оправданное.

– Конечно, – нахмурившись, нехотя ответил Виктор, – Только что я тут делать буду? С ума сходить? Это же уму непостижимо – сидеть в этом опустевшем доме и думать, думать, думать!

– Не обязательно просто сидеть, – покачав головой, произнесла Милославская. – Лучше продолжите поиски, – неожиданно для самой себя предложила она. – Мы ведь осмотрели только спальню и частично библиотеку? Думаю, можно отыскать еще что-нибудь немаловажное.

– Вы правы, конечно, – спокойно проговорил Синявский. – Эти два дня мне и в голову не приходило искать что-то. Первый день я ждал. Думал, ну, пошла куда-нибудь, вот-вот вернется. Ближе к ночи начал с ума сходить от беспокойства, а с утра уж по инстанциям пошел, в милицию, то есть. В результате оказался у вас.

– Ладно, – вздохнув, произнесла гадалка. – Не будем время терять.

Она собрала карты, тяжело поднялась с места и, немного пошатнувшись, накинув ремешок сумочки на плечо, побрела к выходу.

– Вы, – окликнул ее Виктор, – еще не совсем в норме!

– Ничего, – отмахнулась гадалка, – отойду по дороге.

В прихожей, у большого зеркала в красивой дорогой оправе, она поправила наскоро макияж, немного испорченный слезами, и стала обуваться. Клиент смотрел на нее по-отечески заботливо.

– Все будет хорошо, – произнесла Милославская, уловив его взгляд, и взяла Джемму, нетерпеливо уже бьющую хвостом, за поводок.

Синявский в ответ только вздохнул. Он проводил Яну до калитки – она была против, чтобы Виктор следовал за ней дальше. Гадалка знала, что скорее окончательно придет в себя, тихонечко бредя по тихой улочке. Ей хотелось помолчать некоторое время, глубоко вдыхая этот почти загородный воздух.

Клиент смотрел ей вслед, пока она не скрылась за ближайшим поворотом. Они договорились или созвониться, обменявшись телефонными номерами, или встретиться, как только что-то прояснится. Гадалке осталось только поймать такси и мчаться к знакомому уже месту.

Почти сразу, как только она подняла руку, возле нее притормозил старенький автомобиль. Глуховатый старик никак не мог понять, куда именно следует отвести эту женщину. Яна, отчаявшись найти у него понимание, протянула ему две сторублевых купюры и сказала:

– Поезжайте. Я скажу, когда остановиться.

Водитель глянул на деньги подозрительно, но довольно быстро заставил их исчезнуть в засаленном кожаном кошельке, который он запихал подальше в задний карман помятых брюк. Милославская периодически указывала ему дальнейшее направление. Другого разговора они не поддерживали. Старик громко кашлял, да так, что все в его груди, казалось, булькало и сотрясалось. Яне думалось, что в эти минуты он просто не мог управлять автомобилем, однако мужчина ловко лавировал между довольно солидных авто.

Через сорок минут они оказались на загородной трассе. Далее следовало ехать прямо, не сворачивая, о чем Милославская сообщила старику.

– Долго? – хрипло спросил он.

– Минут пятнадцать-двадцать, – коротко сказала гадалка.

Она взволнованно ожидала приближения к месту. В ее сознании всплывали печальные воспоминания, тоска щемила грудь, и сердце билось чаще. Кроме того, Яна уже искала на дороге признаки произошедшей аварии: ГАИ, образовавшиеся заторы. По ее подсчетам, катастрофа вот-вот должна была произойти. Однако вокруг все было спокойно.

Вскоре она увидела нужный поворот и попросила водителя притормозить. Тот удивленно остановился. Милославская, не забыв о словах благодарности, вышла на улицу. Старик, наполовину высунувшись через окно, протяжно спросил:

– А вам, собственно, куда? В Синенькие что ли? Так я вас до места могу довести. Пешком тут далековато, километров восемь с лишком будет.

– Нет-нет, спасибо, мне сюда, – торопливо проговорила Милославская.

Старик сделал удивленную мину и, развернувшись, уехал. Гадалка оказалась одна посреди неширокой трассы, окруженной бесконечной серо-желтой степью, у горизонта зеленеющей. Большой огненный шар наполовину опустился уже за край земли, окрасив небо вокруг ослепляющим пурпуром. Тихий ветерок не давал уснуть пожухлой траве, шевеля ее опустошенные стебли. Отовсюду слышалось пощелкиванье, потрескиванье, посвист. Несмотря на кажущуюся пустоту, степь продолжала жить своей привычной жизнью.

Вот так и тогда – ничто не предвещало беды, все произошло неожиданно…

В уголках Яниных глаз блеснули слезы.

Она отошла к обочине, встала в десятке метров от того места, где, по ее подсчетам, должна была произойти авария и слегка облокотилась на полосатые перила, недавно поставленные у этого поворота. Джемма, энергично закрутившись у ее ног, жалобно заскулила.

– Гуляй, гуляй, – вздохнув с пониманием, сказала ей Яна, – Только играть мне с тобой некогда!

Собака радостно взвизгнула и крупными прыжками спустилась с крутой обочины, вихрем помчавшись по давно невиданному раздолью.

Издали показался грузовик. Милославская вся напряглась. Но он, с оглушающим шумом прорезав воздух, лихо пролетел мимо нее. То же самое произошло с микроавтобусом, выскочившим с другой стороны, а потом и десятком-двумя других автомобилей, спешащих в город и из него.

Приближение каждого из них Яна ждала с замиранием сердца. Вот-вот, по ее соображениям, должно было произойти ужасное. Но, одновременно к ее радости и огорчению, все шло мирным чередом.

Водители некоторых автомобилей, пролетающих мимо, успевали бросить на гадалку полные удивления взгляды, а хозяин одного чумазого грузовика даже приостановил машину. Яну окутало при этом облако невыносимой копоти. Она закашлялась, рукой отгоняя от себя едкий газ, а улыбающийся здоровяк, наполовину высунувшись из окна, поспешил предложить гадалке свои услуги.

– Что, красавица, не веселая? – спросил он с ярко выраженным кавказским акцентом. – Подвезти? Чего одна тут скучаешь?

– Я не одна, – печально произнесла Милославская.

– Как не одна? – всерьез удивился кавказец.

Из-за известняковой насыпи показалась Джемма.

– Поезжайте, поезжайте, – кивнув на нее, протянула Яна.

Мужчина спорить не захотел, тем более что собака угрожающе зарычала.

Простояв так около часа, Милославская принялась прогуливаться из стороны в сторону. Ноги ее, и без того устав, вскоре начали ныть, заставив гадалку присесть.

Яна выкурила подряд две сигареты. Она с тоской смотрела вдаль, медленно выпуская струйки дыма. Машины появлялись уже реже, и в перерывах между их гулом вокруг воцарялось безмолвие, нарушаемое только стрекотом неугомонных насекомых. Гадалка поглядела на солнце: оно почти закатилось, а значит момент, когда должна была свершиться авария, миновал.

Яна не отчаивалась, так как заранее она и не знала, случится это до заката или перед восходом. Видение дало ей намек, но конкретного времени не подсказало. Конечно, обидно было сознавать, что несколько часов потеряно напрасно, но Милославская успокаивала себя тем, что в каждом ее расследовании были как взлеты, так и падения.

Поднявшись на ноги, она подошла ближе к обочине и, поставив одну руку в бок, крикнула Джемму, рыскающую в траве. Джемма обернулась и, почуяв строгую нотку в голосе и взгляде хозяйки, ринулась ей навстречу. Гадалка взяла собаку за поводок, чтобы в случае остановки автомобиля ей не пришлось нервировать водителя ожиданием ее возвращения.

Однако транспорта дождаться оказалось нелегко. Все машины, как назло, куда-то запропастились. Милославской пришлось безрезультатно простоять в ожидании около двадцати минут. Наконец вдали показалась какая-то черная точка. Яна вздохнула с облегчением и заранее вытянула вперед руку. Джемма нетерпеливо поскуливала.

Когда точка стала приближаться и ее можно было рассмотреть довольно хорошо, Милославская в нерешительности опустила руку. Потом снова неуверенно подняла ее, потом опять опустила. Однако тут же она поняла, что отказаться от средства передвижения сейчас – означало проторчать в стремительно наступающей темноте еще неизвестно сколько.

Гадалка энергично замахала вытянутой рукой. Старый мотоцикл «Урал», не доезжая до Яны пятидесяти метров, уже стал постепенно сворачивать к краю дороги. Милославская обрадовалась – ее не проигнорировали.

– Куда? – остановившись, спросил мотоциклист, полный загорелый мужчина лет пятидесяти, старясь перекричать тарахтенье мотора.

– До города, – крикнула в ответ Яна, оглядывая мотоцикл.

Мужчина махнул рукой, указывая ей на место позади себя.

– А собаку? – гадалка потянула за поводок Джемму.

Мотоциклист нехотя откинул старую облезлую попону, освободив люльку с проржавевшим дном и истертым перекосившимся на бок сиденьем.

– Вперед, – скомандовала гадалка собаке.

Изумленье той легко было прочитать: если сама Милославская ездила на мотоцикле, хотя и в раннем детстве, то Джемме на своем веку такого испытать не довелось.

– Ну! – прикрикнула Милославская, и овчарка прыгнула в люльку.

Один край сиденья, на который она наступила передними лапами, при этом опустился, а другой поднялся – сиденье едва совсем не опрокинулось.

Убедившись, что Джемма все же нормально пристроилась, гадалка обошла мотоцикл с другой стороны, остановившись у указанного ей сиденья. Мужчина протягивал Яне исцарапанную оранжевую строительную каску с привязанной к ней посеревшей засаленной веревкой. Этот предмет, судя по всему, Милославская должна была надеть себе на голову. Испытать в этот вечер такой экстрим она никак не предполагала.

Едва скрывая эмоции и бормоча слова благодарности за проявленную к ней доброту, гадалка кое-как нацепила предназначенную совершенно для другого каску и одной ногой наступила на короткую торчащую в сторону подножку. Она немного пошатнулась, но хозяин транспорта заботливо ухватил ее за руку. Яна, стараясь быть попроворней, перекинула другую ногу через сиденье и покрепче уцепилась за круглую резиновую ручку впереди себя. «М-да, – подумала она, когда мотоцикл трогался, – надо было потребовать с Синявского в два раза больше…»

Очутившись в собственной постели, Милославская еще долго ощущала отзвуки тряски во всем теле: внутренняя дрожь терзала его, а в голове даже во сне шумело.

Звонок будильника должен был поднять ее очень рано – согласно видению, авария могла произойти и перед восходом солнца, и, не теряя надежды, Яна намеревалась с утра отправиться на прежнее место.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Поделиться ссылкой на выделенное