Алексей Пехов.

Жнецы ветра

(страница 6 из 31)

скачать книгу бесплатно

И я намеревался как можно скорее выяснить, что ей от нас надо. Потому что, если она это получит, плакала моя голова.

– Вот так, собака. – Юми, несмотря на дождь, выскочил из фургона. Следом за ним выбрался Шен.

– Что происходит?

– Собираемся завернуть на хутор.

– По-моему, он заброшен.

– Я тоже так думаю.

– Меня не привлекает идея попасть в очередную Даббскую Плешь.

– Юми сквазать, что он смотреть. – Гбабак привстал на цыпочки. – Но я думать, что логово пустеть давно. Дыма нет. Пахнуть не таква, квак в обживать. Поспешать потихоньку. Не надо стоять на ветре и дожде.

Я отдал Шену поводья и вооружился луком.


Хутор располагался ярдах в двухстах от основного тракта. К нему вела неширокая дорога, заросшая по краям чахлым кустарником. Пегая и Рыжая, словно почувствовав скорый отдых, пошли быстрее. Вернулся Юми, проворным ловким хорьком забрался к Шену, серьезно поведал про собаку, отряхнул короткую зеленоватую шерстку от воды и бесцеремонно завернулся в край его плаща.

– Там пусто, – перевел блазг.

Я спрятал лук обратно в фургон.

Три не слишком больших дома, каждый с хозяйственными постройками, пустыми огородами и чахлыми соломенными крышами, встретили нас гнетущей тишиной. На все поселение был один колодец. Рядом с ним валялась брошенная без колес телега.

Я заглянул в первую из хижин. Толкнул незапертую дверь, оказался в узких полутемных сенях, прошел в единственную комнату. Здесь царил полный разгром. Все вверх дном. Кто-то здорово торопился убраться отсюда.

– Выгружайтесь, – сказал я, выйдя обратно на улицу.

– Почему они ушли? – спросил Шен, помогая мне распрячь лошадей.

– Возможно, бежали, – ответила Тиф, спрыгивая с седла. – Когда начинаются войны, подобных людей пруд пруди. А быть может, мор.

– В таком случае должны быть мертвецы, – возразил я. – Думаю, война согнала людей с обжитых мест.

– И нам не грех воспользоваться подвернувшейся возможностью и переночевать с удобствами, – подхватила Убийца Сориты.

У Целителя на этот счет было свое мнение, но он решил придержать его при себе либо не спорить до тех пор, пока мы не уйдем из-под дождя.

Конюшни здесь не было, поэтому лошадей мы завели в один из свободных домов, здраво рассудив, что хозяева вряд ли станут возражать. Гбабак притащил найденную вейей гору сена. Мы вытерли животных, напоили, накормили и лишь после этого занялись всем остальным.

Очаг в комнате, где было решено расположиться, поначалу сильно дымил, и минок двадцать находиться в доме казалось невозможно. Затем все наладилось, и в помещении, окна которого затягивали рыбьи пузыри, стало даже уютно.

Гбабак отказался ночевать внутри, сославшись на то, что тут не так много места и ему душно. Он расположился в сенях, распахнув настежь внешнюю дверь, и перегородил тушей проход. Юми поначалу остался с приятелем, но затем, замерзнув, пришел к нам и, свернувшись у огня калачиком, засопел.

Шен привел Рону.

Девчонка вела себя тихо, сидела неподвижно, но настороженно следила за устроившейся подальше от огня Проклятой. Впрочем, периодически глаза девушки становились совершенно пустыми, и она начинала дремать или же бормотать что-то себе под нос. Целитель все время был рядом с ней, и мне начало казаться, что, пока он возится с Роной, та чувствует себя гораздо лучше.

Тиф, необычно молчаливая, думала о чем-то своем. Затем внезапно встала и вышла на улицу. Юми, ни у кого не спрашивая разрешения и не дожидаясь просьб, направился следом. Наш маленький следопыт знал свое дело, и я мог быть спокоен, что он заметит, если Тиа задумала учинить какую-нибудь гадость.

Медленно темнело, дождь умиротворенно шумел по соломенной крыше. Хворост заканчивался, и я отправился в сени за новой партией, но в дверях столкнулся с Проклятой. Лицо у нее было раздосадованным, она рыкнула, чтобы я не стоял на дороге, и отправилась на свою лежанку.

Юми что-то докладывал Гбабаку, заметив меня, важно пискнул:

– Вот так, собака!

– Он сквазать, что она делать из воды зеркало. Но ничего не получиться. Поэтому Лань тьмы злится.

Зеркало из воды. Лаэн говорила мне о такой штуке. Темные используют его для общения друг с другом.

Я, резко развернувшись, направился обратно. И без церемоний грубо спросил у Проклятой:

– С кем ты хотела связаться?!

Она вскинула на меня глаза, уну смотрела непонимающе и даже удивленно, а затем зловеще улыбнулась:

– Ясно. Маленькой дряни следует оторвать лапы.

– Боюсь, у Гбабака тогда возникнут к тебе вопросы, и он перестанет быть добрым.

– Для меня это пустая угроза. И ты это знаешь, – не отступила она, покосившись на прислушивающегося Шена. – Я хотела поговорить с Аленари. Узнать, что она думает о гибели Тальки. Но Звезднорожденная не отвечает.

– Почему?

– Кто ее знает? Она никогда не была склонна к беседам. Впрочем, твой камень крепко саданул меня по затылку. Голова болит до сих пор. Возможно, что-нибудь получится через несколько дней. Не раньше.

– Кому ты заливаешь? – возмутился Шен. – Головная боль мешает концентрации, но не отрезает от «искры». А кроме Оспы есть и другие.

– Да ты знаток! – с деланым изумлением рассмеялась Проклятая. – И к кому же мы обратимся с нашей маленькой проблемой? К Лею? Уверена, он здесь ни при чем. К Митифе? Ты бы доверился идиотке? А быть может, к Ровану? О! Поверь, он-то будет больше всех рад нам помочь и сожрет тебя на завтрак, если только поймет, кто ты есть на самом деле!

– Я ему не нужен. Насколько помню, он ненавидит тебя.

– Верно. Но упускать «искру» Целителя он тоже не будет. Рован извращенец и садист, но не придурок. Он накромсает тебя на тысячу маленьких кусочков и вытащит твой бесценный Дар, а следом за ним – сердце.

Шен презрительно хмыкнул, но спор прекратил, понимая, что Проклятая сказала абсолютную правду.

Глава 6

Рандо посмотрел в окно – груда догорающих головешек, вот и все, что осталось от храма Мелота. Небо медленно теряло черноту, блекло, с каждой минкой светлея. Ветер усилился, его порывы раздували угли пожарища. С запада ползли тяжелые, переполненные водой осенние тучи. Вот-вот должен был начаться очередной дождливый день.

Они сидели в трактире, обсуждая случившееся. Возле камина на трехногом табурете расположился Глум, рядом с ним Йогер и Лофер – двое «леопардов», защищавших Рандо во время схватки. Массивный Водер, наконец избавившийся от доспеха, занял половину скамьи. Перед ним на столе лежал его молот. Тут же устроил себе скудную трапезу Отор, левой рукой перебирающий четки. Юргона не было. В этот самый момент он беседовал с северянином и его болтливым товарищем.

Ильсы тоже не было. Он погиб, отражая атаку, пока Рандо вместе с другими воинами добивал прорвавшихся в деревню набаторцев. Морассец и еще несколько солдат сгинули от магии некроманта, возглавлявшего отряд преследователей. Имперцам удалось противостоять врагам, но ценой потери многих товарищей.

– Восемнадцать, – подвел неутешительный итог Глум. – Еще трое не доживут до середины дня. Двое какое-то время не смогут держать оружие. Девять легко ранены. Про царапины с ушибами и вовсе не говорю. Конечно, мы их здорово потрепали, но тридцать пять человек против… скольких? Мы можем и не выдержать второго натиска. К тому же с ними еще и некромант…

Рандо тут же вспомнил о мертвецах. Вырвись они наружу, и отряд был бы уничтожен. Юргон сказал, что этих тварей под храмом оказалось много. Предположение о том, что крестьяне ушли в леса, было ложным. Не ушел никто. Висельники стали не единственными жертвами в этой деревне. И им еще повезло. Всех остальных побросали в подвал – мертвыми или живыми, никто так никогда и не узнает. А затем пришел некромант, и трупы ожили.

– Почему эти твари раньше не вылезли? – мрачно спросил смуглый Лофер, один из самых опытных «леопардов».

– На все воля Мелота, – вздохнул Отор.

– Мелот здесь ни при чем, жрец. Не его сила удерживала их. И не его сила освободила. – В зал вошел Юргон. Он сбросил с плеч куртку, постелил на лавку, сел. – Белые могут ощущать большое количество трупов в одном месте. Проще ударить туда, чем распылять силу по улице, надеясь зацепить какого-нибудь покойника.

– Ты справишься с некромантом? – Водер рассматривал свои большие, огрубевшие от молота ладони.

Огонек невесело усмехнулся, провел рукой по мокрым волосам, заставив их встать дыбом.

– Он способен поднимать куксов. И в большом количестве, как некоторые из нас успели убедиться. А это значит, что он очень силен. Семь-восемь позвонков на посохе. Вряд ли я смогу противостоять ему в открытом поединке.

– Почему же тогда он не раскатает нас в лепешку? – скептически поинтересовался гигант, почесав подбородок.

– Откуда мне знать? Возможно, он не представляет нашей реальной силы и осторожничает. Быть может, просто играет. Быть может – чего-то ждет. А может, одному из лучников Глума не пригрезилось, и он действительно смог ранить колдуна.

– Уходить надо, – осторожно заметил Глум, явно опасаясь, что его обвинят в трусости.

– Надо, – поддержал Водер, нахмурившись еще сильнее. – Надо. Но дороги перекрыты. Нас заперли на этом пятачке.

– Уйдем в леса.

– С лошадьми? С ранеными? – Рандо покачал головой. – Этот лес никто из нас не знает. До зимы будем бродить меж трех сосен. Восточная дорога у Слепого кряжа поворачивает на север. Нам надо добраться до Катугских гор. И вдоль их отрогов попытаться вернуться назад. На запад. Возможно, Клык Грома будет еще проходим.

Он в это не слишком-то верил. Да и другие тоже. Но у них оставался лишь трудный и опасный путь через северную часть Империи. Одна надежда – что набаторцев там гораздо меньше, чем в центральной, через которую они так и не смогли прорваться.

– Ну, раз мы не хотим умереть в этом паршивом местечке, надо послать разведчиков по восточной дороге. Повезет – проскочим. Я распоряжусь. – Водер тяжело поднялся из-за стола.

Рандо не стал возражать и отдал приказ «леопардам»:

– Возьмите людей. Позаботьтесь о мертвых. Головы долой. Затем оттащите в крайнюю избу и сожгите. Всех мертвецов, – и, видя, как окаменели лица рыцарей, с нажимом сказал: – Всех. И своих, и чужих.

– Не по-людски это как-то, милорд, – покачал головой Глум. – Ведь наши…

– Ты забыл, что рядом ходит некромант. Если он еще раз применит силу, нас сожрут, точно свиную колбасу. Я не могу этого допустить.

– Спорить бессмысленно, – согласился Юргон. – Я бы отдал точно такой же приказ. Ступай с «леопардами», Глум. Поговори с людьми.

Когда хлопнула дверь, Рандо скривился:

– У тебя такие же мерзкие ощущения, как и у меня?

Огонек пожал плечами:

– Ты все сделал правильно. Можешь считать это словами утешения.

– Вот уж в чем я точно не нуждаюсь! – фыркнул рыцарь. – У тебя еще осталась та дрянная трава?

– Опять жар?

– Немного, – признался Рандо. – Что с пленными?

– Я их отпустил, – равнодушно сказал Юргон, наливая воду в жестяную кружку.

– Как?! – взвился рыцарь.

– Все нормально. Успокойся. – Маг был невозмутим.

– С каких пор ты здесь командуешь, Юргон?! – зло отчеканил молодой человек. – Это мой отряд. И моя ответственность!

– У тебя ответственности по горло. Ты скоро захлебнешься ею. Считай, что я спас тебя от лишней траты времени. Я поговорил с ними. Они не лгут. То, что поведали эти ребята, мог знать только тот, кто был в Башне. И не в Преддверии. А в самом сердце. Я уверен, им можно доверять.

Рыцарь подошел к магу вплотную. Он был выше и физически сильнее Огонька. И не боялся его «искры».

– Это последний раз, когда ты принимаешь важное решение, не посоветовавшись со мной. Я понятно объясняю?

– Вполне, – невозмутимо произнес тот.


…В воздухе остро и неприятно пахло дымом. Рандо смотрел на черную выжженную землю и все еще тлеющие головешки – остатки огромного погребального костра. От погибших солдат к утру остался лишь пепел.

Он знал, что поступил правильно. Живые важнее мертвых. Но на душе сгребли кошки. Кроме него возле пепелища находился только Отор – остальные или отдыхали, или несли дежурство. Жрец помолчал какое-то время, затем поплевал на мозолистые ладони и взялся за лопату.

– Грешно, если они не получат последнего пристанища, – пояснил он, поймав на себе задумчивый взгляд рыцаря. – Предам земле немного пепла. Думаю, это справедливо. Конечно, здесь не только наши, но и набаторцы, но Мелот учит нас прощать врагов своих. Особенно если это происходит после их смерти. – Отор хрипло рассмеялся. – Иногда я нахожу книгу Созидания ужасно смешной. Тот, кто ее писал, был не лишен понимания житейской сути.

– Ты опять кощунствуешь…

– Мелот простит своего слугу. Он всегда так делает, если мы не замышляем зла. – Разговаривая, жрец не переставал работать. – Ты не видел Юргона, сын мой? Хочу поговорить с ним по поводу сожженного храма.

– Я не уверен, что у него был выбор… – хмуро бросил Рандо.

– И я тоже. Поэтому надо объяснить ему, что на нем нет греха за этот поступок. Дом Мелота – святое место, но он не в обиде за пожар. Души, вырванные колдуном из Счастливых садов, обрели покой, пройдя сквозь очищающее пламя. Огонь был во благо. Поэтому нехорошо, если сердце Юргона будет терзать вина. Он должен знать, что бог любит его не меньше, чем раньше.

Рыцарь не стал озвучивать мысль о том, что вряд ли Огонек сейчас мучается угрызениями совести.

– Я передам ему твои слова.

Отор сосредоточенно хмыкнул и налег на лопату.

Дождь, который должен был пойти еще на рассвете, так и не начался. Пасмурное утро неожиданно стало ясным днем. Ветер прогнал серые тучи на восток, за Слепой кряж, и обнажил по-осеннему глубокое небо. Солнечные лучи грели пропитавшуюся влагой землю, и казалось, что выматывающих серых дней непогоды вовсе не было. В такой момент легко расслабиться, предаться ложному чувству безопасности и… превратиться в покойника.

Но солдаты и не думали ловить ворон – соседство с некромантом заставило всех быть начеку. На восточной дороге сооружали большую баррикаду.

– Время работает не на нас, – сказал Рандо Водеру.

– Это так, племянник. Южане не идиоты, чтобы лезть туда, где их ждут. Будут искать другую точку прорыва. Поселок, конечно, маленький, но и нас не так много, чтобы заткнуть все дыры.

– Их тоже не тысяча, раз мы еще живы. Наблюдатели на колокольне предупредят об опасности. Будет несколько минок, чтобы перебросить силы.

– Главное, чтобы не произошло одновременных атак с двух направлений, – проворчал Водер, словно медведь. – До ночи все должно быть спокойно. Но переживем ли мы ее… Хочешь совет?

– Я и так знаю, что ты скажешь. Следует уходить. Да. Я с тобой согласен. Все достаточно отдохнули. Можно попытаться прорваться. Но скольких мы потеряем? А если дальше, на дороге, они догадались поставить заслон? Лошади не пройдут. Собьемся в кучу. Да и при скачке растянемся на четверть лиги, перещелкают по одному. Когда вернутся разведчики, я приму решение. До наступления темноты около восьми часов.

Водер смотрел на пустую дорогу:

– Не уверен, что наше бегство что-то решит. Они словно знали, где нас ждать. И загнали в лову…

Он осекся, так как на колокольне низко затрубил рог.

– У реки! Быстрее!! – долетел крик наблюдателей.

Когда Рандо вместе с Водером и несколькими солдатами оказались рядом с мельницей, все уже было кончено. Один из солдат сидел на земле, зажимая рукой хлещущую из разорванного плеча кровь, второй суетливо рвал на повязку чистую тряпку.

– Лекаря! – зычно гаркнул Водер.

Неприятно пахло ряской, смертью и… страхом. После долгих дождей течение реки было необычайно сильным, редкие желтые листья неслись по темной маслянистой воде, словно подхваченные ураганом парусные корабли купцов Золотой Марки.

Северянин стоял над двумя трупами, негромко переговариваясь с Йогером – высоким сухопарым «леопардом» с орлиным носом. Оба мертвеца у их ног оказались страшно изрублены. Обляпанные грязью головы лежали тут же. Рандо узнал погибших и едва сдержался, чтобы не помянуть Бездну. А вот дядя, не стесняясь, высказал несколько соображений по поводу неудачного года в общем и кровопийцы-некроманта в частности.

– Боюсь, командир, от этих разведчиков мы уже ничего не узнаем, – мрачно произнес Йогер, и рыцарь нахмурился еще сильнее.

Самые опытные из его следопытов, отправившиеся с утра на разведку, были мертвы.

– Что произошло?

«Леопард» пожал плечами, посмотрел на подтягивающихся к месту схватки солдат.

– Мы… тут… были, – прохрипел раненый солдат, над которым уже колдовал полковой лекарь, накладывая давящую повязку. – Я отошел. Чтобы посс… по нужде. Вон. За кустик. К реке спиной повернулся. Всплеск услышал, начал оборачиваться, и тут эта… тварь в плечо вцепилась. Кольчугу, словно бумагу, порвала… гадина. Заорал. Хорошо, что северянин рядом был. Выручил. Порубил их в капусту.

Га-нор предпочел промолчать.

– У нас не хватит людей, чтобы расставить везде караулы, – наклонившись к Рандо, произнес Водер.

– Это и не понадобится. Достаточно двух патрулей. Предупреди, чтобы никто не ходил поодиночке.

– Хорошо. Ты куда?

– Следует проверить подходы к лесу.

– Надеюсь, сам туда не полезешь? – поинтересовался пробравшийся через тростник Юргон. Он безразлично посмотрел на трупы и счел нужным пояснить свое странное появление и перепачканные до бедра штаны: – Поставил еще одну ловушку на случай, если они облюбовали реку. Но это мой последний вклад в оборону. «Искре» понадобится время, чтобы восстановиться.

– Сними ее, – посоветовал Рандо. – От тебя гораздо больше толку в открытом бою. Незачем расходовать силы на то, что может и не понадобиться.

Маг с сожалением осмотрел изгвазданную одежду, огорченно выпятил нижнюю губу:

– Выходит, зря я там мок. А насчет леса ты прав. Надо пытаться уйти туда. Вот только раненые…

– Носилки уже делают, – хмуро произнес Рандо. – Но вначале нужна разведка.

– У нас больше нет разведчиков. Придется идти вслепую. Или прорываться по восточной дороге. К Слепому кряжу. Я постараюсь обеспечить поддержку и отвлечь некроманта.

– Только не дорога, – отрицательно покачал головой рыцарь. – В суете нас расстреляют, как зайцев.

– Я Огонек, а не воин. Но я знаю, что колдун, который находится где-то там, – он неопределенно махнул рукой, – медлит неспроста. Он выжидает, и меня это очень беспокоит. Сколько погибнет? Десять? Двадцать? Но кто-нибудь из нас прорвется. А если Белый придет сюда, придет всерьез, а не как в прошлый раз, – живым не уйдет никто.

– Жертвовать одними ради спасения других рано или поздно придется. Но жертва не должна быть напрасной. Терять людей из-за спешки и плохо проведенной разведки – верх глупости. – Молодой человек заметил, что северянин стоит недалеко от них, дожидаясь окончания беседы.

– Тебе что-то надо? – Рыцарь постарался, чтобы слова не прозвучали резко.

– Да, – склонил голову рыжий. – Мы с другом застряли здесь не по своей воле. Не знаю, сколько вы будете тянуть. Но мы не желаем дожидаться зимы. Хотим уйти сегодня ночью.

Водер негромко заворчал, но Рандо показал, что следует помолчать и послушать.

– Я следопыт. Проверю и лес, и дорогу.

– Взамен на что?

– Ни на что. – Га-нор пожал плечами. – Я ведь сказал – нам нужно уйти. Мы торопимся. Если там можно пройти – пройдем вместе. Не захотите – уйдем одни.

– Я не слишком тебе доверяю, сын Ирбиса, – счел нужным заявить Водер.

Северянин с каменным спокойствием выдержал испытующий взгляд «леопарда».

– Иди, – принял решение Рандо. – Но без своего приятеля. Он останется здесь.

– Превосходно, – улыбнулся следопыт.

– Глум, – окликнул молодой рыцарь командира лучников. – Проследи, чтобы его пропустили без помех.

– Надеюсь, он не отправился к набаторцам с рассказом о нас, – проворчал Водер, когда рыжий ушел.

– Не стоит искать тьму там, где ее нет, – философски заметил Юргон, прежде чем Рандо что-то ответил. – Забудьте о шпионах. Опасайтесь колдуна.

В небе тоскливо закричали журавли. Рандо рей Валлион поднял голову и, заслонив глаза от яркого солнца, проследил, как птичий клин, мерно взмахивая крыльями, плывет на юг.

Их призывные крики звучали точно так же, как в тот день, когда мрачный и подавленный Водер привез черную весть его матери. Отец Рандо погиб на Гемской дуге, сражаясь на правом фланге против отборных частей Высокородных дельбе Васке. Так что теперь журавлиная песня для молодого рыцаря ассоциировалась лишь с одним – близостью смерти.

Рандо окинул взглядом крыши осиротевших деревенских домов. Запах гари так никуда и не исчез. Водер громко сопел, шагая рядом, и то и дело перекладывал боевой молот с одного плеча на другое.

Они добрались до таверны, вошли в пустой зал. Старший рыцарь достал из дорожной сумки истершуюся за время путешествия карту. Ее углы были смяты, на месте сгибов появились дыры. Расстелив пергамент на столе, Водер склонился над поблекшим рисунком.

– Лошадей придется бросить, – нарушил молчание Рандо.

– Правильное решение, – одобрил дядя. – Будем надеяться, что северянин принесет нам хорошие вести.

Окутанный осенним увяданием лес уже успел погрузиться в сладкую полудрему – предвестницу глубокого сна, приходящего каждый год, как только приближается зима. Золотые ветви, частично лишенные листвы, шумели над головой Га-нора, нашептывая ему ласковую, едва слышную колыбельную песнь.

Сын Ирбиса не спеша пробирался по одной из множества проложенных среди посеревших папоротников троп, по которым не раз и не два ходили крестьяне. Лес был щедр к ним. Всегда делился с людьми хворостом, грибами, ягодами и зверьем. Теперь жители деревни мертвы, а солдатам не до лесных даров.

Миновав несколько больших вырубок, северянин остановился возле ели, на шероховатом стволе которой все еще были заметны старые, сделанные топором зарубки. Следопыт в сотый раз прислушался. В ветвях шумел ветер. Немногочисленные птицы вносили в унылую осеннюю тишину хоть какое-то подобие жизни.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Поделиться ссылкой на выделенное