Алексей Живой.

Великий царь

(страница 1 из 25)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Алексей Живой
|
|  Великий царь
 -------

   – Спартанцы! – выкрикнул бородатый всадник в чешуйчатом панцире, на боках которого играли солнечные блики, приблизившись к фаланге гоплитов. – Богоподобный царь персидской империи милостиво подарил вам четыре дня жизни, для того чтобы одуматься и сложить оружие. Но это время прошло. Каков будет ваш ответ?
   Леониду не нужно было поворачиваться и осматривать пристальным взглядом лица своих бойцов, чтобы ощутить их решимость сражаться. Эта решимость жила в каждом из воинов, составлявших фалангу спартанцев, что перегородила узкий фермопильский проход от края до края с самого рассвета. Все они монолитной стеной, подняв щиты и копья, встали на пути персидской армии. Был среди них и Тарас, принявший в этой жизни имя Гисандра. Он стоял во второй шеренге рядом с Эгором и Архелоном, рассматривая сквозь прорези шлема персидских солдат.
   – Передай богоподобному Ксерксу, – медленно проговорил царь Спарты, прищурившись на солнце и осматривая конное воинство за спиной своего собеседника, – чтобы он отправлялся назад за море. И хотя здесь стоят не боги, а всего лишь свободные люди, Ксеркс не сможет здесь пройти, пока жив хотя бы один из нас.
   – Тогда я, Тигран, из рода Ахменидов, – прорычал всадник, лицо которого исказила гримаса ярости, – предводитель войска Мидян [2 - Наиболее боеспособными частями в огромной и многонациональной сухопутной армии персидской империи царя Ксеркса были – сами персы, мидяне и бактрийцы. Во флоте – финикийцы и египтяне.], обещаю тебе, Леонид, что еще не успеет солнце пройти зенит, как твои кости будут глодать птицы-падальщики.
   – К чему тратить драгоценное время, – ответил Леонид. Усмехнувшись и сжав копье, он добавил, спокойно взирая на всадника, гарцевавшего в двадцати шагах от строя спартанцев: – Веди сюда своих воинов и приготовь побольше могил, – немногие из них вернутся сегодня назад.
   Раздавшийся вслед за этим хохот спартанских гоплитов окончательно вывел из себя Тиграна. Знатный перс хлестнул своего породистого скакуна и устремился назад, изрыгая проклятия на голову упрямых спартанцев.
   А Леонид, уловив движение в строю персидских всадников, вооруженных луками, вскинул руку и крикнул, мгновенно заставив всех замолчать.
   – Стрелы! Поднять щиты!
   Не успел Тигран еще достигнуть строя своих всадников, как тысячи стрел взлетели в воздух и, затмив солнце, устремились на горстку спартиатов, словно разящие молнии.
   Услышав команду царя, все спартанцы давно заученным движением мгновенно повалились на одно колено, прикрыв щитом голову и тело.
Это случилось вовремя. Едва Тарас и стоявшие рядом с ним гоплиты выполнили приказ, как тысячи стрел забарабанили по медным щитам с изображением «Лямбды». Стрелы падали на них сверху, отскакивая от щитов, вонзаясь в расщелины каменистого плато, пригвождая к земле концы алых плащей, накинутых на плечи. Но спартанцы замерли, сгруппировавшись и не давая себя поразить.
   И все же стрел было очень много, их зловещий свист не прекращался несколько минут подряд. Вскоре Тарас услышал позади себя приглушенный крик одного из бойцов. Осторожно оглянувшись, не опуская щита, он увидел, что персидская стрела поразила того в бедро. Раненый спартанец со злостью сломал оперение стрелы, оставив наконечник в своей плоти. Тарас понимал, каково тому было: получить ранение, еще даже не выступив в бой! По опыту он знал, – этот парень ни за что не признает себя раненым и не попытается избежать драки. Даже наоборот, рана прибавит ему ярости. И горе тому персу, что окажется у него на пути.
   – Атака! – скомандовал Леоднид, едва стрелы перестали свистеть над головами спартанцев.
   Все гоплиты поднялись, образовав плотный строй. Никто не погиб, а раненых пока «не было». Конница отошла назад, и снизу приближались пешие воины персов с копьями наперевес.
   Подняв щит повыше, и сжав покрепче древко копья, Тарас вглядывался в персов. Если не обращать внимания на численность наступавших, увиденное его не слишком испугало. На головах бородатых персов, точнее мидян, если верить их предводителю, были мягкие войлочные шапки. «Кажется, это называется тиара, – припомнил Тарас, – но от хорошего удара в голову она не спасет».
   Тело укрывали пестрые хитоны, поверх которых блестели медные чешуйки – панцири с короткими рукавами. На ногах штаны, без всяких признаков поножей и кожаные сандалии. Вместо медных щитов персы легко несли плетеные, из-под которых виднелись колчаны с небольшим луком и стрелами. Каждый персидский пехотинец был вооружен копьем, которое показалось Тарасу гораздо короче собственного, а с правого боку у них виднелись не то короткие мечи, не то кинжалы.
   «Шлемов нет, – констатировал Тарас, чуть выставляя левую ногу вперед, прикрываясь щитом и поднимая острие копья, как сделали все, кто стоял с ним рядом в шеренге, – ноги тоже не защищены. Это хорошо. Коли куда угодно. А мы-то вооружены гораздо лучше. Да и бегут они вперед, словно стадо баранов, значит, шанс есть».
   – Держать строй, спартанцы! – рявкнул Леонид, поднимая копье вверх, когда до персов оставалось не больше тридцати метров, – беречь силы и помнить о ложном отступлении. Это только начало.
   Тарас знал все маневры, которые они отрабатывали столько раз в строю, наизусть. Но все они выполнялись по команде. А до тех пор – бей и коли!
   Он уже видел разъяренные лица и слышал крики мидян, подбадривавших себя гневными воплями. Авангард войска, пришедшего сейчас к Фермопилам, насчитывал никак не меньше тысячи человек. Почти половина из тех, что выстроились сейчас далеко внизу, там, где проход огибал выступавшую в море гору, бросилась в атаку на три сотни спартанцев, которых вывел Леонид на первый бой, чтобы показать союзникам, как надо биться.
   Дальше за горой проход расширялся и появлялось небольшое плато, уходившее вниз вдоль скалы. На нем ожидала исхода схватки оставшаяся часть персов вместе с Тиграном. Справа от спартанцев плато обрывалось в море, слева было ограничено почти отвесными скалами. При всем желании атаковать персы могли фронтом не больше, чем из тридцати-сорока человек. А судя по размашистым движениям мидян, которые на бегу далеко отставляли руки с легким щитом и копьем, они больше привыкли воевать на широких пространствах.
   – Мне говорили, что варвары [3 - Варварами греки называли все живущие вокруг племена, не говорившие по-гречески. Сначала это название было чисто географическим, без уничижительного смысла. Но после победы над персами, приобрело оскорбительный оттенок, возвышая «цивилизованных» греков.] бьются толпой, – усмехнулся стоявший рядом Архелон, бросая быстрый взгляд на Тараса, – но я не верил. А зря.
   – Да, – кивнул Тарас, – держа строй, мы выстоим. А сели дойдет до драки руками, вспомни, чему я тебя учил.
   – Я не забыл, Гисандр, – кивнул Архелон.
   А в мозгу командира эномотии промелькнуло несколько уроков рукопашного боя, что дал-таки бывший спецназовец и десантник своему другу в минуты отдыха. Архелон оказался способным учеником и вскоре освоил несколько хороших ударов ногами и руками без всякого оружия. Не отставал от него и Эгор. Устраивая между ними спарринги, Тарас от души веселился. Но греки все делали всерьез.
   Достигнув, наконец, строя неподвижно стоявших спартанцев, ощетинившихся копьями, персы обрушились на них лавиной тел, стремясь задавить количеством. Но не вышло. Короткие копья персов в ближнем бою не давали им возможности достать закованного в доспехи противника. И лавина быстро растеклась на отдельные ручейки, после того как первая шеренга спартиатов несколько раз одновременно вонзила копья в персидских воинов. Те пытались отбивать молниеносные удары разящих спартанских копий, но плетеные щиты были им плохой защитой. Много персов нашло свою смерть в первой же атаке. Проход огласился воплями и стонами раненых врагов.
   Тарас с завистью смотрел, как мастерски колол мидян пентекостер Креонт, стоявший позади царя в первой шеренге. Отводя удары персидских копий большим медным щитом и методично работая своим длинным копьем, он убил двоих бородатых воинов точным ударом в шею. Еще двоих ранил ударом в бедро, а последнего, что подобрался слишком близко, поразил резким ударом отточенного острия в глаз. Мидянин вскрикнул, схватившись за окровавленное лицо, и рухнул на камни.
   Рядом с пентекостером билось несколько неизвестных Тарасу воинов, а дальше он разглядел Алкмена, который тоже отважно сражался. В каждом движении опытного спартанца сквозило мастерство тренированного бойца. Стоя всего в нескольких метрах за его спиной, Тарас даже залюбовался, с каким изяществом копье Алкмена вспарывает пестрые хитоны мидян, проникая в плоть.
   Чуть поодаль дрались два брата, Алфей и Марон, а рядом с ними сверкал медью отполированного шлема храбрец Диенек. Не раз и не два мидяне пытались поразить его, но он был словно выточен из камня и двигался расчетливо, почти одновременно со стоявшими рядом бойцами. Диенек удивил Тараса тем, что дважды убил своих врагов, прошив насквозь их плетеные щиты.
   Тарас заметил, что почти никто из спартанцев не стремится лишний раз попробовать на прочность персидский панцирь. «А зачем тупить копье? – поймал он себя на мысли, отбивая прилетевшую издалека стрелу. – Ведь у них столько незащищенных мест, что можно убивать, даже не касаясь доспехов. Похоже, этот Ксеркс металл экономит больше, чем своих людей».
   Сам Леонид тоже не давал спуску наседавшим со всех сторон мидянам. Он пригибался, уходя от ударов и прикрывая тело щитом. Но каждый раз, когда царь распрямлялся и выбрасывал, словно пружину, вперед руку с копьем, падал замертво кто-то из персидских воинов.
   Бились спартанцы дружно, чувствуя плечо рядом стоящего воина, и мидяне так и не смогли пробить оборону. Лишь кое-где им удавалось ненадолго потеснить гоплитов, а на место немногих павших спартанцев тут же вставали другие. Так они выстояли почти полчаса, потеряв всего нескольких человек, но почти не сдвинувшись с места. Зато перед ними выросла целая гора трупов, что уже мешала новым персам добраться до первой шеренги греческих гоплитов.
   Наконец, персы отошли, а спартанцы смогли немного передохнуть. Тарас, которому удалось схватиться только с одним мидянином, всадив тому копье в бедро, был немного разочарован и рвался в бой.
   Не успели мидяне отойти вниз к своим, как свет солнца вновь затмили стрелы. И спартанцы опять привычно опустились на одно колено, прикрывшись щитом и пережидая смертоносный дождь. Многие в этот раз уже откровенно веселись, переговариваясь из-под щитов с соседями по шеренге и задирая друг друга.
   – Ты видел, как они бежали, Эгор? – крикнул Архелон своему другу. – Как трусливые женщины.
   – Если это лучшие воины Ксеркса, – подхватил Эгор, перекрикивая шум барабанивших по щитам стрел, – то я, пожалуй, буду биться с ними одной рукой, чтобы дать отдохнуть другой. И даже без шита.
   – Щит тебе еще пригодится, – отсоветовал Архелон, – видишь, как они бесятся от своего бессилия. Не могут одолеть нас в открытом бою и хотят поразить всех издалека.
   – Да, бойцы из персов не лучшие, – согласился Эгор, – да и копья у них короткие. Ни за что не смогут достать до наших тел.
   Тарас помалкивал, сжимая кожаный ремень щита и вспоминая о «Бессмертных» – гвардии Ксеркса, которые еще не вступали в бой. Он не торопился с выводами. Ведь для персидской армии, которая, по слухам, насчитывала около двухсот тысяч человек [4 - Информация Геродота о том, что войско персов насчитывало свыше миллиона человек, считается современными исследователями явно преувеличенной. «Отец истории» всеми силами воспевал героизм небольших армий греческих полисов перед полчищами варваров.], эта атака была всего лишь рядовым столкновением, хотя и самым первым. До сих пор никто не осмеливался вставать на пути у владыки половины мира. Ведь царь персов – если он уже был в лагере – проделал длинный путь от пролива Геллеспонта сюда через Македонию, Фессалию, Фтиотиду и Малиду, не встречая никакого сопротивления. Македонцы и фракийцы уже давно были его данниками [5 - Македонию и Фракию покорил предшественник Ксеркса персидский царь Дарий в 511 году до н. э, преследуя сразу несколько целей. Он хотел создать там базу для похода на остальную Грецию, а также ударить в тыл степным скифским племенам.], хотя и не порвали сношений с греками, а остальные дали послам персов «землю и воду» [6 - Добровольно признали власть персов над собой.]. И вот теперь он впервые получил отпор.
   «Представляю, как бесится Ксеркс», – невольно ухмыльнулся Тарас.
   – Атака! – выкрикнул Леонид, вскидывая тяжелый щит и первым поднимаясь на ноги. – Построиться!
   Спартанцы поднялись с колен и вновь изготовились к бою. Их небольшая фаланга насчитывала в глубину шесть неравных рядов, сужавшихся к проходу в скалах, который был сейчас перегорожен заново отстроенной стеной. На стене и за ней стояла стража из вооруженных периеков, среди которых было некоторое количество лучников. Впрочем, Леонид оставил собственных лучников позади, решив положиться на привычную фалангу, не в пример персам, у которых, как показалось Тарасу за первые часы сражения, лук был едва ли не главным наступательным оружием.
   Между тем приближалась новая волна мидян. Это были все те же пешие копейщики, которым уступили место отошедшие в тыл всадники. Но на этот раз пешие мидяне сами начали атаку с обстрела фаланги спартанцев из луков. Воины разбились на две группы. Часть мидян, что приближалась вдоль обрыва, на ходу стреляли из лука, а копейщики образовали подобие клина, острие которого нацелилось на Леонида, стоявшего перед строем.
   – Встать плотнее! – приказал царь, и спартиаты придвинулись плечом к плечу, прикрывая своим щитом еще полкорпуса рядом стоящего воина от летевших стрел. Одна из них просвистела рядом с ухом Тараса, поразив стоявшего позади воина. Раздался сдавленный стон и спартанец, «поймавший» стрелу в шею, повалился под ноги своим товарищам. Другая стрела, звонко ударившись медным наконечником, отскочила от шлема Тараса.
   Наконец вторая лавина мидян с воплями обрушилась на ощетинившихся копьями гоплитов и потеснила их, слегка продавив середину строя. Море красных плащей всколыхнулось. Удар был мощным. Тарас даже на мгновение потерял из виду царя, исчезнувшего за телами окруживших его мидян. Но вскоре Леонид снова появился в поле зрения, насадив на копье одного из воинов в пестром хитоне. Его копье пробило панцирь мидийца, вышло из спины и застряло, так что Леонид даже ударил обмякшее тело ногой, чтобы выдернуть его обратно. К счастью, он проделал это очень быстро. Лишь один из нападавших персов успел нанести второй удар, который Леонид отразил щитом, а следующим движением он уже поразил и этого бойца.
   И все же спартанцы попятились. Видя это, мидийцы утроили натиск. В тесноте ближнего боя их короткие копья даже давали некоторое преимущество. Не только первая шеренга, но и вторая, где стояли Тарас с Архелоном и Эгором, и даже третья уже вступили в сражение. И тут раздалась команда: «Назад!» Услышав которую, спартиаты повернулись вполоборота в сторону прохода. А затем, чуть приподняв копья и одновременно прикрывая корпус щитом, устремились назад. Это было так похоже на отступление, которого мидяне уже и не надеялись увидеть, что они даже немного опешили, и на мгновение между ними и спартанцами образовалась брешь в несколько метров. Именно этого и добивался Леонид. Строй гоплитов выровнялся. А когда мидяне с воплями вновь бросились вперед, предвкушая победу, раздался новый зычный окрик Леонида и спартанцы «все вдруг» резко обернулись лицом к противнику, выбросив правую руку вперед. И каждое копье нашло свою цель. Вся ближняя шеренга мидян рухнула под ноги спартанцам как подкошенная. Наступление приостановилось.
   – Коли! – крикнул Леонид, не давая передышки врагам.
   И новый удар скосил следующую шеренгу мидян. После этого маневра Тарас был уже в первом ряду, рядом с Креонтом, заняв место убитого персами воина. Спартанцы нанесли еще несколько таких же молниеносных и смертоносных ударов, окончательно смешав порядки мидян и обратив их в бегство. А стоило мидянам показать тыл, как спартанцы перешли в наступление и отогнали их метров на сто от Фермопильского прохода вниз по ущелью.
   – Остановиться! – крикнул Леонид, прекращая преследование, и опуская окровавленное копье вниз. – Пусть эти трусливые псы бегут и расскажут другим, чего стоит наше гостеприимство. А мы вернемся назад.
   Посмеявшись вместе с царем над персами, спартанцы едва перевели дух. Однако, устремившись назад по трупам мидийских солдат, они не успели отойти к самой стене, как были застигнуты атакой конных персов.
   Мгновенно построившись и сомкнув ряды – причем передние гоплиты опустились на колено, прикрывшись щитами почти целиком и выставив копья под углом вверх, – спартанцы приготовились к отражению атаки всадников. Бросив взгляд на приближавшихся врагов, Тарас с удивлением заметил, как конные лучники «всаживали» стрелы в своих же пехотинцев, обратившихся в бегство, перебив на ходу почти всех. «Просто заградотряд какой-то, – горько усмехнулся Тарас, – ни шагу назад. Не любят персы трусов».
   Прошло лишь несколько мгновений, как персидская кавалерия доскакала до строя спартанцев, но врубаться в него не стала. Она принялась кружить перед строем, осыпая фалангу тучами стрел почти в упор. И многие находили цель, несмотря на то, что лишь красные гребни шлемов с прорезями для глаз возвышались над медными щитами спартанцев. Когда рядом с Тарасом упало двое гоплитов, убитых стрелами, а еще один был ранен в руку, Леонид чуть распрямился и крикнул:
   – Бросай!
   Первая шеренга гоплитов поднялась и метнула свои копья в проносившихся мимо всадников, быстро опустившись. Затем то же сделала вторая и третья. Тарас бросил свое копье в бородатого перса, чей нагрудник блестел на солнце, как начищенное зеркало, угодив тому в бок. Бросок был такой силы, что пробил-таки доспех, и перс рухнул на камни под копыта своему коню. Тарас проследил за полетом еще нескольких «снарядов», вышибавших персов из седла с такой точностью, словно это эфебы соревновались друг с другом на Гипнопедиях.
   Спартанские копья «вывели из строя» не один десяток всадников. Лошади с диким ржанием метались теперь без седоков от обрыва до скал, совершенно не давая возможности приблизиться остальным. Да те больше и не пытались. Обстрел мгновенно прекратился, а оставшиеся всадники устремились назад.
   «Говорят, у них служат скифы, – промелькнуло в мозгу Тараса, когда он разглядывал колыхавшиеся спины конных мидян, затянутые в панцири и пестрые хитоны, – от тех бы мы так легко не отделались. Скифы, кончено, тоже лучники, но и с копьем не расстаются, да и владеть им умеют».
   Атаки прекратились. Приказав отнести раненых спартиатов в тыл и не двигаясь с места еще полчаса, Леонид наконец отвел своих солдат назад к стене. Там они простояли до самого вечера. Однако больше в тот день персы не предпринимали новых атак.
   – Не по вкусу им пришлась черная похлебка, – заметил Алкмен, пытаясь рассмотреть сквозь быстро сгущавшиеся сумерки то, что происходило внизу на каменистом плато, занятом персами. Там было заметно какое-то шевеление, но на построение перед новой атакой это было не похоже. Скорее одни части, потрепанные в сегодняшних боях, сменялись другими.
   – Ты прав, – усмехнулся Леонид, проследив за его взглядом, – мало на свете людей, способных ее переварить.
   – И все они здесь, царь, – проговорил Алкмен, обведя взглядом усталых бойцов, – рядом с тобой.
   – Это так, – согласился царь, – мы преподали персам первый урок и больше, уверен, сегодня они не появятся. Но, прежде чем из Спарты подойдет армия, нам предстоит еще не один бой. Теперь надо отвести людей в лагерь.
   Он вышел вперед и вскинул руку с копьем, требуя внимания.
   – Спартанцы, – громко объявил Леонид, – сегодня вы сражались, как львы, и уже покрыли себя славой, как доблестные сыновья Лакедемона.
   Море красных плащей всколыхнулось в едином порыве. Все гоплиты выбросили вверх руку с копьем, приветствуя царя. То же сделал и Тарас, издав победный клич. После первого дня боев спартанцы чувствовали себя победителями. Все подступы к Фермопилам были усеяны трупами персов, а спартанцы потеряли в этот день лишь восемнадцать человек. Но и это была большая потеря для Лакедемона, где ценился каждый гражданин.
   – Сейчас я приказываю вам отойти за фокидскую стену на ночлег, вы заслужили его, – объявил царь, – а наше место займут локры [7 - Локры, фокидяне и милейцы, чья общая численность составляла почти три тысячи человек, входили в ополчение, подчинявшееся Леониду.] числом в пять сотен. Уверен, им хватит храбрости простоять ночь без боя на своей земле в ожидании персов.
   Вдоволь насмеявшись, спартанцы отошли за стену, охраняемую вооруженными периеками. Просочившись по одному за эту преграду, что встала на пути персов, спартанцы растянулись цепью и продолжили свой путь к лагерю уже во мраке.
   Продвигаясь по узкому ущелью, напоенному серными запахами источников, Тарасу все время хотелось заткнуть нос – такая здесь стояла вонь. К счастью, вскоре проход расширился, и они увидели палатки и костры лагеря, в котором готовились к ночлегу воины остальных греческих полисов.
   – Вы прогнали персов с нашей земли, Леонид? – приветствовал царя широкоплечий боец, поднявшийся на ноги от костра, едва завидев появившихся из тьмы ущелья спартанцев.
   – Мне пришлось это сделать за вас, Хрис, – в тон ему ответил спартанский царь, – раз уж ты со своими воинами не в силах свершить это.
   – Мои воины рвутся в бой, – обиделся уязвленный Хрис.
   – Что же, – кивнул Леонид, словно ждал такого ответа, – тогда сейчас самое время. Отправь за стену пять сотен своих локров и стой там до рассвета. А утром я снова сменю вас.
   Хрис бросил взгляд на дымившуюся тушу барана, что коптилась над костром, и нехотя подчинился. Он взял щит и копье и отдал необходимые приказания, подозвав своих командиров.
   – Уверен, персы не побеспокоят тебя этой ночью, – добавил Леонид, занимая его место у костра, рядом с которым он опустил свой щит и копье, – а мои воины сражались весь день голодными. Так что мясо будет очень кстати.
   – Угощайся, царь, – усмехнулся с поклоном Хрис, – пусть ты и твои воины насытятся и ни в чем не знают отказа. Я велю принести еще мяса.
   – Ты учтив, Хрис, – ответил Леонид, усаживаясь у костра и скидывая панцирь с помощью подоспевшего илота, – однако ты слишком долго собираешься в путь. Тебя ждут Фермопилы.
   Хрис молча удалился, уводя за собой пять сотен локров, уже собиравшихся отправиться на ночлег. Но приказ спартанского царя лишил их этого удовольствия.
   – Кажется, локры недовольны, что им приходится защищать собственную землю, – заметил Тарас, останавливаясь рядом с костром и опираясь о копье. – Им гораздо больше нравится, когда за них гибнут спартанцы.
   У костра, кроме самого Леонида, по знаку царя уже присели Алкмен и Креонт. Вокруг суетились слуги и оруженосцы из периеков.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Поделиться ссылкой на выделенное