Алексей Евтушенко.

Ловушка для Артемиды

(страница 3 из 25)

скачать книгу бесплатно

   – Спасибо, – Джу с сомнением посмотрела на платок и, подумав, достала из своего кармана пакетик мягких бумажных салфеток. – Это от неожиданности, – пояснила она, вытирая салфеткой глаза и нос. – Я почти и не надеялась тебя найти. В новостях передали, что твоя ферма взорвана «дикими», вот я и… Ох, как же это здорово, что ты жива! Погоди, а что с рукой? Она же вся в крови у тебя!
   – Не в крови, а в бинтах, – засмеялась Миу. – Правда, в бинтах окровавленных и грязных, не спорю. Пустяки, не обращай внимания. Всего-навсего сильный порез, и он уже заживает. Расскажи лучше, что там в городе и куда ты направлялась? А то я вообще ничего не знаю, кроме того, что началась самая настоящая война с «дикими».
   – Я… – теперь, когда она встретила Миу, Джу и сама уже не могла как следует понять, куда и зачем она шла из охваченного огнем и насилием города. – Я просто бежала. Как и все, кого ты видишь на этой дороге. «Дикие» захватили город. Паника, стрельба, пожары… Они поднялись из Трещины на самодельных воздушных шарах, представляешь? Тысячи вооруженных «диких»! Все, кто мог, бросились вон из города, моя машина застряла в жуткой пробке, и пришлось идти пешком. Тут, неподалеку, есть городок, знаешь? Все туда идут, и я вместе со всеми. Там, наверное, можно переночевать, и вообще…
   – И вообще, не так страшно, когда все вместе, да? – участливо спросила Миу и снова обняла художницу. – Ничего. Теперь, когда мы нашли друг дружку, все опять будет хорошо. Честно говоря, я тоже шла в этот городок. Это единственное место, думала я, где можно нанять машину, чтобы съездить за тобой.
   – Ты хотела ехать за мной в город? – глаза Джу изумленно распахнулись. – Сумасшедшая!
   – Ну, теперь-то никуда уже ехать не надо, верно? – Миу засмеялась и поправила на плече автомат. – Идем. Скоро ночь и желательно все-таки в городок нам сегодня попасть. Там хоть и будет нынче тесно, как семечкам в созревшем подсолнухе, но все же ты права – это лучше, чем ночевать в поле.
   Когда они вошли в городок, уже наступила ночь. Впрочем, электрического света на улицах вполне хватало, чтобы разобраться в окружающей обстановке.
   А вот чего явно не хватало, так это мест для ночлега.
   Обе гостиницы, административные здания и даже офисы частных фирм были уже забиты беженками под завязку. Можно было, конечно, попытаться устроиться на частную квартиру, но, судя по тем разговорам, которые они невольно слышали на переполненных растерянными женщинами улицах, шансов на это тоже практически не оставалось.
   – Надо идти в городской лесопарк, – решила, в конце концов, Миу. – Я знаю, где он. Там хотя бы травка мягкая. Опять же и мы никому мешать не будем, и нам никто.
   – Да хоть на любой пустырь, – вздохнула Джу. – А то у меня скоро ноги отвалятся. Предупреждаю – это не метафора.
   Парк оказался, действительно, вполне удобным местом для ночлега.
Правда, все лавочки-скамеечки тоже оказались заняты, но здесь, по крайней мере, работали общественные туалеты и было довольно относительно чистой воды в трех фонтанах и одном ручье, когда-то умело и красиво превращенном в каскад маленьких искусственных водопадов.
   Костер подруги разводить не стали. Расположились под вековой липой, наскоро поужинали тем, что нашлось у Джу в рюкзаке, запили еду водой из фонтана, постелили на траву еловые ветви, которые нарезала и принесла Миу, и легли спать.
   Миу Акх, привычная к жизни на свежем воздухе, уснула крепко и сразу, положив голову ни сгиб локтя. Художница же погрузилась в некий зыбкий полусон-полуявь, где смутные и тревожные образы прошедшего дня мешались с желтоватым светом парковых фонарей и темными ночными силуэтами кустов и деревьев. Наконец, явь стала уступать, и Джу, уж было, совсем погрузилась в сон, как тут в ее затуманенный мозг настойчиво проник шум шагов и негромкие, но твердые и ясные голоса.
   – Не парк, а лежбище какое-то…
   – И не говори. Ступить некуда.
   – Чего ты хочешь, беженки. Куда им было еще деваться?
   – Оставались бы в городе.
   – В городе…Молчи уж лучше. А мы сумели защитить тот город?
   – Ну, знаешь!
   – Отставить.
   – А чего она…
   – Я сказала – отставить.
   – Есть…
   – О, девочки, смотрите, кажется здесь, под липой, посвободнее!
   – Точно. Всего только двое. Нам места хватит.
   Джу открыла глаза, села и ее тут же ослепил яркий луч фонаря.
   – С ума сошли? – осведомилась художница, прикрываясь ладонью. – Уберите немедленно!
   – Извините, – произнес отрывистый женский голос, и луч исчез. – Это рефлекторно. Просто мы искали удобное место для ночлега.
   – Я вас почти не вижу – сказала Джу. – Ваш фонарь меня совсем ослепил.
   – Да, – согласился тот же голос. – Фонари у нас хорошие. Ничего, скоро пройдет. Значит, вы не против, если мы устроимся рядом? Впрочем, это не имеет значения, потому что мы все равно устроимся.
   Джу рассмеялась.
   – Забавно, – сказала она. – Может, вы все-таки подойдете ближе? А то неудобно так разговаривать.
   – Охотно.
   Три женские фигуры выступили из ночной тьмы и приблизились к Джу и спящей Миу.
   – Располагайтесь, – предложила художница. – Места, действительно, хватит.
   – Спасибо, вы очень любезны, – поблагодарила одна из женщин, обладательница уже знакомого отрывистого голоса. – Мы, пожалуй, разожжем костер. Ночь теплая, но уж больно чаю хочется. И давно. Вы хотите чаю?
   Джу прислушалась к себе и неожиданно поняла, что, действительно, многое готова отдать за чашку горячего, хорошо заваренного и сладкого чая.
   – Очень, – призналась она.
   Через пять минут костер уже пылал, и над ним был подвешен алюминиевый котелок с водой. При свете огня Джу, наконец, удалось разглядеть нежданных соседок.
   Все трое были облачены в темные, одинакового покроя, хлопчатобумажные комбинезоны и высокие армейские ботинки. Возле ствола липы были свалены в кучу их одинаковые же плоские рюкзаки, а к самому дереву прислонились три автомата. Стволами – к стволу.
   «Да это же армия, – догадалась художница. – Вернее, ее остатки. Интересно бы их расспросить, о том, что сегодня произошло. Если, конечно, они пойдут на такой разговор».
   – Меня зовут Джу Баст, – сообщила она. – А это моя подруга. Она умеет крепко спать в любых обстоятельствах.
   – Полезное умение, – кивнула обладательница отрывистого голоса. Пламя костра швыряло причудливые блики на ее темно-русые, коротко стриженые волосы и плясало в больших, чуть навыкате, внимательных глазах. – Она, случайно, в армии не служила? Впрочем, неважно. Меня зовут Кана Кейра. Лейтенант Кана Кейра, командир танкового взвода. Со мной – экипаж моего танка. Девочки, как там вода, закипела?
   – Еще минута, командир, – откликнулась одна из «девочек», подкладывая в костер хворост.
   – Очень приятно, – сказала Джу. – Надо же, вы, оказывается, тезка нашей Первой? Редкий случай.
   – Не такой уж и редкий, – пожала плечами лейтенант. – В нашем полку было целых три Каны. Включая меня.
   – Было?
   – Да. Потому что полка уже нет.
   – Как это? – тихо спросила Джу.
   – Очень просто. Так бывает во время войны. Был полк – и нету. Да вы не переживайте. Переформируемся и еще повоюем, не все потеряно.
   – Дым, – отчетливо произнесла во сне Миу. – Дым и огонь. Дотла.
   – Вот именно, – согласилась Кана и, отстегнув болтающийся у нее на спине танкистский шлем, бросила его рядом с собой на траву.
   – Моя подруга – фермер, – пояснила Джу. – Сегодня утром «дикие» ее ферму уничтожили. Взорвали.
   – А, знаю, – кивнула танкист. – Ловушка на ферме. Взвод разведки там полностью лег. И не только он.
   – Чай готов, – сообщили от костра.
   – Наливай, – сказала Кана Кейра.
   – Неужели все так плохо? – Джу приняла из рук женщины-танкиста горячую кружку. – Спасибо.
   – Не все, – вздохнула лейтенант. – Наша Первая как раз сейчас ведет переговоры с «дикими». Да, нас здорово потрепали. Надо признать, что «дикие» подготовились к этой войне лучше. А самое главное – им удалось нанести удар первыми. Но. Сил у них все равно гораздо меньше, чем у нас. И вооружены они неизмеримо хуже. Учитывая все это, можно с большой долей уверенности предположить, что они договорятся, и боевые действия вряд ли возобновятся. Во всяком случае, здесь, у нас.
   – У нас… – повторила за Каной Джу. – А вообще на планете? У вас есть хоть какие-то новости? Я ушла из города еще утром и не знаю, что сейчас происходит в мире.
   – Если судить по информационным сообщениям, – сказала Кана, – в мире начинается хаос. «Дикие» восстали почти везде. Но точной информации у меня нет. Нам не до этого было. Сначала мы дрались, потом хоронили мертвых, потом… Армия, вернее то, что от нее осталось, уже сейчас, я думаю, подошла к городу. В качестве аргумента на переговорах.
   – А вы? – удивилась Джу.
   – А мы сломались, – пояснила лейтенант-танкист. – От моего взвода осталась одна машина. Моя. И как раз на въезде в этот городок… Ничего серьезного, утром починимся. Но ждать нас, разумеется, никто не стал.
   – Так значит, вы считаете, что в город в скором времени можно будет вернуться? – с надеждой осведомилась Джу.
   – Думаю, да. Еще день, ну два. Впрочем, я человек военный, и мое дело не рассуждать, а выполнять приказы, так что… – Кана пожала плечами, как бы показывая, что не может дать никаких гарантий.
   – Я понимаю, – вздохнула Джу. – Мир изменился. И, наверное, он уже не будет прежним. И придется как-то приспосабливаться. Но… Мой дом там, в городе, другого нет. И очень не хочется скитаться.
   – Поживем – увидим, – Кана отставила в сторону кружку и потянулась всем телом. – Тяжкий был денек. И скоро опять утро. Давайте спать, мы очень устали.
   – Да, конечно, – согласилась Джу. – Спасибо вам.
   – За что? – удивилась лейтенант.
   – За надежду, – ответила Джу. – Не знаю почему, но после разговора с вами, она во мне окрепла.
   – А, – усмехнулась Кана. – Просто вы, как лицо гражданское, невольно видите во мне защитницу и думаете, – раз уж она, солдат, не паникует и уверена в себе, значит, все будет хорошо. Это правильно, так и должно быть. Спите, – с этими словами, танкист улеглась на траву возле догорающего костра, положила под голову шлем и закрыла глаза.
   – Спокойной ночи, – тихо сказала Джу. – Спокойной нам всем ночи.


   – Эт-то еще что? – пробормотала Марта Нета.
   Стон повторился. Но уже тише, практически, на грани слышимости.
   – Посмотрим? – вопросительно глянула на Беса Кася.
   – Давай, – кивнул Тьюби. – Мне кажется, это человек.
   – Рассредоточиться, – приказала Кася, – и вперед. Медленно и осторожно.
   Предостережение Галли оказалось не лишним – не успели они пройти и трех десятков метров, как впереди сверкнул огонь, ударил выстрел, и Марта Нета, коротко вскрикнув, упала на землю.
   Фат Нигга, вскинул автомат, и выпустил по направлению выстрела длинную злую очередь, и горное эхо дважды повторило ее грохот и визг рикошетов, – пули наткнулись на камень и ушли в ночное бесстрастное небо.
   В то же мгновение Бес Тьюби, пригнувшись, молча кинулся вперед и в сторону, по дуге уходя с возможной линии огня, а Кася, Тирен и Барса, погасив фонари, бросились к Марте. Впрочем, та оказалась жива и здорова и уже изготовилась к стрельбе лежа.
   – Все в порядке, – негромко сообщила она, почти одновременно плюхнувшимся рядом с ней на животы боевым подругам. – На то и комбинезон. Синяк, правда, будет. Но это мы как-нибудь переживем…
   – Сюда! – крикнул из темноты Бес. – Уже все. Он здесь один и стрелять больше не будет. Идите смело. Как там Марта?!
   – Жива Марта! – крикнула в ответ Марта.
   – Слава богу, – вынырнувший откуда-то сбоку Фат Нигга, помог Марте подняться на ноги, – ты цела. У меня…я… в общем, испугался я за тебя. Очень.
   – Это приятно, – удивилась Марта и неожиданно для себя самой поцеловала Фата в щеку. – Ты молодец, быстро прикрыл.
   Лучи фонарей высветили большой, вросший в землю валун, за которым и лежал, стрелявший в них «дикий». Был он весь в крови, а его автомат висел за спиной Беса Тьюби.
   – Ты его убил? – ровным тоном осведомился Фат Нигга.
   – Не говори глупости, – вздохнул Бес. – Когда я его обнаружил, он уже потерял сознание. Это кто-то из наших, лицо мне знакомо. Только имя вспомнить не могу.
   – Погоди-ка… – Нигга чуть наклонился, всматриваясь в измученное бледное лицо стрелка. – Точно, наш. Это Реми. Реми Чесс, трудень из мастерских Хрофт Шейда. Я его знаю. Как он здесь оказался?
   – Не знаю, как он здесь оказался, – сказал Тьюби, – но знаю, что, если ему не оказать помощь, то он, скорее всего, умрет. Я его наскоро осмотрел. Он ранен и не единожды. Кто-то его перевязал, но это было несколько часов назад, и он потерял много крови.
   – Здесь был бой, – заметила Барса Карта, осматривая под лучом фонаря землю вокруг. – Вон сколько гильз валяется – обоймы три, не меньше.
   – Да, я заметил, – кивнул Бес. – Причем стрелял он в другую сторону. На юг. А мы по отношению к нему – на севере.
   – Его нужно перенести в корабль и оказать помощь, – сказала Кася. – И вообще, хорошо бы привести в чувство. Чтобы узнать, что тут произошло. Тирен, у тебя аптечка с собой?
   – Да, командир.
   – Вколи ему поддержку, и посмотрите с Барсой, что можно еще сделать прямо сейчас, на месте. А мы глянем, что там дальше. Может, он не один тут такой.
   – Хорошо, – Тирен сняла с пояса аптечку и вместе с Барсой присела возле раненого.
   – А по-моему, все ясно, – заявила Марта Нета, морщась и потирая левое плечо, в которое ударила пуля. – С нашей сестрой армейской он и дрался – с кем еще. Войсковая-то операция где-то тут в горах и проходила, разве не так?
   – Странно, что он при этом остался жив и не попал в плен, – сказала Кася. – Ладно, пошли поглядим, с кем он тут дрался.
   – Может, лучше подождем до утра? – предложил Фат Нигга. – Мало ли что. Как бы опять на пулю не нарваться. Вам-то хорошо, в комбинезонах ваших непробиваемых…
   – Хм, это верно, – Кася на секунду задумалась. – Тогда давайте так. Мы с Мартой и Барсой посмотрим, а вы с Бесом и Тирен несите раненого на корабль. Надо сейчас осмотреть местность. Если он вел бой, то, может статься, в кого-то попал, и срочная помощь сейчас требуется не только ему.
   – Это вряд ли, – неожиданно громким голосом произнес раненый и открыл глаза.
   – О-па! – воскликнула Марта. – Вот они, чудеса военно-полевой медицины. Очнулся, кр-расавец…
   Бес Тьюби шагнул к раненому, присел рядом и осветил фонарем свое лицо.
   – Это я, – произнес он, – Бес Тьюби, командир пластунов. Ты помнишь меня, Реми?
   – Бес… – голос Реми Чесса упал до громкого шепота, – точно. Я тебя узнал. Что ты… с этими?
   – Об этом потом, долго рассказывать. Но все хорошо, не беспокойся. Что здесь произошло?
   – Я был в отряде Харика Су, мы оттянули на себя… часть армейских сил, увели их за собой в горы. От самой дороги – там, ниже… Нас преследовали. Гравикоптеры и пехота… У тебя есть вода? Я хочу пить. Моя кончилась еще днем.
   – Ему можно? – обернулся Бес к Тирен.
   – Можно, – кивнула та. – Ранений в живот нет. Грудь и бедро.
   – Мы потеряли три четверти состава, – продолжил Реми, напившись. – Тяжелораненые оставались… прикрывать отход. В конце концов, пришла и моя очередь. Я залег за этим камнем, стрелял… Дальше не помню, потерял сознание. Что с остальными, Бес? И что в городе? Мы победили?
   – Что с отрядом Харика, я не знаю, – сказал Тьюби. – Судя по тому, что тебя не захватили в плен, армия сестер-гражданок отступила. Видимо, они получили приказ оставить преследование и вернуться. Дело в том, что город в наших руках. Насколько мне известно, боевые действия приостановлены, и сейчас идут переговоры.
   – Переговоры с сестрами-гражданками?
   – Да.
   – Так вот почему ты с ними…
   – И поэтому тоже. Не волнуйся. Мы доставим тебя в город, и тебе окажут необходимую помощь.
   – Хорошо. Бес…
   – Что? Я слушаю тебя, Реми.
   – Что-то мне хреново…
   – Потерпи немного. Сейчас…
   – Я… – раненый медленно закрыл глаза и умолк.
   – Фат, – Бес поднял голову, – давай, берись аккуратно. Отнесем его в корабль.
   – Мы все-таки посмотрим вокруг, – сказала Кася.
   – Хорошо, – кивнул Тьюби. – Только крайне осторожно, ладно?

   Силы и энтузиазм договаривающихся сторон закончились одновременно с ночью. Небо за окнами заметно посветлело, когда Первая с видимым отвращением загасила в пепельнице только что прикуренную сигарету и откинулась на спинку кресла.
   – Давайте пожалеем друг друга, – предложила она, – и поспим хотя бы три-четыре часа. Не знаю, как у вас, а у меня голова совсем уже отказывается соображать.
   – Честно сказать, у меня тоже, – признался Хрофт Шейд и машинально потрогал бинты на лбу. – К тому же она еще и болит.
   – Немудрено, – сказала Первая. – У нас хорошие врачи. Может, стоит им показаться?
   – Нет, – отказался Хрофт. – Ранение пустяковое. Просто усталость. Вы правы, надо поспать. Тем более что самые главные вопросы мы обговорили.
   – Да, – кивнула Первая. – Значит, вы открываете ворота стадиона и выпускаете заложниц…
   – При условии, что ваша армия и Служба FF остается за пределами города, – продолжил Хрофт Шейд.
   – Приказ уже отдан, – сказала Йолике. – Они расположатся лагерям в пятнадцати-двадцати километрах к северо-западу. Там есть для этого удобное место. Но несколько моих оперативных групп в любом случае останутся здесь.
   – Разумеется, – вступил в разговор Рони Йор. – Мы это обговаривали. Равно как и то, что ваша полиция или, вернее, то, что от нее осталось, снова должна приступить к своим обязанностям. Совместно с нашими патрулями. Иначе мы все можем потерять контроль над городом.
   – Общий Штаб в Коммуникационном Центре? – уточнил Хрофт Шейд.
   – Там, – подтвердила Первая. – Мне кажется, это удобнее всего. Главное – связь. А туда стекается информация со всего мира. Не забывайте, что очень скоро нам придется решать не только внутренние проблемы, но и внешние. Не исключено, что сестры-гражданки из других городов и регионов могут захотеть прийти нам на помощь. Не спрашивая при этом нашего согласия.
   – Я не забываю, – усмехнулся Хрофт Шейд. – Но пока этого не произошло, то и переживать по данному поводу не стоит. Да и не думаю я, что это быстро случится. У сестер-гражданок по всему миру сейчас довольно своих проблем. Все, закончили. Вы готовы?
   – Еще как, – утомленно вздохнула Первая. – Я даже готова уснуть прямо здесь, за столом.
   – В таком случае едем в Коммуникационный Центр?
   – Едем. Слава Великой Матери, здесь недалеко, да и пробки на дорогах, как мне кажется, нам этим утром не грозят.

   Луук Ши совершала второй обход стадиона за эту ночь. В ситуации, когда она вместе со своими послушницами и тысячами остальных сестер-гражданок, жительницами города, попала в заложницы и была заперта на стадионе под охраной вооруженных отрядов «диких», настоятельница Храма Великой Матери считала необходимым по-прежнему выполнять свой долг, утешая и ободряя сестер. И ей это, действительно, удавалось. Луук Ши пользовалась большим авторитетом среди горожанок, многое знали ее в лицо и теперь, видя, что она вместе со всеми делит тягости и лишения и при этом не падает духом, заложницы невольно старались следовать примеру настоятельницы и не поддаваться унынию.
   А тягот и лишений хватало.
   Стадион не был приспособлен для длительного размещения в нем такого количества напуганных и растерянных женщин и девочек («дикие» загнали сюда и четыре городских школы-интерната в полном составе). Не хватало питьевой воды, еды и медикаментов. А главное, не хватало профессионалов: спасателей, врачей, психологов – всех тех, кто умел облегчить страдания и знал, как лучше всего себя вести в подобной тяжелой ситуации.
   Впрочем, были в заключении на стадионе и положительные стороны, как бывают они у любого явления, каким бы ужасным на первый взгляд оно не казалось.
   Начать с того, что здесь, под вооруженной охраной «диких», сестры-гражданки оказались на самом деле в большей безопасности, чем те, кто остался в городе или бежал из него. Тут, на трибунах, на поле и во внутренних помещениях стадиона, не было ни стрельбы, ни мародеров, ни вырвавшихся на нежданную свободу и совершенно от этого обезумевших рабов-мужчин, ни пожаров. Не было здесь также и утомительной дороги под открытым небом, кровавых мозолей на ногах от долгой и непривычной ходьбы пешком и физической усталости, которая в подобных случаях лишь усиливает в душе чувство потери и безнадежности. Да и без главных новостей заложниц не оставляли, и весь, до отказа заполненный стадион, знал о том, что идут переговоры, и шансы на их успех имеются.
   Временный госпиталь был устроен в двух больших помещениях, где раньше располагались кафе, на втором ярусе стадиона. Здесь присутствие Луук Ши требовалось больше всего, отсюда она начинала свой первый обход и сюда же, пришла под утро снова, немного восстановив силы после короткого полуторачасового сна. Кроватей, разумеется, не было. Больные и раненые сестры-гражданки лежали большей частью на составленных вместе мягких креслах для посетителей или спортивных матах, которые принесли сюда из расположенных на первом ярусе спортзалов. Те же, кому матов и кресел не хватило, были устроены прямо на полу.
   Внимание настоятельницы привлекли две женщины. Одна, с перевязанной головой и закрытыми глазами, под которыми синели глубокие нездоровые тени, лежала, укрытая цветастой скатертью, на трех, стоящих в ряд, креслах, а вторая сидела рядом с ней на стуле и смотрела в бледное лицо раненой взглядом, в котором читалась боль и забота.
   Лица обеих женщин показались Луук Ши знакомыми, но затуманенный усталостью мозг никак не хотел открывать нужные воспоминания. Сидящая возле импровизированной постели сестра-гражданка, видимо, почувствовав, что на нее смотрят, подняла голову. Их глаза встретились, и теперь настоятельница узнала Эль Мирру, директора самой крупной и образцово-показательной в городе школы-интерната. Юные насельницы интерната в сопровождении воспитателей, учителей и самого директора довольно часто бывали в Храме, да и сама Луук Ши, помнится, дважды была гостьей этого заведения.
   Теперь можно было подойти и поздороваться, что Луук Ши и сделала.
   – Здравствуйте, – ответила Эль Мирра, и ее губы тронула грустная улыбка. – Я гляжу, вас тоже не пощадили?
   – Отчего же, – улыбнулась в ответ Луук Ши. – Как видите, я жива и здорова. Да и вы тоже. А ведь многие наши сестры в эту ночь подверглись насилию и даже погибли.
   – Мы тоже подверглись насилию, – вздохнула Эль Мирра. – Уж я-то точно попала сюда не по своей воле. Вместе со всеми своими детьми.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Поделиться ссылкой на выделенное