Александр Варго.

Приют

(страница 5 из 35)

скачать книгу бесплатно

Виктор поднял бумажник и, отряхнув его от крови, торопливо запихнул поглубже в карман. Так будет надежнее.

– Витек?..

– Ну что? – злясь, обернулся бармен. Его начинала бесить эта упрямая гора мяса, почему-то не желающая умирать. С минуты на минуту здесь могли появиться менты (наверняка выстрелы кто-то слышал из проезжающих мимо машин!), и тогда у него начнутся проблемы. Пора с этим заканчивать.

– Мне нужно кое-что сказать тебе…

– Ну? – Виктор подошел вплотную к Кириллу, крепко сжимая в руках монтировку.

– У нас с Игорем… В фуре… Пятнадцать штук зелени…

– Что? – У Виктора перехватило дыхание.

– Помоги мне… И половина твои…

– Где они?! – Бармен схватил Кирилла за шиворот, глаза его алчно засверкали.

Кирилл устало вздохнул.

Лицо Виктора перекосилось от ярости:

– Говори, ты, жирный индюк!

– В фуре… Там… – Голос Кирилла становился все тише, и Виктору пришлось наклониться еще ниже. Их лица почти соприкасались, и Виктор с омерзением почувствовал исходящий от мужчины запах мочи. Еще и обмочился!

– Ну, говори! Говори, черт тебя дери! Где деньги?! – возбужденно закричал Виктор.

Губы Кирилла раздвинулись в улыбке:

– В аду…

В следующее мгновение Виктор почувствовал резкую боль в животе. Что это, колики? Или он на что-то наткнулся?

Глаза Кирилла закрылись, на лице застыла счастливая улыбка. Виктор медленно поднялся на ноги, которые почему-то вдруг стали мягкими и непослушными.

– А-а-ах ты… СУКА!!! – заорал он. Виктор принялся в исступлении лупить Кирилла монтировкой по голове, выкрикивая ругательства, однако он был бы несказанно огорчен, узнав, что стал наносить удары после того, как Кирилл испустил дух. Смятая фотография, выроненная из рук дальнобойщика, полностью окрасилась кровью.

Перед глазами появились темные расплывчатые круги, в ушах стучало. Во всем теле появилось онемение, живот почему-то стал мокрым. Только сейчас Виктор обратил внимание на большой охотничий нож, который сжимала рука Кирилла.

Черт! Мать твою! МАТЬ ТВОЮ!!!

Значит, этот сукин сын все-таки достал его. Шатаясь, он направился к выходу. Монтировка с грохотом упала на пол. Снаружи уже падали первые капли дождя.

Виктор, спотыкаясь, вышел на крыльцо и упал на колени. Теперь он видел рану. Очень, очень плохая рана. Через нее он даже мог видеть свои внутренности, такие бедные и беззащитные. Будь все проклято.

Сзади послышались всхлипывания Ирины.

Виктор скатился с крыльца, в глазах багровело. Последнее, что он увидел в своей жизни сквозь красный туман, была туча над дорогой, по которой полчаса назад укатили те двое сумасшедших. Она была намного темнее других туч, почти черная, как сажа, и по форме напоминала гигантскую оскаленную пасть волка.

Загрохотал гром.

7

Митрич продолжал улыбаться, вертя в руках коробочку. Ярику была знакома эта улыбка – Митрич всегда так улыбался, когда ему в голову приходила очередная безумная идея.

И эта улыбка не предвещала ничего хорошего.

Ветер усилился. Он яростно трепал длинные волосы Ярика и Руты, словно пытаясь сорвать их вместе со скальпом.

– Угадайте, и вы получите приз, – в голосе Митрича засквозил холод.

– Я больше повторять не буду. Будь паинькой и положи эту штуку на землю, – сказал милиционер. Правой рукой он держал пистолет, левая потянулась к рации. – Или я прострелю тебе ногу.

Он вытащил рацию и нажал на какую-то кнопку. Послышался едва различимый треск.

Небо почти полностью заволокло серой пеленой, стало прохладно.

– Седьмой, я – Третий. Седьмой? – осведомился милиционер у рации, не сводя тяжелого взгляда с Митрича, который все так же многозначительно улыбался, – Я на шоссе № 62, в нескольких километрах от развилки в сторону Гриднева, требуется помощь.

Он выключил рацию. Ярик вдруг принял решение.

– Ну? – сказал мент.

Ярик сделал полшага назад. Рута горестно вздохнула. Первые капли дождя упали на горячий песок, пропитывая его влагой. Митрич улыбался.

Неожиданно раздался вопль Ярика. Не переставая кричать, он упал на землю. Руки и ноги его конвульсивно сжимались, рот раскрывался и закрывался в беззвучном крике, словно у раненой рыбы.

– Помогите ему, у него начался приступ! Вы что, не видите?! – испуганно вскрикнула Рута.

Милиционер на мгновение оторвал взгляд от Митрича и направил пистолет в сторону Ярика, недоверчиво взирая, как тот бьется в судорогах.

В этот момент Митрич резко выбросил вперед руки:

– Лови!

Невозмутимое, спокойное лицо милиционера изменилось, уверенность моментально исчезла, уступая место растерянности.

Лежа на земле, Ярик видел, как к нему подкатилась прозрачная пластиковая коробочка. Коробочка с симметрично расположенными отверстиями для доступа кислорода на крышке. Только крышка упала отдельно, потому что Митрич, исхитрившись открыть ее каким-то образом незаметно для мента, швырнул тому в лицо своего паука Крейсера.

Милиционер издал изумленный вопль и тут же выстрелил. Пуля вонзилась в песок в нескольких миллиметрах от лица Ярика.

Следующие события произошли буквально за считаные секунды. Выронив рацию, мент судорожно пытался стряхнуть паука на землю. Когда это ему удалось, Митрич бросился на него, и они покатились по земле.

Ярик быстро вскочил на ноги, поморщившись от боли в боку. Его первой мыслью было броситься к дерущимся. Его мозг неосознанно зафиксировал одну деталь – милиционер продолжал сжимать в руке пистолет. Он не выронил его, когда Митрич кинул ему в лицо Крейсера, не выронил, когда Митрич прыгнул на него. Это говорило об одном – перед ними не новичок.

«Впрочем, – подумал Ярик, лихорадочно выискивая брошенный Митричем пистолет, – профессионал не попался бы на такой трюк…»

…Митрич извивался, как уж, и ругался, изо всех сил стараясь выхватить у милиционера пистолет. Силы было явно не равны. Они прокатились несколько метров, мент быстро пришел в себя. Приподнявшись, он без особого труда оттолкнул тело Митрича и нанес ему короткий удар локтем. Ярик все же нашел пистолет и теперь, взяв его обеими руками, подошел к дерущимся.

«Я не буду ни в кого стрелять, упаси Боже, я ни в коем случае не выстрелю из этой „пушки“», – твердил себе он, снимая пистолет с предохранителя. Руки его предательски дрожали. Все и так зашло слишком далеко. Они с Митричем просто свяжут этого мента, и все дела.

Яростно завывая, Митрич все еще пытался дотянуться до пистолета патрульного. Тому наконец удалось подняться на колени, он тяжело дышал, форменная одежда на боку была разорвана и перепачкана грязью. Следующий удар мента угодил Митричу в солнечное сплетение, лишив его на некоторое время способности дышать. Милиционер поднял пистолет и, сплюнув грязь, приставил дуло к голове Митрича.

– Опусти «пушку», – донесся до него голос. Милиционер поднял глаза и увидел «глухонемого». В его руках был пистолет, ствол которого был направлен прямо в него.

– Слушай сюда. – Мент навел пистолет на Ярика. – Ребята, вы и так наломали кучу дров. Убери, или я убью тебя прямо сейчас.

Краем глаза Ярик видел, как Митрич отполз в сторону и теперь медленно поднимался на ноги. Его шатало, глаза были выпучены, как у раздавленной лягушки, изо рта струилась кровь.

В следующее мгновение воздух разорвал выстрел. Ярик выронил пистолет, кисть обожгло жгучим пламенем. Расширенными от страха и нарастающей боли глазами он смотрел на расплывающееся пятно крови на рубашке чуть ниже локтя, которое быстро увеличивалось.

– Отойди к машине. Руки за голову, – произнес мент.

Из его пистолета все еще струился дым. Милиционер вытер свободной рукой лоб, оставив на нем грязную полосу, которая быстро смылась потоками усилившегося дождя. Он совсем забыл про Митрича, который тем временем бесшумно возник сзади. В его руке что-то блеснуло.

Рута все это время неподвижно стояла у «пятерки». Мокрые волосы налипли на лбу, делая ее совсем юной и беззащитной. Она что-то говорила, беззвучно шевеля губами, и с ужасом смотрела на происходящее.

Митрич взмахнул бритвой. Крик мента, теперь уже полный боли, слился со звуком выстрела. Пуля вдребезги разнесла заднее боковое стекло на «пятерке». Милиционер опустился на колени, как-то неуклюже свесив голову. Из широкой раны на шее полилась кровь, и он неуклюже пытался зажать ее руками. Митрич, издав торжествующий вопль, вновь взмахнул бритвой.

– Как насчет того, чтобы зачитать нам наши права? – ликующе рычал он, пританцовывая от возбуждения. – Как насчет наших чертовых, мать их ети, долбаных прав, хотел бы я вас спросить?! Вы проходили это в вашей школе милиции?

– Митрич, остановись! – испуганно бормотал Ярик. Он еще не мог прийти в себя от шока, вызванного острой болью в руке. – Остановись, Митрич, – бормотал он, как заведенный, не понимая, что его брат просто физически не в состоянии его услышать, так как находился довольно далеко от него. А может, он и не хотел слышать его.

Милиционер молча стоял на коленях, зажимая рану на шее, покорно снося новые разрезы, которые секунда за секундой уносили его жизнь. Рута истошно завизжала, обхватив виски руками.

– МИТРИЧ, ПРЕКРАТИ ЭТО, ПРЕКРАТИ!!! – прорвало наконец Ярика. Ковыляя, он подошел к своему брату и схватил его за плечо.

Митрич обернулся, оскалив зубы, и взмахнул бритвой. Раненую руку Ярика второй раз обожгло от боли, но не это поразило молодого человека. Он был потрясен тем, во что превратился его брат. Нет, это не тот Митрич, Дмитрий Шевцов, которого он знал. Безумное, окровавленное существо, которое теперь постепенно превращало мента в сырой фарш, уже не было его братом.

– Уйди, Ярик. Уйди и не мешай. Не видишь, я провожу беседу с нашим служителем закона, поскольку он немного забыл свои обязанности. Так ведь? – процедил Митрич. Он поднял пистолет, выроненный ментом. Ярика затошнило. У него начала кружиться голова, ему уже казалось, что этот кошмар никогда не закончится.

– Митрич, не убивай его. НЕ УБИВАЙ, – по слогам произнес Ярик, с ужасом смотря на стоящего на коленях мужчину, который словно читал молитву.

– Черт, мне нужно… Я… – Митрич убрал пистолет за пояс брюк и торопливо зашарил по карманам. Выудив из одного трясущимися руками шприц, а из другого ампулу, он вихляющей походкой торопливо зашагал к «пятерке».

Ярик осмотрел рану на своей руке. Пуля проделала в ней аккуратную дырку, кость вроде не задета. Бритва Митрича распорола кожу возле большого и указательного пальцев. Ярик покачал головой.

– Куда это он направился? – спросила Рута. Она немного успокоилась, но Ярик все равно чувствовал, что она вся дрожит от страха. – Послушай, нам нужно немедленно уматывать отсюда. Он вызвал подмогу…

– Д-да…

Ярик поежился. Дождь почти прекратился, тучи медленно рассеивались, подобно сигаретному дыму из помещения, где внезапно открыли окно. Ему совершенно не хотелось думать о том, что будет, если вдруг приехавшие менты обнаружат патрульного, а тот будет еще жив и в подробностях опишет их приметы. Да, но если…

– Так мы едем? – раздался голос Митрича. Голос звучал спокойно, размеренно, будто принадлежал не его безумному брату наркоману, а школьному учителю, объясняющему детям урок. Он подобрал Крейсера и бережно убрал его обратно в контейнер.

– Митрич, – начал было Ярик, но тут он увидел нечто такое, отчего почувствовал, как волосы на макушке закручиваются в узел.

Милиционер медленно вставал на ноги. Он был ужасен. Лицо изрезано, кожа на подбородке отслоилась, глаза непонимающе вращались.

– Ы-ы-ы-н-ы-г!.. Ак… – выдавил он. Пальцы, зажимавшие рану на шее, разжались, и кровь с новой силой толчками принялась заливать его форму. Рубашка милиционера намокла уже почти до пояса. Ярик не верил своим глазам, живучесть этого человека поражала и ужасала одновременно.

– Конечно, я с тобой согласен. «Ы-ы-ынг» и «Ак» – вот и все твои аргументы. Не очень-то убедительно для работника правоохранительных органов, должен тебе признаться. И как только таких остолопов берут в ментовку, ума не приложу. – С этими словами Митрич подошел к мужчине и выстрелил ему в голову. Голова милиционера дернулась, и он рухнул на землю.

Рута тихо застонала. Ярик округлившимися глазами смотрел на Митрича, не в силах произнести ни слова.

– Поехали, – безжизненным голосом промолвил Митрич, пряча пистолет за пояс.

8

– Ну и погодка! – пробурчал Евгений. Двадцатичетырехлетний сержант привычным жестом пригладил густые черные волосы. Стройный, высокий, с пронзительными карими глазами и открытой белозубой улыбкой, он заставлял замирать сердца молодых женщин, и он знал об этом. Глядя в его улыбающееся лицо, трудно было поверить, что этот человек работает в милиции.

– Ничего удивительного, я еще утром говорил, что будет гроза, – откликнулся Роман Краев, его напарник. Он представлял собой полную противоположность Евгению – невысокого роста, с широченной грудью и плечами, шея почти отсутствовала. Форменная рубашка настолько тесно облегала его мускулистое тело, что грозила лопнуть по швам при любом резком движении. Мощные кулаки, покрытые жесткими волосками, слегка свернутый налево нос выдавали в нем бывшего боксера. Темно-синие глаза всегда глядели настороженно, словно говоря: «Никому из вас, дорогие мои, я не верю. Будьте добры, ваши документы, выйдите из машины, расставьте пошире ноги, руки за голову и все такое прочее, ну вы понимаете меня, я ведь ничего против вас лично не имею, просто работа у меня такая и тому подобное…»

На западе загромыхал гром. Дождь лил не переставая, быстро превратив светло-серую, почти белую раскаленную придорожную пыль в жидкую грязевую кашу. Ветровое стекло машины превратилось в причудливый калейдоскоп бликов и отражений.

– Закрыл бы окно, зальет, – прогудел крепыш с перебитым носом.

Евгений покачал головой:

– Пусть лучше зальет, чем жариться в этой колымаге.

Он поглядел на часы, и на лице его появилось унылое выражение. Черт, всего два часа дня, а до конца его смены осталось еще более восьми часов!

Барабанная дробь дождевых капель стала постепенно стихать.

– Громов больше не объявлялся? – лениво спросил Роман, и Евгений отрицательно качнул головой.

– Громов парень что надо. Правда, после повышения он начал было немного зазнаваться, но это у него быстро прошло, – сказал он. – Жаль, тебя не было на вчерашнем семинаре.

Роман достал из нагрудного кармана сигару и задумчиво повертел ее между пальцами, словно оценивая, стоит ли она того, чтобы ее выкурили. Заметив это, Евгений наморщил нос, будто его напарник вертел дохлую крысу. Он сказал:

– Послушай, как ты можешь курить эту гадость?

– Отвали, – беззлобно отмахнулся Роман и зажег спичку. – Это лакричные сигары, которые имеют особый пикантный аромат. Мне их брат привез с Кубы.

Евгений хмыкнул:

– Не знаю, что ты нашел в них пикантного, но, на мой взгляд, твои папиросы воняют хуже трусов ассенизатора.

– Так что же там было такое, на этом семинаре? – спросил Роман, решив сменить тему. Он с наслаждением затянулся и выпустил дым, откинувшись на сиденье.

Лицо Евгения расплылось в улыбке:

– Помнишь того придурка, новенького? У него еще фамилия такая звучная – Галимов. Михаил Галимов. Так вот, Громов как раз…

Треск рации прервал Евгения на полуслове. Роман нажал на кнопку «Вкл.» и приложил указательный палец к губам. Евгений замолчал.

– Седьмой, я – Третий. Седьмой! – послышалось в рации. – Я на шоссе 62, в нескольких километрах от развилки в сторону Гриднева. Требуется помощь.

Рация умолкла.

– Опа, – пробурчал Роман, положив рацию на приборную доску. – Легок на помине. Ну, поехали.

9

Тучи нехотя рассеивались, из мрачновато-серых постепенно превращаясь в фиолетовые, а затем и вовсе в перламутрово-синие. Первые лучи солнца осторожно щупали влажную землю, словно пробуя ее на вкус. Так человек, перед тем как окунуться в озере, пробует воду пальцами ног. По пустынной дороге мчалась темно-синяя «пятерка». За рулем был Ярик. Рута сидела рядом и нервно покусывала губы. Митрич расположился на заднем сиденье.

Мысли Ярика лихорадочно метались в голове, словно запертые в ловушке крысы. Юноша смутно осознавал, что на этот раз они влипли по-настоящему и что самое паршивое – он не видел абсолютно никакого выхода из создавшейся ситуации.

«Наркотики, угон машины, ограбление бензоколонки… Бойня в закусочной, убийство легавого… Продолжать?..» – ехидно напоминал время от времени холодный внутренний голос, и Ярик всеми порами кожи ощущал, как его охватывает паника. Он не переставал думать о том, выжил ли тот толстяк, которому он распорол яйца.

Эх, сейчас бы вернуться на несколько деньков назад, когда Митрич связался с этим мудаком Хохой. Знал бы Ярик, чем обернутся им обоим проделки Митрича с наркотой, он, не задумываясь, накостылял бы своему брату по шее, плевать на его авторитет!

Шок медленно проходил, к Ярику вернулась способность здраво рассуждать. Правда, тупая боль в руке доставляла много хлопот, но раной он займется позже. Проанализировав обстановку, он пришел к неутешительному выводу, что: а) их наверняка уже ищут менты, и если они будут болтаться на этом шоссе, как дерьмо в проруби, то схватить их – всего лишь вопрос времени; б) он и Митрич ранены, и им нужна помощь; в) (самое оригинальное!) ехать им, собственно, некуда. Разве что бросить машину, завернуться в саван и тихо ползти на ближайшее кладбище. И чего им вообще взбрело в голову тащиться в Красноярск?

«Вот такой расклад. Такой, мать его ети, гребаный раскладик, чтоб я сдох!» – лихорадочно думал Ярик, сжимая скользкий от пота и крови руль.

– Куда мы едем? – тихо спросила Рута.

– Пока вперед, – механическим голосом произнес Ярик.

На заднем сиденье завозился Митрич. После того как он расправился с милиционером, он вкатил себе еще одну дозу, и на его лице снова появилось то знакомое Ярику блаженно-идиотское выражение. Некоторое время до Ярика доносилось бессвязное бормотание брата, и лишь спустя некоторое время он понял, что Митрич разговаривает со своим пауком. Вдоволь наговорившись, он откупорил бутылку водки и теперь изредка отхлебывал прямо из горлышка.

Впереди показалась вывеска, гласившая:

Гриднев – 8

Ярик успел обратить внимание, что какой-то юный дизайнер, обладающий незаурядным чувством юмора, зачеркнул струей из баллончика краской ГР, сверху надписав кривыми буквами: ХУ.

– Ну что, капитан? – спросил он Митрича. – Какие планы?

– Чего? – раздался будто плавающий голос Митрича.

– Чего?! Куда едем, Митрич? – Ярик повысил голос.

– Едем? – вновь переспросил Митрич и Ярик с трудом удержался, чтобы не бросить руль и не придушить его.

– Едем, Митрич, едем, черт тебя дери вместе с твоим долбаным героином. Куда нам ехать, можешь ты сказать или нет?!! – заорал он.

Митрич приподнялся на сиденье:

– У нас большой выбор? Или ты предлагаешь вернуться назад? – Голос его звучал почти нормально, и Ярик немного успокоился.

– Нет, конечно. Менты уже ждут нас. И давай завязывай с ширяловом, сейчас не место и тем более не время.

– Ты суешь своей симпатичный нос в дело, которое тебя совершенно не касается, – отозвался Митрич.

– Нет, Митрич, теперь оно касается нас обоих. Или ты думаешь, что я катаюсь с тобой от безделья?! Какого черта?! Шмель с Хохой ничего не имеют против меня, я вообще не знаю, на кой хрен я с тобой нахожусь!

Ярик внезапно поймал себя на мысли, что никогда не позволял себе разговаривать в подобном тоне с братом. Однако ситуация была не та, да и Митрич все еще находился под кайфом, поэтому едва ли придавал значение гневным фразам Ярика. Митрич неожиданно рассмеялся.

– Ярик, а представь себе ситуацию. Предположим – только на секунду – я склеиваю ласты. Остаешься ты. Истекает срок уплаты долга. Думаешь, Шмель поверит тебе, что ты – это ты?

Ярик замер.

– Надеюсь, ты пошутил, Митрич, – процедил он сквозь зубы. – Потому что у меня руки чешутся начистить тебе рыло. Хочешь повесить на меня свой должок? Не выйдет.

Митрич осторожно пощупал нос. Затем цокнул языком:

– Ладно, не кипятись. Этот мусор что-то гнал насчет какого-то «Изумруда». Я думаю, нам нужно туда. Лес – то, что нам нужно на первое время.

– До Гриднева осталось меньше семи километров, а я что-то никакого леса не вижу, – щурясь от яркого солнца, сказал Ярик.

– Ты придумал, что делать с твоей подругой? – вдруг спросил Митрич.

– А что я должен был придумать? – с вызовом спросил Ярик.

– Она будет нам сильно мешать, – произнес Митрич.

Ярик удивленно обернулся:

– Ты о чем?

– О чем я? Действительно, о чем это я. – Ярик услышал, как сзади забулькала бутылка, и сразу вслед за этим – Митрич громко рыгнул.

– А я все о том же, братец мой ненаглядный. Ты так и будешь таскать с собой эту фотомодель?

– А тебе-то что?

Митрич хохотнул.

Ярик мысленно послал его ко всем чертям. До Гриднева осталось совсем ничего, справа уже запестрели маленькие домики.

– Ты понимаешь, что, если мы не избавимся от нее сейчас, тебе придется жить с ней бок о бок до самой смерти? Если ее отпустить, она с потрохами сдаст нас мусорам, – в голосе Митрича сквозила неприкрытая ненависть.

Ярик похолодел. Он поймал на себе хмурый взгляд Руты и через силу улыбнулся, однако его улыбка осталась без ответа. При всем при этом Ярик не мог не отметить, что слова Митрича не лишены здравого смысла. Действительно, если менты прижмут девчонку, она не выдержит серьезной проверки. А уж допрашивать в милиции умеют.

– Я не собираюсь ничего рассказывать им, – тихо сказала Рута, но Митрич не обратил на ее слова никакого внимания.

– Это из-за нее мы теперь сидим в заднице, – невозмутимо продолжал он. – Если хочешь жениться на ней, валяй. Только машина останется у меня.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Поделиться ссылкой на выделенное