Александр Тамоников.

Ритуал возмездия

(страница 5 из 28)

скачать книгу бесплатно

Поднялся майор Харламов. Он, при всей своей удали и отчаянной отваге в бою, в преддверии схватки отличался от других офицеров отряда тем, что всегда пытался просчитать все возможные, даже теоретически допустимые варианты развития событий во время проведения боевых операций.

– Разрешите мне? – спросил он.

– Говори, Витя! – разрешил командир.

– А что, если бандиты, вычислив нашу дислокацию, что вполне вероятно, раз о ней знает Бокаев, решили провести акцию против отряда и весь трюк их состоит в том, чтобы расколоть отряд? Три группы, как предлагает Горелов, убудут в район Гуни, где их встретят на самом перевале, где наши и развернуться не смогут, и одновременно бандиты атакуют остатки отряда здесь. Тут, на базе, останется около двадцати человек, и ее можно будет атаковать прямым штурмом! Как такой вариант?

– Что скажешь на это, Горелов?

– Что я скажу? Мы стоим здесь официально как рота усиления мотострелкового батальона, вот его и следует привести в повышенную боевую готовность. На батальон бандиты не пойдут, не хватит у них сил разбить войсковую часть! Это не взвод захваченных врасплох десантников. Это сорок единиц бронетехники! Здесь отряду ничего не грозит, если принять элементарные меры предосторожности, тем более Бокаев просит одну группу, а не три. Про количество вышедших на акцию сил он знать не может, а вот насчет перевала? На проводника мы выведем одну группу, и проводник будет уверен в том, что ведет через перевал всего восемь человек. Скрытно следом пустим еще две группы, для страховки. Если первую группу «чехи» атакуют, в бой вступят другие две группы. Но зачем Кулану вступать с нами в бой? Какой смысл раскрывать свое присутствие в этом районе, где его появление даже не рассматривалось и никаких акций не планировалось? У сепаратистов разведка тоже работает и так топорно не действует. В чем мы убедились, узнав, что Кулан-Бек свободно перемещается возле Гуни, когда нам сбрасывают информацию о том, что и Кулан, и Джума орудуют где-то юго-восточнее. Мое мнение – идти на Гуни! Первой группой предлагаю использовать свою! Другие две пусть назначит командир!

Подполковник Кириллов внимательно осмотрел командиров боевых групп, принимая решение, которое, в принципе, было уже предопределено приказом свыше. Но предопределено в стратегии! А вот тактику и состав групп, направляемых на задание, приходилось обозначать ему. Он глянул на часы, сел за стол, сказал:

– Горелов прав, приказ нам выполнять по-любому, поэтому я согласен с его вариантом. А посему выходим к перевалу тремя группами. Первая – майора Горелова – встречает проводника и далее действует по обстановке, второй и третьей пойдут группы майора Лукина и капитана Васина. Все! Времени рассуждать у нас больше нет. Выходящим группам с этой минуты боевая готовность «Военная опасность». Час на подготовку людей, вооружения и специального снаряжения, включая средства связи. Я вызываю ночную «вертушку». С ее прибытием участникам акции боевая готовность «Полная» – немедленный вылет в район действия.

Десантирование, – командир посмотрел на карту, – на просеке лесного массива, в семи километрах от места встречи с проводником. Там же определитесь с порядком выдвижения к предгорью. Старшим по проведению акции назначаю майора Горелова, майор Лукин отвечает за прикрытие его группы, а также обеспечивает отход последней после завершения акции. Группа капитана Васина, после того как Горелов, а за ним и Лукин втянутся в горы и не попадут в капкан, идет в обход хребта и выходит к Гуни на «зеленку». С боевым охранением противника в Гуни, если таковое будет, не сближаясь. Цель группы Васина – нанести удар с запада, если у Горелова что-то не сложится. Ну а я предупрежу блокпосты о возможном нападении и, на всякий случай, подтяну в соседний батальон звено вертолетов огневой поддержки. Связь со мной по необходимости, я все время буду на приеме. Вопросы?

– Никак нет, товарищ подполковник!

– Свободны!

Офицеры покинули блиндаж командира…

И вот сейчас группа Горелова, растянувшись боевыми двойками на расстояние прямого визуального контакта, сквозь дождь и грязь пробивалась навстречу неизвестности. Чтобы настроить себя, Дима думал о враге, постепенно приводя себя в состояние максимальной готовности к смертельной схватке с ним. Не так просто настроить себя на бой! Когда думаешь только об одном: как уничтожить больше противника, не допуская никакой другой мысли, только бой, бой до конца, каким бы он ни оказался! Он думал о Кулан-Беке и Джуме-Бандите, и его постепенно наполняла яростная ненависть к бандитам, вытесняя другие чувства. Что совсем не означало, что офицер теряет контроль над собой. Как это было с ним один раз. Сейчас Дмитрий полностью владел собой.

Хладнокровие и решительность, отменная реакция и умение держать руководство подразделением в любых условиях, способность мгновенного принятия кардинальных решений в ходе боя были отработаны в нем до автоматизма. Нужно было только морально разогреть себя, как говорил майор Горелов, чтобы войти в ту оптимальную форму, когда профессионал полностью готов к любым действиям.


6-22.

Майор Горелов с группой все же опоздал, выйдя в район рощи. На две минуты опоздал. И причиной стал большой овраг, неожиданно перерезавший им путь. Его бы обойти, но, как ни странно, на карте оврага не оказалось. Пришлось преодолевать незапланированную естественную преграду. Спустилась передовая пара, капитан Горелов и прапорщик Бунин, легко, а вот подняться по мокрой траве крутого, хоть и невысокого склона смогли с трудом. Распаковав и применив специальное горное снаряжение в виде «кошки» с тросом.

Они подошли к роще, не сближаясь с ней метров на сто.

Если проводник или враг здесь, то он или они непременно заметят офицеров. Но пока роща стояла темным монолитом на фоне начинающегося утра.

Дима передал по команде:

– Я – Первый! Внимание всем! Собраться в кулак. На открытую местность не выходить, не обнаруживать себя, быть в готовности принять круговую оборону! Как поняли?

Командиры двоек доложили, что приказ понятен, и приступили к его исполнению.

Горелов связался с Лукиным и Васиным:

– Эфа-2, Эфа-3! Я – Эфа-1! Нахожусь в заданном районе, никого не вижу. Вам остановиться, укрыться, ждать! Сигналом для продолжения движения будет команда – «Вперед!». В случае атаки меня противником брать место боя в кольцо, ну и дальше, как учили!

– Эфа-2, понял!

– Эфа-3, к действиям готов!

Дмитрий отключил связь.

Он посмотрел на часы: 6-35.

Неужели этот Кара Богаев ушел? Но тогда за две минуты после установленного срока он не мог отойти даже на сто метров, так что передовой дозор увидеть должен был. Другой вопрос: приходил ли он сюда? Горелов хотел было вызвать командира отряда, и тут его слегка ударил слабый разряд тока станции связи, закрепленной на бедре. Звуковые сигналы вызовов на связь в боевых рейдах личным составом отряда не применялись. Горелов включил рацию:

– Первый на связи!

– Первый! Я – Четвертый! С тыла замечено движение одинокой фигуры человека.

– Дистанционную «прослушку» в его сторону! Послушать, что вокруг этого одиночки слышно!

Капитан посмотрел на прапорщика:

– Как думаешь, Валера, Богаев?

– Да вроде, кроме него и некому!

– Что в роще?

– Видно плохо, но, судя по спокойствию пернатых, либо засада сидит мертво, либо в «зеленке» никого нет.

Бунин, пока Горелов вел переговоры, через оптический прицел своей «СВДС» осматривал рощу. Дмитрий проговорил:

– И то дело! Четвертый! Ну, что у тебя?

– Объект подходит! Нас видеть не может, а подает знак, чтобы не стреляли, получается, в курсе, что мы здесь? Вокруг не слышно никакого движения, не говоря уже о голосах, лишь шелест этого проклятого дождя. До трусов вымокли!

– Дождь в сторону, Гена, – приказал Горелов командиру замыкающей двойки, старшему лейтенанту Коробу. Высылай прапорщика Стукина вперед! Пусть войдет в контакт с неизвестным. Если это Богаев, пропустить его ко мне, группу не раскрывая!

И вскоре доклад того же Короба:

– Первый! К тебе пошел Кара Богаев!

– Понял тебя, наблюдение за обстановкой не ослабевать! Всем! Пропустить чеченца!

– Пропускаем! – тут же ответили остальные командиры двоек.

Горелов вызвал группы прикрытия:

– Эфа-2, Эфа-3! Вышел ко мне чечен! Ждите сигнала!

Через десять минут к майору Горелову и залегшему за валун в стороне прапорщику Бунину подошел мужчина лет под пятьдесят. Коренастый чеченец, одетый в камуфляжный костюм, с автоматом «АКС-74» с заряженным подствольным гранатометом и широким ножом в кожаных ножнах на поясе, рядом с двумя гранатами «Ф-1».

– Я – Кара Богаев! Вы от подполковника Кириллова?

– Допустим.

– Как мне называть вас лично?

– Майор.

– Понимаю.

– Вы опоздали, Кара, хотя ставили условие предельной точности времени встречи, почему? Вы же знали, что мы должны были в 6-20, не встретив вас, тут же уйти обратно?

– Я не опоздал! Я встретил вас в пяти километрах отсюда. И сопровождал все это время.

– Зачем?

– Раньше, это было в конце семидесятых годов, я служил сержантом-сверхсрочником в бригаде спецназа ГРУ Генштаба. В отдельном разведывательно-диверсионном взводе. И перед вводом войск в Афганистан в декабре 79-го, и до взятия дворца Амина, еще раньше, наше подразделение уже работало «за речкой». Мы проводили в основном рекогносцировку дорог, перевалов, изучали проходимость ущелий, по большей части в районе Саланга. И я знаю, как работают настоящие профессионалы. Нет, вы не подумайте, себя к таковым я не относил и не отношу, так как занимал обычную должность снайпера, но как наш командир водил в горах взвод, я не забыл! Он был профессионалом высочайшего уровня. Наш взвод ни разу не был обнаружен, до официального ввода войск. Вы тоже из числа профессионалов! Мне нужно было убедиться в этом, и я убедился. Для Кулан-Бека это посещение Гуни реально может стать последним. К тому же с вашим вооружением даже восемь человек представляют грозную силу.

Майор согласился с Богаевым.

Тот продолжил:

– И я не думаю, что подполковник Кириллов, опытный воин, перебросил сюда всего одну группу. Вас должны страховать и прикрывать, но это не мое дело. Уничтожение банды Кулан-Бека, при том плане, который я хочу предложить вам, майор, может быть проведено и группой в восемь профессионалов!

– Что за план, Кара?

– Сначала перейдем перевал. И углубимся по ущелью километров на пять. До череды пещер, в одной из которых устроим привал и все обсудим.

– Согласен. – Горелов передал в эфир команду «Вперед!».

Глава 5
Чечня. Малый Гунинский перевал

После того как Горелов подал сигнал Лукину и Васину, что начинает подъем, его группа начала восхождение, ведомая Карой Богаевым по узкой и внешне незаметной горной тропе. Никогда бы не подумал майор, что через, казалось бы, отвесные скалы возможен переход перевала.

Тропа, извиваясь серпантином, медленно поднимала вверх сцепившихся страховочным тросом подчиненных Горелова. Лишь немолодой чеченец, опираясь на свой дорожный посох, легко шел впереди.

Путь был тяжел даже для офицеров и прапорщиков, прошедших специальную горную подготовку и не раз принимавших бой прямо на склонах ущелий. Тропа то расширялась и принимала вид небольшой террасы, где можно было перевести дух, то сужалась настолько, что, лишь вжавшись в камень, мелко переступая ногами, удавалось преодолевать опасный участок. Но несмотря ни на что, группа шла! Молча и упорно, с каждой минутой все выше поднимаясь к промежуточной цели – глубокой и узкой расщелине, начинающейся где-то посередине склона и непосредственно выводящей на вершину перевала.

Подъем осложнялся еще и мелким, нудным дождем. Камень вокруг был мокрым и скользким, но сама тропа, что было просто невероятно, оставалась сухой, хотя никакого прикрытия сверху не имела. Дикие животные, обитающие в горах, те же шакалы, умели находить места и для обитания, о чем говорило множество различных по размерам нор, и для перемещения, доказательством чему была эта тропа, и даже для охоты, судя по встречающимся иногда обглоданным костям животных различной величины. Горы жили своей жизнью и по своим законам.

Через час достигли промежуточного рубежа подъема, небольшой площадки, от которой практически вертикально начиналась расщелина. Возле ее основания Кара Богаев остановился, присел на камень, каких на площадке было немало, предложил:

– Отдохните! Дальше – главная и самая тяжелая часть подъема.

Словно до этого группа Горелова совершила легкую прогулку по парку!

Дмитрий поднял руку, бойцы рассыпались по площадке: двое у выхода с тропы, двое у расщелины, двое бойцов, разделившись, заняли позиции на флангах, контролируя склоны. Бунин устроился рядом с Богаевым.

Чеченец внимательно смотрел на действия группы.

Бывший солдат спецназа оценил то, как профессионально люди в черных бронированных комбинезонах с накинутой поверх легкой маскировочной сеткой даже на таком мизерном плацдарме, как эта площадка, заняли выгодные позиции для отражения нападения вероятного противника.

Отдыхали двадцать минут.

Горелов, видя, что все пока идет по плану, мысленно вернулся в Москву.

Его все же не отпускала тревога за мать. Карэн Апян – бандит, это однозначно. И сошка не мелкая! Унижение, которому подверг его Дмитрий на квартире Галины, тот простить не мог. Что-то он должен был предпринять в отместку.

И Горелов был прав. Карэн, узнав от любовницы, кем являлся ее теперь уже бывший муж, решил действовать вполне законно. Через милицию.

Апян посетил знакомого врача, взял справку о нанесении ему побоев средней тяжести, затем вызвал к себе своего адвоката.

Тот умело составил заявление в милицию, использовав медицинскую справку и свидетельские показания Галины, охранников фирмы «Сигма» и личного водителя, также пострадавших от рук распоясавшегося хулигана.

Не отреагировать на такое заявление правоохранительные органы не могли, поэтому на задержание Горелова была получена соответствующая санкция, а к дому Дмитрия вечером следующего дня прибыла группа захвата. Причем в заявлении о причастности Дмитрия к органам государственной безопасности не было сказано ни слова.

Горелов не знал, да и не мог знать, что в тот же вечер, немного опередив ОМОН, к его дому подъехал Яшкин, забравший, как и обещал другу, от Галины те вещи и компьютер, которые она выставила в прихожей. И купивший продуктов, о чем ранее, днем, попросила его мать Дмитрия Елизавета Владимировна.

Поэтому Влад и стал свидетелем того, как к подъезду его друга подкатил «воронок». Яшкин тут же оценил обстановку. И понял ее! Тем более милицейский патруль сопровождал черный «Мерседес».

Он встретил группу захвата у входа в подъезд. Зная, как действуют ребята из ОМОНа, получив приказ на задержание вооруженного лица, во избежание нанесения Елизавете Владимировне психологической травмы Влад преградил дорогу бойцам ОМОНа, предъявив их офицеру удостоверение сотрудника ФСБ и объяснив, что майор Горелов, на чье задержание была нацелена группа захвата, также является офицером безопасности. Мало того, он один из командиров секретного подразделения специального назначения Службы, ныне уже находящийся на Кавказе.

Капитан милиции созвонился со своим начальством, Яшкин позвонил генералу Веригину.

Через двадцать пять минут санкция на арест была отозвана, и бойцам ОМОНа пришлось убраться ни с чем.

Адвокат Карэна Апяна было возмутился, но после короткой и весьма убедительной беседы с Яшкиным понуро сел в «мерс» и укатил на нем следом за милицией.

Поутру Веригин потребовал от майора подробности произошедшего накануне инцидента. Влад не стал ничего скрывать. Да и бесполезно это было. После чего Управление Z ФСБ официально запросило и получило в свое распоряжение дело о хулиганском поступке офицера безопасности. Веригин передал его начальнику отдела собственных расследований, своему старинному другу генералу Лепендину, попросив положить дело под сукно, а со своим подчиненным пообещал разобраться сам. Лепендин понял товарища, и дело Горелова тихо затерялось среди многочисленной бухгалтерии отдела. А Яшкин посчитал далеко не лишним установить за квартирой Гореловых внешнее наблюдение.

Но всего этого не знал Дмитрий, находясь сейчас на площадке перевала. Не знал, а потому и переживал. Хотя время личных переживаний таяло с каждой минутой. Впереди его ждал бой. А значит, он был обязан подчинить себя только схватке. На это, посмотрев на часы, и начал настраивать себя майор.


Богаев поднялся, подошел к расщелине, сказал:

– Пора, командир! Подниматься по одному, но компактно, чтобы, не дай аллах, кто-нибудь, сорвавшись, своим весом не сбил идущих за ним людей вниз! Пространства набрать скорости падения быть не должно, а посему: голова следом за каблуком впередиидущего! Подъем «пауком»!

Этот Богаев неплохо разбирался в терминологии спецназа. Под «пауком» подразумевалось движение вверх при помощи всех четырех конечностей человека. Который должен был, распластавшись меж отвесных стен этого каменного колодца, выбрасывать вперед одну руку, зацепляясь за камень или трещину, укрепляться, затем подтягивать ногу, и только после этого подтягивать все тело, не теряя опоры в двух точках. А группа в целом должна была проводить такой маневр синхронно. Она уже отрабатывала такой вариант подъема, поэтому очень медленно, но достаточно уверенно, без сбоев, подчиненные майора Горелова втянулись в расщелину. Своеобразной фалангой они начали подъем.

Дмитрий подумал – если их заманили в засаду, то уничтожат здесь, в расщелине, или попытаются взять живыми на выходе из нее. Но это у бандитов не выйдет. Взрыв гранаты сорвет планы пленения. Его группу можно уничтожить, но захватить в плен нельзя, не причинив такой вред, при котором бойцы физически не смогли бы подорвать себя. И на это были настроены все спецы «Вихря»! Но предусмотреть страховку на случай ожидания группы бандитами на выходе не помешает. Богаеву стоит выбраться первым, откатиться от расщелины, и даже один крупный брошенный камень увлечет всю группу вниз. Это при варианте уничтожения спецов. При захвате – тот же маневр Богаева и брошенные вниз канаты с крюками для вытягивания бойцов наверх. Кто-то из ребят рванет кольцо гранаты, но ему, Горелову, это не удастся сделать. И он при гибели своей группы окажется в плену, лишенный сознания на выходе вслед за Богаевым! И группа Лукина окажется в капкане, ей останется отбиваться среди трупов гореловцев, отсеченными и от тропы, и от расщелины. Не в этом ли дьявольский план Кулана? И все же нет! Невыгодно главарю банды нападение на спецназ! Этим он полностью раскрывает себя, свое присутствие в этом районе, из которого, узнай об этом командование федеральных сил, уйти ему уже не дадут! Но в целях перестраховки возможности чеченцу свободно выбраться одному из расщелины дать нельзя!

К этому времени группа почти достигла выхода из расщелины. Богаев был в метре от выхода и уже готовился к последнему шагу, как его остановил приказ Горелова:

– Стоять, Богаев!

И тут же, напрягшись, Дмитрий рывком сблизился с проводником. Тот еле удержался, остановленный в неудобном месте:

– Ты что, майор! Нельзя останавливаться, выходить надо!

– Сейчас выйдем, погоди секунду. – Горелов выдернул из-за пояса гранату «Ф-1». – Учти, Кара, если нас ждут на выходе, то от взрыва лягут многие, ты в числе первых!

– Плевал я на твою гранату! Под тобой люди висят на кончиках пальцев! – повысил голос Богаев.

– Вперед, Кара, я следом, выходим!

– Ну, ты… майор… и!.. – Проводник не завершил фразы. Горелов подтолкнул его:

– Пошел! Встаешь у выхода так, чтобы я тебя видел!

Богаев выбрался из трещины, встал там, где ему указал майор.

Горелов выбрался и тут же перекатился к близлежащему валуну, приведя в готовность свой «ВАЛ». Оттуда быстрым, цепким взглядом осмотрел округу, направляя ствол автомата в сторону проводника.

За несколько минут из каменной расщелины выбрались все его бойцы. Они так же, как и внизу на площадке, без дополнительной команды рассредоточились вокруг выхода, образовав кольцо круговой обороны.

Кроме бойцов Горелова, на вершине никого не было, по крайней мере, на расстоянии прямой видимости. Дмитрий подошел к Богаеву:

– По-моему, Кара, ты что-то хотел мне сказать перед выходом? – спросил майор.

– А ты, парень, профессионал, к тому же отчаянный! Не дал проводнику оторваться, клещом вцепился. Действовал рискованно, но правильно! Только так, если бы вас здесь ждала засада, ты смог бы вывести людей из расщелины, только так! Сам обстановку просчитал? Или этому уже учат?

– Какая разница, Кара?

– Нас в свое время этому не учили.

– Сам знаешь, все течет, все изменяется! Что дальше, проводник?

– Привал! Пусть люди, где залегли, там и отдохнут. Ну а потом – спуск!

– Надеюсь, не по расщелине?

– Нет! Взгляни на склон. Спуск будет намного легче.

Богаев оказался прав. После получасового отдыха группа спустилась легко, перед этим закрепив и сбросив в пройденную расщелину трос, дабы облегчить и обезопасить подъем группы майора Лукина, идущей следом.


Хотя и говорят, что спуск в горах тяжелее подъема, это не совсем так. Все зависит от местности. И если на путь вверх бойцам «Вихря» потребовалось более двух часов, считая привалы, то спустились они за полчаса. Растянувшись в цепь, однако сохраняя при этом структуру группы – боевыми двойками.

Дно ущелья в этом месте было ровным, лишь кое-где хаотически разбросаны каменные глыбы, сорвавшиеся со склонов перевалов, но в основном ближе к противоположной стороне, у неширокой, мелкой, но быстрой речушки, носившей, как и аул, название Гуни. На участке временной дислокации ширина дна ущелья составляла от пятидесяти до ста метров. Растительности не было. Ущелье хорошо просматривалось через бинокль и оптику винтовок. Посторонних, на удалении до километра, ни на дне, ни на склонах в обоих направлениях замечено не было.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Поделиться ссылкой на выделенное