Александр Тамоников.

Бой после победы

(страница 2 из 24)

скачать книгу бесплатно

Выпили по второй.

Подполковник предложил:

– Скорей всего, тебя наверх потащат. Майору Лушину ты здесь не нужен. Предложат должность в области. Откажешься играть по их правилам, попытаются подставить. Да так, что и Звезда Героя не поможет! На это они мастера. Вот тут пленочка и сыграет свою роль. Но… служить нормально при Комарове не дадут!

Колян зло проговорил:

– А вот это мы еще посмотрим!

– Посмотришь, Коля, посмотришь! Система раздавит любого. Надо ломать Систему, только кто ее сломает? Она как паук, затянула страну в свою паутину.

– Разберемся!

– Разбирайся, если есть желание. Ты у нас парень боевой!

– Я из этих козлов, что прислуживали Комарову да Коноваленко, по новой показания выбью. Но уже отправлю в Москву, в МВД!

Захарченко печально улыбнулся:

– Перестань, Коля. Ничего ни у кого ты не выбьешь. Коноваленко сейчас под крылом Комарова, его охрана на стреме. Сунешься, тебя же и повяжут!

– Но что-то надо делать?

– Не знаю! Для меня все уже кончено. Я в драку не полезу! Займусь личным хозяйством, тепличку поставлю, о которой всю жизнь мечтал, буду разводить цветы. А тебе? Да что тебе мои советы? Все одно, по-своему сделаешь!

Николай затушил окурок:

– Наливайте по третьей, ребят пятой роты помянем!

– Это можно! Даже нужно. Память надо хранить. Без памяти мы в обезьян превратимся.

Выпили не чокаясь.

Несмотря на приличную дозу выпитого спиртного, Николай не хмелел.

Захарченко спросил:

– А ты куда уезжал, если не секрет?

– Да какой секрет? Бойню в Звездном помните?

– Конечно! Такое разве забудешь?

– А интервью главаря банды по «ящику» видели?

– Смотрел!

– Так вот этот Теймураз-Костолом пять лет назад руководил и боем против нашей роты!

Подполковник удивился:

– Да ты что?

– Вот и что! Я думал, его, гниду, на высотах положили вместе с остальными духами, а оказалось, нет, выжил, тварь. И вновь змеиную свою голову поднял. Я как узнал об этом, так и организовал командировку в Чечню. С небольшой группой бывших сослуживцев. Короче, вычислили мы этого Костолома. Устроили засаду и завалили его! Теперь уж окончательно!

Подполковник с искренним изумлением смотрел на лейтенанта:

– Ты… ты… это… серьезно, Коля?

– Да! Лично завалил Теймураза, вот этими самыми руками, – Горшков выставил ладони вперед, – но не сразу, дал помучиться.

– А… а… кто ж вас в Чечню-то пропустил? Да еще позволил охотиться на Теймураза?

Николай прикурил новую сигарету:

– Чечен один. Шах! О нем в свое время тоже писали газеты. Он с нами тогда на высотах дрался. Ему жизнью обязаны все, кто сумел отойти от обреченных позиций. Я в том числе. Он сейчас особым отрядом спецназа на Кавказе командует. Ну и взял к себе по старой дружбе. С ним, с его отрядом работали. А завалил я Теймураза как раз в той балке, по которой отходили раненые нашей роты. И по которой он, волчара, за нами тогда головорезов послал.

Добить! Не получилось. У него. А у меня получилось. Разделал его на куски тесаком. Сегодня из Грозного, через Пятигорск, и прибыл сюда. А здесь…

Захарченко только и проговорил:

– Да, дела! И никому не сказал!

– Зачем? А чего говорить, когда еще ничего не было ясно! А сейчас сказал. Вам! Только прошу, не афишируйте это, добро?

– Но почему?

– Не надо! Не хочу!

– Ну, как скажешь.

Подполковник поднял бутылку. Она была пуста.

Предложил:

– Еще распечатать, Коля, а то не берет чегой-то?

Николай отказался:

– Хватит, Дмитрий Павлович! Не та, видимо, обстановка, чтобы кайфовать. Водка сейчас не расслабляет, а злит! Во мне же этой злости уже через край!

Подполковник согласился:

– Ты прав! Достаточно!

Горшков поднялся:

– Спасибо за прием, Дмитрий Павлович, хоть встреча и невеселой оказалась, но тем не менее. Поздно уже, пойду я!

Захарченко спросил:

– Да куда ж ты пойдешь, на ночь глядя?

– В гостиницу районную. Сейчас, в это время года, она пустует.

В проеме показалась супруга подполковника:

– Да кто ж тебя, Коля, отпустит? У нас и переночуешь. Места, слава богу, на всех хватит!

– Да неудобно как-то!

Подал голос Захарченко:

– Перестань, Горшков! Чего в гостинице клопов кормить, когда у нас нормально отдохнуть можешь.

Он обратился к супруге:

– Оля! Постели Коле во второй спальне!

Николай предупредил:

– Только я рано встану! Мне на семь часов машину до деревни обещали!

– Как встанешь, так и встанешь. Я тоже, по привычке, в шесть уже на ногах.

Пришлось Коляну соглашаться. Да и не хотелось ему никуда идти.

Этой ночью Горшкова мучили кошмары. Приснился пятилетней давности бой у высот. Волны наступающих бандитов, раскаленный пулемет, гибель друзей. Изуродованный командир роты Доронин. Но самое страшное приснилось под утро. Как наяву он увидел Теймураза. Увидел, как отбивает его вооруженную ножом руку, свой удар, отрубивший кисть бандиту, его кишки, перерезанное горло, из которого на Коляна лилась черная кровь. И почему-то вместе с кровью из раны выползали змеи. Тонкие, длинные, желтые, с широко раскрытыми красными пастями и клыками, как у собак. Змеи пытались достать Николая. А он рубил их ножом. Увидел отрезанную голову Костолома, которую лейтенант держал за бороду. Как наяву услышал глухой удар головы о каменистое дно балки, когда он разжал ладонь. Гольдина с пулеметом. Костю, отчего-то собирающего кишки Теймураза…

Очнулся от голоса Захарченко:

– Коль! Колян! Проснись!

Горшков открыл глаза, еще не отойдя от кошмара:

– А… что? – Огляделся. Понял, где находится, спросил: – Что, пора вставать?

– Да нет, четыре только. Но уж сильно ты заметался вдруг, кричал что-то. Мы с женой в соседней комнате услышали. Решил разбудить. Кошмары снились?

Николай вытер ладонью мелкие капли пота со лба:

– Да! Кошмары, мать их! Черт! Теперь не усну! Это ж надо такому присниться? Так и крышу сорвать может, вместе с гвоздями! Вы говорили, Дмитрий Павлович, у вас еще водка есть?

Подполковник кивнул:

– Одевайся, пошли на кухню!

Выпив сто пятьдесят граммов водки, Николай успокоился.

Закурив, взглянул на бывшего начальника:

– Доставил я вам неудобств. Лучше уж в гостиницу пошел бы.

– Перестань, Коля, что мы, без понятия, что ли? Может, тебе выговориться стоит? Выложить все, что на душе скопилось? Знаешь, дальше этой кухни разговор не пойдет!

– Может, и так!

Офицеры проговорили до шести утра, заодно усидев и пол-литра водки и искурив пачку сигарет.

В 6.30 Николай покинул гостеприимный дом бывшего начальника РОВД. Захарченко проводил Горшкова до калитки:

– Давай, Коля! Удачи тебе. Будешь в Кантарске или понадоблюсь, заезжай! И встречу, и, чем смогу, помогу!

Подполковник проводил взглядом лейтенанта, подумав: «Пацан еще, а сколько пережил, иным на всю жизнь хватит с лихвой. И его еще будут с дерьмом мешать козлы чиновничьи. За то, что не по их законам живет, за то, что не им служит, а людям, за то, что живым из боя вышел. И за справедливость стоит. Эх, жизнь наша, не пойми что! Все с ног на голову перевернули. Устроили бордель сплошной. Кто порядок наведет? Или так в бардаке и придется жизнь доживать?» Ему-то, Захарченко, ладно, он свое, можно сказать, прожил, закроется дома, как улитка в ракушке, и пошлет все куда подальше. А как жить таким, как Горшков? Ведь погубит их Система. Пуля не убила, осколок не взял, а Система погубит. Система, правящая страной! Хрен знает что получается. Кто Россию губит, разносит в куски, разворовывает, те в почете. Кто защищает ее, здоровья и жизни не жалеет, в отстое! Где и когда такое было видано, чтобы вот так-то?

Захарченко позвала супруга.

Офицер вернулся в дом. Мысли у него были невеселые. Он более пятнадцати лет, а если брать всю службу в разных ведомствах, в армии, МВД, рядовым, сержантом, офицером, то и все двадцать пять годков отдал Родине. А теперь из-за одного росчерка пера преступника-чиновника стал ей не нужен. Нежелателен.

Горшков вошел в дежурку без десяти семь.

Канарейкин находился в коридоре.

Увидев Николая, поздоровался:

– Привет, турист! Как ныне, не с черной ночевал?

– Нет, Саня, не с черной! С беленькой и пухленькой. В спальне, на кровати такой мягкой, как сама женщина. В доме кирпичном, с недостроенным гаражом, недалеко отсюда.

Старший лейтенант подозрительно посмотрел на Коляна:

– Ты на что намекаешь? У меня, что ль, ночь провел? С Галькой?

– Охренел? Разве я мог так поступить?

– Но ты ж жену мою описал и дом. У меня как раз гараж недостроенный. И живу я недалеко отсюда!

– С тобой и пошутить нельзя! Тупеешь ты, браток, на службе штабной. Еще годок, и кранты!

– Чего кранты-то?

– То, что въезжать ни во что не будешь!

Дежурный повел носом, принюхиваясь:

– Да ты пьян, Горшков! Свежаком прет!

– И что дальше? Я в отпуске! Имею право! Наш уговор насчет машины остается в силе?

– Конечно! Только… тебе это… задержаться немного придется!

– Это почему?

– Новый начальник спозаранку явился. Я о тебе и доложил. Он сказал, как придешь, так чтобы к нему в кабинет зашел!

– Вот как? А на хрена ему обо мне докладывал?

– Да вышло так!

– Вышло! Мудак ты, Саня!

– Ну ты, не того, Колян, я ж не нарочно!

– Ясно, что по глупости! Головко где у тебя?

– Так тачкой занимается. Заправляет! Начальник долго тебя вряд ли задержит!

– Он сам сказал об этом?

– Нет! Но о чем базарить? Ты ж в отпуске. Думаю, решил по случаю познакомиться, и все. Поговорить. Все ж надо знать личный состав!

– Вот тут ты прав! Начальнику личный состав знать просто необходимо! Как его по имени-отчеству?

– Майор Лушин! Семен Григорьевич!

– Звякни ему, предупреди, что иду на рандеву!

– Иди! Звякну!

Горшков направился к концу коридора, где находилась лестница, выводящая на второй этаж, прямо к приемной начальника Кантарского районного отдел внутренних дел!

Глава вторая

Северный Кавказ. Перевал Варух. Четверг

Банда Донора вышла к серпантину с рассветом, как и было запланировано в штабе Шамиля. Поднявшись на вершину перевала, представляющую собой каменную гряду, Донор, он же Мурза Башаев, удовлетворенно цокнул языком. Участок ровной гравийной дороги, ограниченной двумя крутыми поворотами, был как на ладони. За дорогой – крутой, поросший лесом склон, уходящий вниз, в Варухское ущелье. Со стороны перевала спуск к трассе тоже крутой, но разделенный несколькими террасами, вполне пригодными для оборудования на них огневых позиций. Прямой участок имеет в длину метров шестьсот. Хорошее место для нападения на русскую автомобильную колонну. Правда, за правым поворотом место еще лучше, там склон перевала покрыт кустарником, а правая обочина дороги обрывается в пропасть, да и сама трасса у?же, но это известно и командиру подразделения федеральных войск. Сам серпантин тянется всего на два километра, колонны ранее здесь проходили часто и без проблем, но всегда предельно осторожно, предварительно проводя разведку местности. Особое внимание уделяя как раз участку до поворота, считая тот, первый отрезок серпантина наиболее опасным в плане вероятного нападения противника. Правильно, в принципе, считая. Пусть считают так и сегодня. Несомненно, просчитывая возможность нападения, но в большей степени надеясь на то, что, как всегда, обойдется. Раньше ведь обходилось?

К главарю банды, состоящей из двух групп, общей численностью в двадцать два боевика, подошел помощник, он же инструктор отряда, наемник из Чехии Иржи Ранек, которого в банде называли Капралом. Спросил:

– Что, Мурза, хороший вид?

– Неплохой, Капрал, неплохой!

– Справа лучше!

– Конечно! Но мы проведем акцию здесь! Почему именно здесь, надеюсь, объяснять не надо?

Чех усмехнулся:

– Кому объяснять, Мурза? Своему инструктору? Да реши ты организовать засаду до поворота, я тут же объяснил бы тебе, что там этого делать нельзя!

– Как видишь, обошелся без твоих советов.

– Ты давно уже не нуждаешься в них!

– Так почему продолжаешь оставаться со мной, а не просишь Шамиля перевести к другому, более молодому и менее опытному полевому командиру?

– Зачем, Мурза? С тобой мне спокойней! А деньги одни и те же. Только дурак или фанат станет напрашиваться на более опасную работу, не получая при этом надбавки к жалованью, но гарантированно обеспечивая себе возможность вместо долларов получить пулю в лоб. Я не дурак, Мурза, и уж тем более не фанат! И нахожусь в Чечне, чтобы заработать деньги, а не стать протухшей добычей ваших мерзких шакалов.

Башаев проговорил:

– Ты хитер, Капрал! Но не надо быть столь откровенным! Если твои слова дойдут до Шамиля, у тебя возникнут проблемы!

– Не думаю, Мурза! Кто их слышал, мои слова? Ты? Один? Этого мало, чтобы Шамиль принял какое-либо решение. Да, он верит тебе, ценит тебя! Но и я в группировке не последний человек! Мне продолжать?

– Не стоит! Мы давно вместе! И ты мне нужен не меньше, чем я тебе! Так зачем ссориться?

Чех напомнил:

– Ты первый начал, Мурза!

– Забудь об этом. Давай, пока отряд отдыхает, определимся, как и где расположим позиции засады.

– А может, тоже немного отдохнем? Я, честно говоря, после форсированного марша подустал что-то! Да и перекусить не помешало бы! Тем более времени у нас достаточно. На все!

Мурза заметил:

– Если русские выйдут со своей базы по графику.

Ранек ответил:

– Они выйдут по графику! С чего бы им менять время выхода? Марш обычный, маршрут проверенный, груз стандартный. И потом, Мурза, у нас же на базе сидит «дятел». Если что, он стукнет сразу же! До нас колонне идти 30 километров. Это где-то минут сорок, от силы час езды, если начальник колонны педант и будет соблюдать установленный по региону режим перемещения воинских подразделений. Но я таких педантов до сих пор не встречал. Русские ведут колонны так, как это позволяет местность, а не приказ вышестоящего штаба. До серпантина открытая равнина, но плохая дорога. Не разгонишься. Максимум до 50 километров в час. В этом режиме до перевала им идти где-то полчаса. Остановка перед серпантином. Так что у нас в любом случае будет время приготовиться к приему дорогих гостей!

Мурза согласился:

– Хорошо! Сделаем и мы привал. Десять минут!

Чех вновь усмехнулся:

– Не суетись, Мурза! Мы…

Главарь не дал договорить помощнику:

– Все, привал, сказано, десять минут, значит, десять минут, и перестань ухмыляться. Меня это раздражает. Доставай лучше паек! Я расстелю клеенку. Обоснуемся прямо здесь!

Наемник пожал плечами:

– Как скажешь, шеф!

Башаев бросил быстрый взгляд на начавшего доставать из ранца сухой паек наемника, ожидая увидеть ироничное выражение на его холеном лице, но чех выглядел серьезным, даже сосредоточенным.

Перекусив и немного отдохнув, главарь банды с помощником приступили к организации засады против российской автомобильной колонны. Колонны, которая должна была выйти из ближайшей базы снабжения в 8.00 для доставки груза одной из воинских частей, поддерживающих пограничный отряд.

Мурза спросил чеха:

– Как будем гасить колонну?

Капрал ответил:

– По стандартной схеме. Дождемся, когда все машины выйдут на прямой участок дороги, и проведем гранатометный обстрел бронетранспортера или БМП охранения, топливозаправщика и замыкающей машины. Для этого гранатометчиков надо разместить за правым поворотом, где-то здесь, посередине участка и перед левым поворотом. После гранатометного обстрела поведем огонь из стрелкового оружия.

Главарь сказал:

– Согласен. Но при этом всех бойцов колонны мы уничтожить не сможем. Часть уйдет с дороги на противоположный склон. Он хоть и крут, но за обочиной зацепиться солдаты сумеют. Завалить их мы не сможем! А взрывы будут слышны на базе. Командование гяуров немедленно вышлет сюда боевое подразделение из состава мотострелкового батальона охранения базы. Вполне вероятно, вызовет и «вертушки» «Ми-24». Вертолетный полк базируется в каких-то шестидесяти километрах от складов. И тогда уже мы, втянутые в бой, окажемся в западне. Задержись мы здесь минут на сорок, дабы сломить пусть хлипкую, но активную оборону остатков подразделения федералов, и вертолеты огневой поддержки, и наземные силы русских достанут нас до того, как мы доберемся до «зеленки»! Хотя и лес на окраине не станет для отряда надежным прикрытием! Отойти, не добив федералов, мы не можем, так как, если ты помнишь, по приказу Шамиля должны уничтожить всю колонну – технику и личный состав. Только тогда задача будет считаться выполненной. Уничтожить русских и успеть самим уйти!

Наемник пожал плечами:

– Не вижу проблем в выполнении поставленной задачи. Да, ты прав! После обстрела часть русских отойдет с дороги и откроет по нашему склону ответный огонь. Но при одном условии!

Главарь банды спросил:

– Каком условии?

Чех ответил:

– При условии, что эту часть, уцелевшую после основного обстрела, на той стороне не встретят наши люди!

– Ты предлагаешь перебросить часть бойцов на склон за дорогой?

– Точно так, шеф! Для обстрела с этого склона достаточно одной группы, рассредоточенной по хребту вдоль всего прямого участка. Вторую мы спокойно можем растянуть за трассой, так же от поворота до поворота. Тогда ликвидация русского подразделения займет не более десяти минут. Одновременного удара с фронта и тыла им не выдержать. Русские просто не смогут, не успеют организовать оборону. Перестреляв солдат и подорвав машины, мы тут же начнем отход и уже через полчаса войдем в недосягаемую для вертолетов лесную зону. Хотя еще большой вопрос, применят ли федералы авиацию? Я склоняюсь к тому, что, услышав взрывы и поняв, что на серпантине колонна попала в засаду, командование базы ограничится высылкой сюда наземных сил. Но в любом случае час на то, чтобы уничтожить колонну и уйти, у нас будет.

Мурза погладил узкую бородку, проговорив:

– А ведь ты прав, Капрал! Если мы ударим с двух направлений… – Не закончив фразу, он взглянул на наемника: – Все же не стоит нам расставаться, Капрал! Вместе и работать веселее!

– А я тебе что говорил?

– Ладно! Время?

Ранек взглянул на часы:

– 8.07!

Башаев встрепенулся:

– До подхода колонны чуть более получаса! Так какого черта мы бездействуем? Срочно поднимай отряд! Первую группу ко мне! С бойцами Закира спускайся за дорогу, ниже края обочины метров на двадцать, укройтесь там в мелких, но позволяющих замаскироваться кустах.

Заняв рубеж атаки с тыла, чех вызвал по станции малого радиуса действия Башаева:

– Мурза? Слышишь?

Главарь банды ответил:

– Слышу, Капрал!

Наемник доложил:

– К встрече гостей готов!

– Отлично! У меня тоже порядок! Помни, на штурм и ликвидацию колонны десять минут. Еще десять на подъем к хребту. Далее форсированный отход! Вопросы, Капрал?

– Нет вопросов, шеф!

– Правильно. Их у тебя и не должно быть! Да поможет нам Аллах!

– Я не против, хотя не верю ни в Бога, ни в черта! Отбой!

Выключив станцию и укрывшись за грядой, Мурза направил бинокль на левый поворот, откуда должна была вскоре появиться не ожидающая нападения, обреченная на тотальное уничтожение российская автомобильная колонна.


База материально-технического снабжения

7.00. Автомобильная колонна в составе семи машин выстроилась на плацу части. Построение применили обычное, впереди два «КамАЗа» с продовольствием и вещевым имуществом, за ними «Уралы», груженные боеприпасами, два топливозаправщика и замыкал колонну «ЗИЛ-131» – мастерская технического обслуживания. Водители и старшие машин осматривали технику, марш предстоял хоть и недолгий, на коротком плече, но через серпантин перевала Варух. А в горах любая непредвиденная остановка грозила крупными неприятностями. Хуже нет стоянки на подъеме или спуске. Не дай бог, сорвет ручник или предохранительные колодки, которые еще надо успеть поставить в первые же минуты вынужденной обстановки. И тогда груженая машина пойдет вниз. Хорошо еще, если бойцы успеют выпрыгнуть и автомобиль, не задев другой техники, свалится в пропасть. Хотя и в этом случае приятного мало, особенно при срыве в ущелье машины с боеприпасами. А коли катящийся, набирающий скорость автомобиль ударит по соседним грузовикам, снося в пропасть и их, да еще с личным составом, то это уже происшествие чрезвычайное. Поэтому солдаты внимательно осматривали технику, проверяли, свободно ли закреплены колодки, бревна, тросы, все, что может помочь удержать автомобиль на склоне, случись непредвиденная остановка. Начальник колонны прошел в штаб базы, где заместитель командира назначил предмаршевый инструктаж. Капитан Головачев, подойдя к зданию управления раньше назначенного срока, присел в курилке. Алексею не впервой водить колонны по Чечне. Приходилось преодолевать и перевал Варух. Дорога там узкая, но в принципе ровная, проходимая, если не рвать режим движения. Места грозные, склон до второго поворота почти отвесный, но боевики там еще ни разу не проявляли себя. Даже фугасов не ставили. Либо их в том районе не было, либо малочисленным, но хорошо вооруженным колоннам они не придавали значения. Но, скорей всего, сказывалась близость серпантина от базы, где, кроме подразделений материально-технического обеспечения, дислоцировался и отдельный мотострелковый батальон, осуществляющий как охрану всего объекта, сопровождение колонн, так и выполнявший собственные задачи. Кроме того, рядом с базой и мотострелками базировался усиленный десантно-штурмовой батальон и реактивный дивизион. Сила немалая, и в каких-то тридцати километрах от перевала. А в шестидесяти, севернее, стоял вертолетный полк. К тому же отход с хребта представлялся делом сложным. Да, южный склон выходил к обширному лесному массиву, но по отдельным тропам, и сначала в редкую по плотности насаждений «зеленку». И только где-то через километр лес плотно накрывал горы, предоставляя малым диверсионным группам вероятного противника надежную защиту. Головачев выкурил половину сигареты, когда увидел идущего по аллее офицера мотострелкового батальона, старшего лейтенанта Игоря Кливина, которого хорошо знал по общаге. Сразу понял, старлея определили старшим боевого охранения его колонны. Иначе какого черта Кливину делать в это время возле штаба базы?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Поделиться ссылкой на выделенное