Александр Рудазов.

Экипаж

(страница 2 из 32)

скачать книгу бесплатно

Робот. Четыре тонких руки, ужасно худой – по сути, просто металлический скелет. Голова похожа на человечью, но вместо глаз узкий экран, а вместо рта – что-то вроде динамика. На макушке нечто, очень похожее на автомобильную фару. Пальцев на руках не по пять, а где-то по двадцать – тончайшие извивающиеся шнуры, явно способные на самую тонкую работу.

Еще одно нечеловеческое создание. Ростом выше человека, но ненамного. Голова, как у кальмара: стреловидная, с шестью круглыми черными глазками. Рот – узкая трубка-хоботок в нижней части, облачен в красный поблескивающий балахон с заостренным капюшоном. Вместо рук щупальца, раздваивающиеся примерно посередине. Вместо ног тоже щупальца, но не два, а три, с подушкообразными стопами. Несмотря на явное отсутствие скелета, стоит прямо.

Человек… скорее всего, человек. Огромного роста – два с половиной метра. Из одежды только коротенькие шорты, кажущиеся на нем купальными трусиками. Много мускулов. Очень много. Так много, что могучий Михаил показался себе жалким хлюпиком. Руки похожи на дубовые стволы, весит по меньшей мере полтонны, голова небольшая, вдавленная в плечи. Волос нет совсем – только жиденькие брови.

Невысокая кряжистая фигура, формой похожая на сплющенную брюкву. Одежды нет вообще – ее заменяют роговые пластины, покрывающие все тело, как у броненосца. Шкура мятно-оранжевого цвета, ноги короткие и кривые, рук целых восемь, из них две огромные, растущие из плеч, и шесть небольшие и тонкие, торчащие из боков. Большие руки оканчиваются чем-то вроде бивней, тонкие – крохотными отверстиями, покрытыми чем-то липким. Голову закрывает природный роговой шлем, из-под которого едва виднеются раскосые тигриные глаза. Из пасти торчат четыре острых изогнутых клыка.

Худенькая девушка небольшого роста. Упакована в серебристо-белую ткань, плотно облегающую все тело, кроме очень бледного лица, к щиколоткам крепятся какие-то приборы, похожие на гипсовые нашлепки. Глаза закрыты белой повязкой из мягкой ткани, из ноздрей выходят трубки, идущие куда-то внутрь костюма, к горлу прикреплено что-то вроде серебристой пуговицы.

Метрового роста робот, имеющий форму правильного конуса. Днище плоское, но вполне успешно передвигается, причем не касаясь пола – между «ногами» и поверхностью остается несколько миллиметров пустого пространства. Все «туловище» усеяно штуковинами, подозрительно напоминающими орудийные дула.

– Конечно, это бессмысленно, – сказал четверорукий робот, – но все же, как твое имя? Откуда ты взялся здесь, в гиперпространстве? И зачем ты вообще существуешь? Можешь ли ты ответить? И не хочешь ли ты покончить с этим тягостным существованием?

Ежов ничего не ответил. Он только пучил глаза, глядя на этот зверинец, и изо всех сил пытался понять – что за чертовщина здесь творится?

– Он мне не н’йавится, – с аристократическим прононсом сообщил «кальмар». – Может быть, йазоб’йать его на донойские ойганы и п’йодать? Или п’йосто отп’йавить в конвейтей на пейейаботку… Кто согласен?

– Ответ.

Против, – очень тонким голосом ответил шарообразный робот.

– Да, в разобранном состоянии человек не способен говорить… Хотя стоит ли что-то делать? Все равно это все бессмысленно…

– Да отстрелить ему пару пальцев – живо заговорит! – прорычала припанкованная девица, между делом ударяя Михаила в скулу. Тот насупленно посмотрел на нее, проверяя языком целостность зубов во рту, но возражать не осмелился – в этой компании вооружены были почти все. – Фрида, поджарь ему мозги, посмотрим, что там у него!

– Джиночка, солнышко, не нужно так нервничать, – ласково заговорил старичок. – В конце концов связист здесь я, так и предоставьте работу профессионалу. Нуте-с, дружок, что мы тут имеем?

Дедушка улыбнулся очень доброй улыбкой и радушно усадил Михаила на ближайший стул – двигаться самостоятельно у него сейчас получалось плохо. Детектив чувствовал, что мозги у него уплывают в неизвестном направлении. Сзади встал человек-гора, легонько положив лопатообразные ладони ему на плечи. Ежову это напомнило допрос в Гестапо…

– А… я… – сделал над собой усилие он. – Вы кто, мужики?!

– Очень неправильный вопрос, – цокнул языком старичок. – Мы и так знаем, кто мы такие. А вот кто ты такой, дружок, нам еще только предстоит выяснить. Дельта, будь добр, принеси нашему гостю чего-нибудь попить, а то он что-то туговато соображает.

Четверорукий робот равнодушно нажал на что-то в стене, открыв небольшую нишу, до того остававшуюся незамеченной, и вытащил оттуда высокий цилиндрический стакан с бледно-желтым напитком. Подумав (если только роботы тоже думают), он вытащил еще несколько и роздал их всем присутствующим. Кстати, напитки всем достались разные.

– Совет. Перейдем к делу, – пискнул шарообразный робот.

– Как всегда прав, Ву, – согласился старик, с видом гурмана оценивая свой напиток. – Начнем с того, что представимся. Аарон Лазаревич Койфман, старпом, связист и первый стрелок этого судна. Твоя очередь, дружок.

– Михаил… Ежов, Михаил Петрович, – ошалело представился Михаил. – Мы что, на корабле?

– Корабль «Вурдалак». Звездолет третьего класса. Производство Империи. Пятый штапель.

– Спасибо, спасибо, Тайфун, – прервал робота, покрытого пушками, Койфман. – Именно так, дружок, это космический корабль «Вурдалак». А мы – его экипаж. Хотя и не совсем полный – на твоем месте сейчас должен быть капитан.

– Космический корабль?!! – вконец одурел Ежов.

– В его разуме полное смятение, – прозвенела слепая девушка. – Он ничего не понимает. Он в шоке.

– А мне кашется, он над нами просто исдевается, – хмуро высказал свое мнение ящер. – Я согласен с Дшиной – пришечь ему пятки, шиво саговорит.

– Мабуть, я гирше йому вмажу в рыло? – глубоким басом предложил человек-гора. – Я из цего задохлыка усе вытрясу… Куды капитана подевав, гыдота дешевыя?!

Ежов ошарашенно моргал глазами. Его никогда в жизни не называли задохликом. Никто и никогда. Даже Перов, который был все же чуть крупнее. И однако он с глубокой обидой ощущал, что действительно выглядит маленьким и ничтожным по сравнению с этим великаном, говорящем на ломаном украинском.

Ему не было бы так обидно, окажись он тоже инопланетянином, как другие. В конце концов, слон тоже намного сильнее любого человека, но ведь это слон…

– Мишенька, дружок, постарайся прийти в себя и внятно ответь на несколько простых вопросов, – не прекращал улыбаться Койфман. Однако в его глазах начали поблескивать искорки недовольства. – Кто ты такой. Откуда ты взялся. И где наш капитан. Сделай это – и тебя оставят в покое. Даже бить не будут.

– Говорите сами за себя, ребе Аарон, – прорычала Джина, сверля Михаила злобными глазами. – Я его все равно покалечу. Нет – сначала изнасилую, а потом покалечу!

– Елы-палы!.. – отвалилась челюсть Ежова. Этим ему тоже раньше не угрожали.

– Вона така, розмолвит – розбачит, – радостно пробасил гигант. – Йии из десантуры за це и вышибли – за насылувание над командырством. Одынадцять чоловиков. Гарно, що я такий великий – вона зо мною сладыть не може…

– Замечание. Мы отвлекаемся, – пискнул робот с коротким именем VY-37.

– Человек мужского пола, – сообщил робот «Тайфун», все это время изучающий Ежова чем-то вроде коротенькой подзорной трубы, выдвинувшейся из его макушки. – Не капитан.

– Какое умное замечание! – фыркнула Джина. – А то мы без тебя не видим!

– П’йедлагаю наконец-то всем замолчать и выслушать, что нам таки имеет сказать этот индивидуум, – взмахнул щупальцами моллюскообразный инопланетянин.

На Ежова одновременно уставилось двадцать четыре глаза. Ну, если быть скрупулезно точным – двадцать. У огромной медузы, робота «Тайфун» и слепой девушки глаз не было совсем, а на двух других роботов приходилось только по одному глазу. Если, конечно, эти окуляры можно так назвать. Зато дефицит частично восполнял «кальмар» – у него глаз было целых шесть.

Михаил, насколько смог, собрался с мыслями и рассказал все, что только смог вспомнить.

– Из какого, говоришь, ты года? – подозрительно прищурилась Джина.

– Две тысячи пятого…

– Это по какой хронологии?

– Нашей эры… ну, от Рождества Христова.

– Моя знать года, – впервые подал голос низкорослый восьмирукий монстр, закованный в броню. – Моя считать года раз, два, три, получаться семь итого, так? Моя права, так?

– Правильно, Дитирон, – бесстрастно прозвенела слепая девушка. Похоже, за нее говорил тот самый прибор, что висел на горле – рта она не раскрывала. – Ты все верно сосчитал.

Медуза засветилась и по ее коже вновь пошли странные узоры.

– Моя не понимать, – удивился Дитирон. – Как так быть моги?

– Получается, что он из п’йошлого? – издал странный хлюпающий звук «кальмар».

– Тихо, дружочки мои, тише, пожалуйста, – улыбнулся Койфман. – Мишенька, дружок, сейчас не две тысячи пятый год. За иллюминатором семь тысяч сто двенадцатый… от все того же Рождества Христова. Или, если тебя это интересует, десять тысяч восемьсот семьдесят третий от Сотворения Мира.

– Пьять тысяч сто сим рикив разныци, – хохотнул гигант. – От мы и прыйихалы, роспрягайте!

– Совет. Пусть говорит Койфман, – пискнул крохотный робот.

– Спасибо, Ву, – снова улыбнулся старичок. Он всегда улыбался. – Остапчик, малыш, мы все отдаем должное твоим арифметическим способностям, но они могут немного и подождать, как ты думаешь? Фридочка, душенька, Мишенька ведь не привирает нам?

– В его голове нет лжи, – прозвенела слепая девушка. – Он верит в свои слова.

– Итак, у нас здесь пришелец из прошлого, – с явным трудом убрал улыбку с лица старик. – Ну что ж, ну что ж, теоретически это вполне возможно. Не так ли, Ву?

Шарообразный робот выстрелил каким-то тонким лучом, создавая что-то вроде голограммы. Там засветилась куча непонятных знаков.

– Что это? – моргнул Михаил.

Огромная медуза изобразила какие-то узоры:

– [Красная спираль, желто-зеленые полосы, переливающиеся волны].

– Смешная шутка, – печально согласился Дельта. – Очень остроумная. Если только что-то еще может вызывать смех в этом ужасном мире…

– Справка. Перемещение разумных объектов из прошлого было официально зарегистрировано сто сорок два раза, – монотонным голосом сказал VY-37. – В том числе отдельных человеков – пятьдесят четыре, групп – двадцать один, транспортных средств с человеками – восемь, нечеловеков – тридцать шесть, групп нечеловеков – четырнадцать, транспортных средств с нечеловеками – три, смешанных групп – четыре, транспорта со смешанными группами – один.

– Спасибо, спасибо, Ву, – торопливо поднял руку Койфман, прерывая поток белиберды. – Что ж, это ответ на первый и второй вопросы. Перед нами Михаил Ежов, гражданин России двадцать первого века, пока что невыясненным способом перенесшийся в будущее. А вот куда делся капитан – это неизвестно.

– Ну, если я здесь… значит он должен быть там! – предположил Ежов.

– Невозможно. Невозможно. Невозможно, – прогудел «Тайфун».

– Да, это так. Перемещение в прошлое противоречит логике. Все противоречит логике, но это особенно сильно…

– Почему? – удивился Михаил. – Вот же он я – стою перед вами!

– [Белая дуга, желтые круги, очень много бледно-красных треугольников].

– Он прав, – сиплым, даже каким-то… вдавленным голосом сказал шишковатый человек – единственный здесь, кто до сих пор сохранял молчание. – Путешествовать в будущее сравнительно легко. Путешествовать в прошлое совершенно невозможно. Это закон Лейбеля. Прошлого уже нет, как ты туда попадешь? Машину времени пробовали построить сотни раз, сотни цивилизаций, но всякий раз безрезультатно. Путешествия во времени – нонсенс. Безумный бред. Заявляю со всем авторитетом, как один из лучших физиков Муспелля.

– Большое спасибо за справку, дорогой Рудольф, – поблагодарил его Койфман, с опаской поглядывая на самозваного лектора, начавшего как-то странно подергиваться. – Он ответил на твой вопрос, Мишенька?

– Но я же здесь… – упавшим голосом настаивал Ежов, до которого внезапно дошло, что вернуться домой не удастся. Если само существование машины времени так резко отрицается – как он попадет домой, в двадцать первый век? – Семьдесят второй век… Елы-палы…

– Откуда он знать языка? – вдруг насторожился Дитирон. – Моя учить ваша языка много года, но правильна так и не есть говорить. Почему он быстро знать?

– А потрибно спытать! – согласился Остап. – Общечоловический почынался… я не помню, но давно. Як же вин говорит по-нашому без перекладача?

– По-вашему?! – возмутился Михаил. – По-моему, это вы все говорите по-русски… хотя некоторые коряво.

– Справка. Именно так и должно быть, – изрек VY-37.

Все вежливо подождали продолжения, но маленький робот хранил молчание. Однако ему, похоже, решили поверить на слово – все привыкли, что VY-37 никогда не ошибается.

– Пора выходить из гипера, – неожиданно изрекла Фрида. – Если опоздаем, то промахнемся мимо Деметры.

– [Разноцветные пятна, красно-желто-белая клякса, розовая полоса], – стремительно вылетел наружу Сиреневый Бархат.

Остальные тоже устремились куда-то по своим делам. Последней вышла Джина, напоследок смерив Михаила предельно угрожающим взглядом. С ним остались только VY-37, «Тайфун» и, конечно, добренький дедушка Аарон.

– Ну что же, Мишенька, давайте побеседуем с вами наедине, – улыбнулся Койфман. – Вы ведь не возражаете? Понимаете, мне все-таки очень любопытно, куда же это запропастился наш дорогой капитан…

Глава 2

Святослав Степанович Моручи тем временем бился на больничной койке, пытаясь стряхнуть с себя смирительную рубашку.

– Я капитан звездолета «Вурдалак»! – рычал он. – Я дворянин Империи! Я требую вызвать имперского посла! Или хотя бы сообщите на галактосскую базу! Немедленно развяжите меня и верните оружие, я требую! Если среди вас есть лица благородной крови, я вызываю вас на дуэль! Всех разом, сколько бы вас ни было! По очереди или одновременно!

– Необычный бред, я раньше такого не слышала, – поджала губы пожилая женщина в докторском халате. – Валерий Игнатьевич, как ваше мнение?

– Вы говорите на имперском, вы носите имперские имена – как вы можете не быть имперцами?! – возмущенно закричал Святослав.

– Натуральный псих, – скучающе почесал шею молодой лейтенант милиции, который его сюда доставил. – Причем трезвый. Мы его даже в участок везти не стали – сразу к вам. Смотрим – прет по проезжей части этакий амбал и орет какую-то [цензура]…

– Аркадий, здесь же дамы! – возмутился врач.

– А чего я такого сказал? – удивился милиционер. – Мы сначала решили – пьяный или обколотый, но вот фигу… Ну и вот – скрутили мы его, да и привезли к вам. Хорошо, что не сопротивлялся, а то б мы такого бугая и не осилили… Э, доктор, а у него в карманах ничего нету? Что он там про оружие вопил? Вы одежду его пока не унесли?

– Вот, пожалуйста, – поднял костюм врач. Если бы здесь сейчас был Михаил, он сразу бы узнал свою кожанку.

– Кошелек, паспорт, ключи от квартиры, ручка, полиэтиленовый пакет, немножко мелочи… – просмотрел вещи лейтенант. – Оружия нет. Денег в кошельке… две тысячи триста. Небогато… хотя и небедно. Паспорт на имя Михаила Петровича Ежова… только вот лицо на фотографии вроде как другое… хотя похож, похож… А вас как зовут, товарищ псих?

– Святослав Моручи! – гордо, насколько это можно сделать в смирительной рубашке, подбоченился Святослав.

– Не совпадает, – развел руками милиционер. – Тут явно русский, а вы, товарищ… казах, что ли? Или кореец? Фамилия у вас какая-то…

– Я имперец! – гневно крикнул капитан «Вурдалака». – Дайте мне хоть саблю, хоть кинжал, хоть эспантон, хоть боевой серп – и я от тебя мокрого места не оставлю!

– Аркаш, сейчас в мире только одна империя осталась, – подергал милиционера за рукав врач. – Япония. Их императора Акихито зовут, кажется…

– А, ну так бы сразу и говорили! – обрадовался лейтенант Аркадий. – Мать моя женщина, что ж вы мне столько времени мозги [цензура]?!

– Аркадий!

– Все, все, прошу прощения, – прижал ладонь ко рту милиционер. – Японец, значит? Ну правильно, и фамилия японская. Хотя несет все равно какую-то ху… ой, дико пардонирую, Валерий Игнатьевич. Светлана Васильевна, может, вы выйдете? А то я при вас нормально говорить не могу!

– Святослав Степанович, успокойтесь и давайте попробуем все выяснить, – присел на кровать доктор. – Как называется ваша империя?

– Империя! – ожесточенно выплюнул Моручи.

– Но должно же у нее быть какое-то название, – как маленькому, стал объяснять врач. – Ну а как, к примеру, называется столица?

– Столичная планета – Сварог. А город – Нео-Хоккайдо.

– Ну ничего, не переживайте, мы вас вылечим, – вздохнул врач. – Светлана Васильевна, запишите – считает себя инопланетянином. Бывает сплошь и рядом – у нас и сейчас трое таких сидят.

– Что это за примитивная планета? – простонал Святослав, дико вращая глазами. – Почему если я инопланетянин, то сумасшедший?!

– Доктор, а он не прикидывается? – неожиданно заподозрил неладное милиционер. – С чего это у него вдруг чужой паспорт на кармане? Вдруг дурика нам гонит?

– Да нет, не похоже… – задумался врач. – Да вы не волнуйтесь, Аркадий, мы таких симулянтов в момент раскалываем – если что не так, я вам тут же звякну.

– Договорились, – кивнул Аркадий. – А вещи я с собой заберу – вещдоки. Надо этого Ежова пробить – может, обокрали? Кстати, я о нем, кажется, что-то слышал… ну да, точно, он же сыщик частный! Ничего так мужик, путевый… У нас в ментовке когда-то служил, на соседнем участке.

– Думаете, это он у него украл? – погладил подбородок доктор. – А где тогда сам Ежов?

– Выясним, – пообещал лейтенант, глядя на фотографию в паспорте. – М-да, а лица у них все-таки здорово похожи… Тут немного добавить, там немного убавить, и будет прямо близнец… Ну, товарищ псих, готовьтесь. Если выясним, что никакой вы не псих, а просто [цензура] нам мозги, пойдете под суд, как миленький… Капитан Ломакин жуть до чего не любит всяких симуляторов…

– Симулянтов, – автоматически поправила Светлана Васильевна.

– И их тоже, – проявил покладистость Аркадий. – Ну все, доктор, пойду я, меня уже ждут там… Если что – звоните.

– И вы позвоните, если о пациенте что-нибудь узнаете, – попросил врач. – Знаете, проще лечить, когда не вслепую. А то мы только его имя знаем, да и то…

– …может, врет, – закончил за него лейтенант. – Позвоню обязательно.

– Доктор, что это за планета? – тоскливо спросил Святослав, когда милиционер покинул палату.

– Это Земля, Славик, Земля, – ласково погладила его по голове врачиха. – Ты не волнуйся, скоро прилетит ракета и отвезет тебя на твой Марс…

– Хватит надо мной издеваться! – вспылил Моручи. – Какая еще Земля?! Старая?

– Единственная… – вздохнула Светлана Васильевна. – Ты в России, в городе Тверь, сегодня двенадцатое мая…

– Уже тринадцатое, – взглянул на часы доктор. – Час ночи. Между прочим, отбой был уже давным-давно, а мы тут колобродим, пациентов будим… Ну-ка, быстро спать всем! Быстренько, быстренько!

Врачи покинули палату, погасив свет, и Святослав остался один. Хотя не совсем один – все-таки положили его в общую, и кроме него здесь было еще целых семь ненормальных. Двое – тоже в смирительных рубашках, остальные так.

Как только шаги докторов окончательно затихли, с соседней койки спрыгнул плюгавый мужичонка с узким лицом и хитроватыми глазками. На вид лет сорок, неровные вихры, торчащие в разные стороны, трехдневная щетина на правой щеке (левая совершенно гладкая), очень тонкие пальцы, постоянно шевелящиеся, как щупальца осьминога.

Он уселся рядом с Моручи, посмотрел ему в глаза и спросил:

– Слышь, Степаныч, а у тебя правда кукушка уехала, или ты косишь?

– Я нормальный, – огрызнулся Святослав. – Только вот как это доказать? Ну что я за дурак – пять лет в Академии Разведчика, и так глупо маздануться! Сразу должен был понять, что это не серав!

– Вот это последнее я не понял, – глубокомысленно заметил мужичок. – Жалко, блин, я-то думал, будет с кем побакланить. Я тут единственный без кукушки – от ментов прячусь… Два месяца уже. Сам понимаешь, лучше тут, чем на нарах. Меня Колькой зовут, не слышал? Колька-Хорек?

– Не слышал.

– Денисов, Николай Николаич, очень приятно, блин, – пожал сам себе руку Колька-Хорек. Святослав посмотрел на него с подозрением и слегка отодвинулся. – Я тут делаю вид, что думаю, что я как будто бы из стекла. Проще, чем ларек обокрасть: как кто близко подходит, так я сразу говорю: «Осторожно, не разбейте». И все – врачи тупые, не всасывают ни хрена. Нету здесь своего Титанушкина. А ты у нас, значит, марсианин?

– Я со Сварога, – мрачно буркнул Святослав.

– Ну я и говорю, марсианин, – кивнул Денисов. – Тут жить, вообще, можно – хавчик так себе, повара козлы, но к нам тут одна благотворительница ходить любит. Жена одного магната, нефтяника. Дура дурой, и на рожу чисто корова. Зато бананы таскает на халяву. А вот дочка ейная – самый смак, я бы ей так вжарил, блин… Только она за ней следит, как Зюган за партбилетом, курица… А через пару недель выборы будут… куда-то там. В общем, тоже что-нибудь обломится, думаю. Под выборы всегда благотворительность прет, как из параши.

– Николай, ты кто по национальности? – совершенно не слушая, что он там бормочет, спросил Моручи.

– Русский, кто же еще? – пожал плечами Денисов. – Коренной тверяк… или тверец? Не, тверчанин – вот так правильно! А ты откуда? Ну, если только по натуре, без кукушки?

– Имперец… – вздохнул Моручи.

– Да, кукушку надо лечить, – глубокомысленно покивал Николай. – Никогда не угадаешь, в какой момент клюнет.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Поделиться ссылкой на выделенное