Александр Прозоров.

Темный Лорд

(страница 4 из 31)

скачать книгу бесплатно

– Здравствуйте, профессор Налоби! – ответило немногим меньше половины класса.

– Хочу сообщить, что темой сегодняшнего занятия станет управление домовыми духами. Что требуется для подчинения духов, нам скажет Ирри Ларак. Слушаю вас, юноша…

Филли Налоби замер, глядя на полного, коротко постриженного мальчика на задней парте.

– Нужно… – медленно поднялся тот. – Нам нужно… Нужно нам… Принести жертву…

– Прекрасное утверждение! – встрепенулся профессор и в волнении даже снял шапочку, скомкал в кулаке. – А какая жертва требуется домовым?

Ирри Ларак задумался, отчего его щеки заметно порозовели, потом тихо предложил:

– Нужна кровь?

Помещение содрогнулось от дружного хохота. Налоби тяжко вздохнул и вернул шапку на голову:

– Крайне неверное утверждение. Я так надеялся, что пять лет учебы оставили в вашей памяти хоть какой-то след, юноша. Неужели так трудно запомнить, что духи-хранители ограничивают круг принимаемых подарков обычными угощениями? Мсье Дожар, а каково будет ваше мнение по данному вопросу?

– Обитающие в мире духи обладают обостренным чувством справедливости, профессор, – поднялся со своего места красавчик в бежевом костюме. – Когда мы даруем им подношение, они считают обязательным отплатить за подарок службой или ответным даром.

– Приятно знать, что не все мои слова исчезают бесследно. – Филли Налоби достал волшебную палочку, – хоть у кого-то часть остается в памяти. О чем это я? Ах да, чувство справедливости! Справедливость – это очень забавное чувство. Кто-то ради справедливости готов построить дом, а кто-то – вспороть животы тысячам невинных прохожих. Предопределяются же таковые желания, мадемуазель Вантенуа…

– Характером вызываемых духов, – поднялась с ближней к очагу парты щукообразная девица.

В учебной форме она уже не выглядела такой тощей, как утром в столовой. – Мятежные духи из своего понимания справедливости калечат, духи-хранители исцеляют. Первые откликаются на кровавые жертвы, вторые на подарки мирские: еду, украшения, одежду.

– Именно это вам и надлежит сегодня проверить. – Профессор жестом разрешил ученице сесть. – Ирри Ларак, будьте любезны открыть шкаф и разнести по столам кусочки хлеба и пиалки для молока. Это поможет вам запомнить, что именно требуется для установления доверия с домовыми. Прочих прошу открыть конспекты и приготовить перья.

– На фига это все переписывать? – пожал плечами недоморф. – В справочнике ведь все есть.

– А вдруг профессор что-то добавить сможет?

– Это Филька-то? – тихо хмыкнул сосед. – Да он феску сам поменять не может, не то что добавление в курс внести.

– Как увидеть домового духа? – спокойно и размеренно начал диктовать профессор Налоби. – Для этого необходимо определить местонахождение домового и посмотреть прямо на него, расфокусировав взгляд до полного разведения зрачков. Записали? Теперь демонстрирую…

Филли Налоби провел вокруг очага волшебной палочкой, с кончика которой просыпались округлые плоды снежноягодника, и тряхнул уже знакомым Битали колокольчиком.

– Как вы должны уже запомнить, юноши и девушки, – вскинул он палец, – домовые духи нелюдимы и всегда отводят от себя глаза.

Обычно они настолько привыкают к такому поведению, что отводят взгляды, даже находясь наедине. Посему единственный способ заметить сих духов-помощников – это парировать отвод предварительным нарушением направленности зрения. А именно: необходимо смотреть не на домового, а в точку, что находится далеко за ним. Уточняю: не близко за ним, а весьма, весьма далеко. Скажем, в миле за стеной.

– Где же мы такое место в комнате найдем? – с усмешкой поинтересовался сосед Битали.

– Крайне уместный вопрос! – обрадовался профессор. – Таких мест в домах, разумеется, нет, мсье Надодух. Нигде и никогда. А посему домовые духи не нуждаются в иных способах укрытия и к оным не прибегают!

– А если их морок «обсессионом» разрезать? – поинтересовался кто-то из компании «троллей».

– Вы меня разочаровываете, мсье Марс! – всплеснул руками Филли Налоби. – Как считаете, мадемуазель Вантенуа?

– Заклятие «обсессион» не поможет увидеть домовых, поскольку они не ставят морок, а лишь отводят глаза, – встала из-за стола девушка. – «Обсессион» же разрушает лишь морок либо иные оптические иллюзии.

– А вот, как я слышу, у нас появились первые гости, – резко повернул к очагу голову профессор. – Самое время проверить наш урок на практике. Ах да, Генриетта. Если ответите на уроке еще на один вопрос, получите десять баллов в аттестат. Остальным советую взяться за перья и изобразить в тетради того, кто сейчас хрустит рассыпанными ягодами.

Определить, где находится невидимый гость, было нетрудно: попавшие к нему под ноги ягоды не только лопались, но и оставались смятыми. Битали напрягся, глядя в ту сторону – но ничего, кроме каменной кладки, различить не мог. Он закрыл глаза, представил себе парус далеко-далеко в море, резко поднял веки – на миг у очага проявился слабо очерченный силуэт и тут же рассеялся, словно дымок одинокого уголька. Мальчик снова закрыл глаза, открыл, усилием воли удерживаясь от взгляда на очаг, и попытался разглядеть парус, белеющий где-то там, далеко за стеной… И вдруг как-то краем, боковым зрением заметил, что поверх раздавленных ягод мнется низкий волосатый бородач в маленькой шляпе, свободной рубахе до колен и непропорционально больших ботинках. Зрачки непроизвольно сместились на него – и тут же оказалось, что у очага никого нет. Но теперь это было уже неважно: Кро схватился за вечное перо и принялся поскорее вычерчивать замеченного незнакомца: шляпка, подол до колен, ботинки, борода…

– Мсье Кро, вам три балла в аттестат, – послышался над головой голос преподавателя.

– А почему три? – не понял Битали.

– Потому что вы явно увидели нашего духа, – окончательно запутал его профессор Налоби. – Надодух? Ничего, мсье Надодух… Мсье Лайтену три балла, мсье Дожар – пять баллов, мсье Уловер… Не вижу ничего.

– Почему три? – возмущенным шепотом спросил соседа Битали. – Что я не так сделал?

– Чем тебе три балла не нравится? – не понял недоморф. – Все в плюс пошло.

– Так девице, вон, десять баллов пообещали.

У вас десять лучшая оценка?

– Оценки, они ведь все хорошие, – снова не понял его сосед. – Хоть один балл, хоть десять – все к аттестату приплюсуются. Мне за прошлый год больше двух ни разу не ставили, но все едино пять сотен накопилось. У графа, помнится, тысяч десять вышло. А у нашей выскочки, Аниты Горамик, так и вовсе сорок с лишним тысяч. Вон она, рыжая на второй парте…

Недоморф указал на миниатюрную девочку, ростом и телосложением больше похожую на второкурсницу.

– То есть все оценки складываются?

– Ну да, – кивнул Надодух. – Говорят, так родителям сразу видно, кто как учился. Если даже отличник, но ленивый, то сумма меньше получается, чем если не такой умный, но на каждом уроке ответить вызываешься и вообще стараешься. Только мне это все равно поперек шерсти. Меня в любом раскладе ни один род не примет, хоть я и миллион наберу.

– Странная у вас школа…

– Не знаю, – пожал плечами недоморф. —

В других не бывал.

– Теперь все положите перья! – закончил обход класса профессор. – Вырвите лист из тетради, скомкайте и бросьте на пол. Все сделали?

У вас у каждого на столе есть молоко и кусок булки. До конца урока вам предстоит вызвать духа, принести ему жертву и в качестве оплаты заставить его убрать мусор. Причем исключительно ваш, а не кого-то другого. Приступайте.

Каким образом нужно вызывать духа, Филли Налоби не пояснил. Видимо, это изучалось на предыдущих уроках. Кро, опустив на пол угощение, принялся спешно листать справочник в поисках нужной главы.

– Ага, вот оно… – Мальчик пробежал глазами по строкам: – Так… Угощение домовому духу оставляется в тихом укромном месте… – Кро поднял голову, оглядел класс, в котором везде и всюду бормотали заклинания ученики, а весь пол был заставлен мисками и закидан бумажными шариками. – Однако… Что еще? Если домовой раздражен или ему кажется, что хозяин неправильно себя ведет, плохо заботится о доме, ленится и сорит, он может прибегнуть к наказаниям, сам начинает портить предметы и одежду, способен серьезно поранить… покусать или исцарапать открытые части тела.

Битали глянул на смятый листок возле стула и быстро натянул кожаные перчатки.

– Прирученных домовых удобно вызывать свистком или колокольчиком… В общем случае… Да, вот оно… – Кро захлопнул справочник, повернулся к проходу, тихонько позвал: – Маленький хозяин, приди ко мне в гости, прими угощенье, дай благоволенье. Э-э-э… Ешь пироги, дом береги…

Кро запнулся, оглядывая скромное угощение, и решил, что пироги он обещает зря.

– Маленький хозяин, приди ко мне в гости, прими угощенье, дай благоволенье… Или просто приходи да молока выпей. А то новую тему начнем, придется сидеть голодным. Пользуйся случаем.

– Давай я выпью, и дело с концом, – предложил недоморф. – Чего добру пропадать?

– Подожди, вдруг я себе еще троечку заработаю?

– Запылится – сам пить будешь.

– Молоко? Я уже вышел из этого возраста… – Битали вдруг показалось, что его комок покачивается на полу, словно от слабого сквозняка.

И если еще вчера он не обратил бы на это никакого внимания, то сейчас – отвел взгляд немного в сторону и попытался разглядеть парус в далеком море, что раскинулось за каменной стеной. Паруса увидеть не получилось, но возле бумажки Кро различил существо немногим выше колена, с большущими круглыми глазами, курносое и остроухое. Оно было одето в нечто похожее на толстое шерстяное пончо грубой вязки и короткие сапожки с завязками спереди на голенище. Руки существа были сложены на животе, длинные тонкие пальцы постоянно шевелились, словно собравшиеся в клубок змеи.

– Ты кто? – поинтересовался Кро, продолжая смотреть мимо малыша.

Тот недоверчиво склонил голову набок, его уши заметно зашевелились.

– Ты домовой?

Существо опасливо оглянулось по сторонам.

– Нет? Ну и ладно. В классе их все равно не вызовешь. Шуму много. Есть хочешь? Брось ты эту бумажку, я ее сам потом подберу. Вот, лучше молока выпей. Да булку возьми. А то урок кончится – заберут.

Теперь странный малыш вперился немигающим взглядом прямо в Битали. Прошло не меньше минуты, прежде чем он подошел к столу, поднял пиалу, вытянул губы в трубочку, стремительно высосал молоко и быстренько закусил булкой.

– Хочешь еще? Я могу после обеда из столовой чего-нибудь принести.

– Мое имя Батану, юный кудесник, – почтительно поклонился малыш. – Отныне я твой должник. Твой хлеб, моя служба.

– Так ты говорящий? – изумился Битали.

– С кем ты там речи ведешь? – навалился на плечо недоморф. – Вызвал, что ли?

Кро от неожиданного толчка покачнулся, потерял направление взгляда – а вместе с ним и своего собеседника.

– Опа, молоко пропало. Сам выпил?

– Ерунда все это… – Битали подобрал скомканную бумажку и захлопнул ее между страницами толстого справочника Латрана. – Тебя что, не кормят?

– У Филли молоко настоящее. А в столовке витаминизированное и кальцинированное. Полезное для здоровья. В общем, отрава, в рот не возьмешь.

– Зато для здоровья полезно.

– С такой пользой и здоровья не захочется!

– Мсье Сенусерт! – Профессор взмахнул палочкой, и по классу пронесся хлопок, словно от удара хлыста. – Вы желаете получить в аттестате минус? Будьте любезны, юноша, поведайте нам о пришедшем к вам домовом духе!

– Дух как дух, – пожал плечами недоморф. – Пришел, сказал, что от моего молока псиной пахнет и пить он его не станет.

– Своего имени он, конечно, не назвал?

– Увы, профессор.

– Нет имени, юноша, нет и баллов. Теперь попрошу внимание на меня. Как все мы сегодня вспомнили, духи, демоны и иные существа из мира природы обладают обостренным чувством справедливости. И по сей простой причине они никогда и ни за что не принимают жертву, принесенную с корыстной целью. За очень редким исключением. Но сии случаи больше относятся к сделкам, нежели к жертвам. Жертва всегда являет акт уважения, а не авансовую уплату. Чтобы сделать духа своим союзником и слугой, свой подарок нужно принести ему с уважением и искренностью, как и полагается дарить подарки. Повторяю: бескорыстно и искренне! Прошу записать эти слова в конспекты большими красными буквами. И только потом плавно наращивать зависимость нового раба от ваших подачек. На сем наш урок считаю законченным. Все свободны.

– Вот и обед! – радостно взревел кто-то из троллей и громко захлопнул учебник.

На звук повернулась половина класса, и хрупкая рыжая девочка укоризненно покачала головой:

– Тебя что, неделю не кормили?

Битали совсем не сразу понял, что это и есть та самая Анита Горамник, на которую показывал недоморф во время урока. Спереди выпрямившаяся отличница выглядела совсем не так, как сзади, сидя за партой. У нее обнаружилась вполне складная фигурка, большие голубые глаза, милая улыбка. Теперь она казалась не ребенком с младшего курса, а хрупкой и изящной юной леди, словно вырезанной из слоновой кости: точеные ушки и носик, безупречные линии рук и плеч, длинные пушистые ресницы.

– Пошли, чего встал? – пихнул его локтем в бок недоморф. – Обед у нас короткий, а ртов в школе много.

– Да, иду, – стал собирать учебники Кро.

– Твое-то какое дело, рыжая? – ответил «тролль»: крупный, с большущими ладонями и тоже, кстати, огненно-рыжий.

– Повежливее с дамами, Пикаччи! – неожиданно вступился за Аниту Дожар. – Тут тебе не деревня.

– Моя деревня любой ваш город переплюнет, – буркнул Пикаччи и отвернулся, складывая учебники и тетрадь в стопку.

– Идем, чего застрял? – поторопил соседа Надодух, и Кро поспешил за ним к выходу.

Только во время обеда Битали понял, как выручил его ворон соседа с ранним пробуждением. Шумная утренняя столовая, как оказалось, была еще свободным помещением. Сейчас же, среди дня, здесь было просто не протолкнуться. А уж тем более – не сесть. Для нового ученика стало непостижимой загадкой: отчего руководство школы не распределит питание по сменам, не организует приход сюда курсами или корпусами. Или, хотя бы – почему не поставит больше столов? Пока же ученикам пришлось действовать самостоятельно. Солидную часть подземелья отгородил себе орден Грифа: несколько старшекурсников стояли в оцеплении, не пропуская к столам посторонних, еще десяток столов на мохнатых ногах отогнали к стене «тролли» и тоже подпускали к свободным местам только своих, выделив два стола для первокурсников, один – для старших, остальными пользовались подростки среднего для школы возраста. По такому же принципу обедали и девочки. За оставшиеся несколько столов то и дело возникали споры: на них претендовали группки из пяти-десяти учеников, норовящие согнать тех, кто меньше числом или кто слабее, или торопливо набивающие животы в предчувствии столкновения с соперниками. Увидев, как двое прихвостней Дожара бесцеремонно согнали младшекурсников, только-только занявших свои места, и усадили за стол юного графа, Кро понял, что есть ему придется стоя, а потому вместо супа предпочел спагетти с сыром и пару сосисок. Однако даже просто стоя у стены, он пару раз оказался на пути спрыгивающих вниз учеников. Будь в руках суп – обязательно выплеснулся бы.

«От школы, где учат оборотней, можно ожидать и чего-нибудь похуже!» – уже в который раз понял Битали и, в качестве моральной компенсации, кинул перевернутую тарелку на графский стол. Тут же промелькнувший широкий розовый язык поддал Арно Дожара под локоть и едва не снес его грибной суп. Родовитый мальчишка выругался, но даже не оглянулся. Видимо, похожие ситуации возникали здесь постоянно.

Битали поймал себя на том, что все сильнее скучает по унылому и однообразному колледжу озера Глоу.

Послеобеденным занятием оказался курс дальномирия, который читал здесь чопорный и сухопарый профессор Омар ибн Аби Рабиа, арабская внешность которого резко контрастировала с белоснежной сорочкой, серым в полоску костюмом-тройкой и пенсне на длинной золотой цепочке.

– Оказывается, у нас новенький, – дойдя до последней парты, остановился он перед Битали Кро, вынул из кармана жилетки пенсне, поднес к глазам, глянул на мальчика сквозь линзы и тут же убрал их обратно. На среднем пальце в сиянии свечей отразила огненный блик зеленая печатка, на которой кусала себя за хвост свернувшаяся в восьмерку змея. – Очень интересно. Не подскажете ли мне, молодой человек, каковая особенность зеркала делает его незаменимым инструментом мага для проникновения в тайны всего сущего?

– Зеркало имеет свойство отражать все виды обращенного на него нематериального воздействия, – вскочив по прежней привычке, отчеканил Кро. – Таких как свет, магнетику, тепло и мысли. В результате на поверхности отражающего слоя зеркала из обращаемых энергий, на краткий миг теряющих свойства направления, скорости и силы, возникает тончайшая эмульсия безмерного пространства, не имеющего времени, направления, цвета, жизни и прочих качеств привычного мира. Благодаря этому через эмульсию можно установить прямой контакт с любым местом Вселенной, любым ее часом и пространством.

– Четыре балла в аттестат, – кивнул профессор Рабиа. – Замечательное начало для изучения новой дисциплины. Как же нам определить, мсье Битали, в каком направлении устремится наш взгляд, в прошлое или будущее, в мир живых или мертвых?

– Поскольку данная эмульсия не имеет собственного направления, измерения или возраста, то все ее качества целиком и полностью зависят от воли наблюдателя.

– Еще четыре балла в аттестат. И садитесь, хватит с вас для первого урока. – Омар ибн Аби Рабиа мягкой бесшумной походкой двинулся к установленному на небольшом возвышении, обитому бархатом креслу, небрежно взмахнул палочкой из эбенового дерева. Столешницы по всему классу зашипели, поверхность их дрогнула и стала зеркальной. – Посмотрите на свои парты, драгоценные мои создания. Это ваше окно в прошлое и будущее, ваш почтовый ящик и ваша вечная связь с предками, ваш защитник и, увы, ваш самый опасный враг. Так как же вам, юные создания, не оказаться среди мертвых, пожелав взглянуть на губы юной чаровницы, и не выдать себя врагу, надумав послать весточку в отчий дом?

Профессор Рабиа сел в кресло, закинул ногу на ногу. Волшебная палочка в его руках удлинилась и превратилась в тонкую трость с серебряным набалдашником.

– Чтобы не сделать оплошности, каждый из вас должен уметь удерживать зеркало в тисках своей воли и не допускать даже малых отклонений от намеченной цели. Достигается это первейшее требование для работы с зеркалами путем выработки жесточайшей дисциплины мысли. Вы обязаны уметь думать только о том, что вам необходимо, и не скатываться ни на что постороннее. У кого-нибудь имеются вопросы?

Класс молчал. Вопросов ни у кого не возникло, поскольку никто ничего не понял.

– Прекрасно. Тогда приступим к практическим занятиям. Разбейтесь на пары. Первое упражнение: ученики, ближние к окну, говорят, дальние от окон – слушают. Задача говорящих: в течение десяти минут рассказывать напарникам о верхнем левом стекле в оконной раме, ни на что не отвлекаясь и не переходя на другие темы… Начали!

Профессор щелкнул пальцами, и на подлокотнике возникли песочные часы.

– Значит, первым говорю я, – повернувшись к соседу, погладил подбородок Битали. – Стекло в оконной раме. Оно наверху. Оно сделано из стекла. Оно чуть пыльное, внизу грязи больше, чем сверху. Оно прозрачное. Стеклянное. Размером примерно локоть на локоть. Толстое. Сделано из стекла. Обычного стекла, расплавленного и остуженного. Стекло делается из песка. Чистого и отборного. Песка много в пустынях. Там жарко и нет домов. Ничего не растет. Ни травы, ни деревьев, ни кустов. Там нет воды. Вода уходит в песок. Поэтому рек и озер там нет. И рыбы…

– Можешь не продолжать, Кро, – подмигнул ему недоморф. – Подозреваю, что рыба, которую ты только что помянул, не имеет к верхнему левому стеклу здешнего окна никакого отношения. Ну, совсем не в тему! Вместе с реками, озерами и морями.

Однако Надодух веселился зря. Когда он и Битали поменялись ролями – он сам, начав с деревянной рамы, уже через минуту увлеченно рассказывал соседу о жирных красных дождевых червях.

До конца занятия ученики успели сделать по пять заходов, но на первом уроке ни одному не удалось удержаться в рамках заданной темы дольше одной минуты.

– А посему, драгоценные мои друзья, – подвел итог профессор, взмахнув тростью, – работать с зеркалами вам еще рановато. Для начала овладейте дисциплиной собственного сознания.

И все столешницы класса снова стали сосновыми, покрытыми одним слоем коричневой морилки.

Вернувшись в башню, Битали с облегчением скинул с себя одежду и упал на постель:

– Кошмар! Еще никогда в жизни никто так не издевался над моими мозгами. Голова болит, будто я две ночи не спал и бился лбом о стену. Он у вас всегда такой?

– Ты про кого? – Недоморф тоже скинул учебную форму, натянул майку и длинные шорты.

– Про последнего.

– Тут ты не прав! Омар ибн Аби Рабиа очень умный ученый. Знает все что можно и еще чуть-чуть того, о чем никто не догадывается, – неожиданно встал на защиту профессора Надодух. – Ты бы видел, как он на тартарологии Лысого Расетрота из небытия вызвал! Черный монстр в три роста высотой с двумя оскаленными пастями и шестью руками. Половина класса на месте обмочилась! С тех пор ни один школяр больше не пытался гадать на костях в полночь у себя в комнате.

– Я и не говорю, что он плохой, – поправился Битали. – Я говорю, что голова после его урока как ватой набита. Ничего не соображаю. Может, в душ сходить? Ужин когда будет? Там вечером такая же давка, как в обед?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Поделиться ссылкой на выделенное