Александр Прозоров.

Прыжок льва

(страница 6 из 28)

скачать книгу бесплатно

– Проходи, Чайка! – приветствовал его пуниец, жестом предлагая сесть в одно из раззолоченных кресел, что стояли вдоль стены: – я давно тебя жду.

Федор присел к столу, скользнув взглядом по роскошной мебели и скульптурам античных героев, которые явно перекочевали в цитадель из шатра главнокомандующего. Все это великолепие немного не вязалось с походным образом жизни, который вел Ганнибал уже много лет подряд, и умеренностью в привычках, которую демонстрировал. Но, справедливости ради, надо было отметить, что убранство даже походного шатра Ганнибала всегда было роскошным. «Как ни крути, – подумал Федор, – а он ведь один из богатейших людей на средиземноморье, да еще и командующий целой армии. Ему по штату не полагается ходить в рваных штанах. Хотя он может и на снегу спать, и с солдатами есть из одного котла, если жизнь заставит».

– Ты привез мне хорошие известия от скифов? – перешел сразу к делу Ганнибал, жестом выпроводив слуг за пределы обеденного зала, – встретился с царем Иллуром?

– Да, – кивнул Федор и, попросив взглядом разрешения, отпил вина из богато украшенной чаши, чтобы промочить горло, – встретился и провел переговоры.

– Ну! – поторопил его Ганнибал, видя, что Федор не может оторваться от чаши.

Чайка действительно устал с дороги и проголодался, а оказавшись так удачно за столом, где было накрыто множество мясных блюд и закусок, даже на секунду забыл о своем задании.

– Иллур согласен поддержать нас совместным ударом с Филиппом Македонским, – поспешно произнес он, отставив чашу с вином, – а затем вторгнуться в римские земли с севера. Я передал ему медальон. Он сказал, что будет на побережье Эпира через несколько месяцев.

Ганнибал откинулся на богато отделанную спинку кресла, сделав жест, которым разрешал Федору насладиться закусками. На его лице появилось довольное выражение полководца, который уже выиграл войну.

– Вот теперь я смогу захватить Тарент, не считаясь с потерями, – удовлетворено проговорил Ганнибал, – едва только македонцы и скифы ввяжутся в эту войну, как Рим перебросит часть легионов и флота на север. А большего мне и не надо. Если боги нас не оставят, то я выиграю войну даже без подкреплений сената. Поскольку Рим начнет беспокоиться и делать ошибки, даже не взирая на мой последний промах с Филиппом.

Удивленный Чайка поднял глаза на главнокомандующего, не понимая о чем идет речь.

– Пока ты выполнял мою волю у скифов, – снисходительно пояснил Ганнибал, прочитав вопрос в глазах командира двадцатой хилиархии, – я отправил послов к Филиппу, чтобы заключить договор.

– Так он еще не был заключен, когда я отплыл? – удивлению Федора не было предела. Он?то, уплывая, уже находился в полной уверенности, что союз с македонцами это реальность.

– Нет, – усмехнулся Ганнибал, продолжая откровенничать, – когда ты отплыл, мои послы только отправились к Филиппу. Я знал его настроения, и этот союз был уже обсужден, но не заключен. Однако мы заключили его, пока ты занимался другим.

А на обратной дороге моих послов перехватила римская эскадра и в сенате Рима узнали о нашем союзе с македонцами еще раньше, чем о нем узнал я. Однако это сыграло мне только на руку: еще ничего не произошло, а Рим уже забеспокоился. Он тотчас прислал пятьдесят кораблей для защиты Тарента, но зато снял сразу несколько легионов из-под Капуи и Неаполя, отправив их в северную Апулию и долину реки По. Союзники могут вздохнуть с облегчением, им пока ничего не угрожает. А мы сохранили и даже упрочили позиции, а также выиграли время.

Теперь Ганнибал сам наклонился к столу и взял чашу с вином.

– Из северной Апулии эти легионы двинутся не на меня, а наверняка будут переброшены в Эпир, едва только македонцы вторгнуться в него. А стоит там же появиться скифам, с их быстрой конницей, как Рим будет вынужден перебросить и другие, направленные сейчас против меня силы на север. И чем больше римских солдат погибнет без моего участия, тем легче мне будет в дальнейшем осуществить то, что я задумал.

Эти откровения вызвали у Федора двойственное чувство. С одной стороны, ему стали доверять, делая носителем секретов большой политики. А с другой – свидетели долго не живут.

– Все, что произошло и что будет происходить здесь, в римских землях, мне ясно, – закончил откровения Ганнибал. И, потягивая бархатистое красное вино, вновь задал вопрос. – Ты, Чайка, лучше расскажи мне, как прошло твое плавание.

– Довольно гладко, – сообщил тайный посол к скифам, – если не считать одного события.

И он пересказал все, что произошло с ним за время путешествия, закончив основную часть истории ночным нападением предателей-охранников. Добавил и о том, что узнал уже здесь.

Выслушав это, Ганнибал отставил чашу с вином и нервно забарабанил пальцами по столу.

– Значит, кое-кто уже пронюхал об этом, – пробормотал он, не высказав, впрочем, никаких предположений по поводу источника опасности и тем самым оставив Федора в недоумении, – ну что же. Тем лучше. Отступать нам некуда. Придется переходить в наступление. Я собираюсь начать активную подготовку к штурму Тарента. Часть войск уже давно стоит под городом. А завтра несколько африканских хилиархий отправятся туда, и твоя в том числе. Пора побеспокоить наших римских друзей.

– Я слышал, что в Тарент должен был прибыть сам Марцелл, – осторожно заметил Федор, переводя разговор в нужное ему русло.

– Однако ты быстро узнаешь свежую информацию, – похвалил пуниец, не став отрицать. И добавил, усмехнувшись: – Твои разведчики не обманули тебя. Да, Марцелл прибыл в город. С теми пятью десятками квинкерем, которые Рим прислал для защиты Тарента. У меня их сейчас всего восемнадцать. И это лишний раз доказывает, как Рим боится нас. Имея вдвое больше солдат и кораблей, он уже почти год не переходит в наступление, ограничиваясь лишь трусливым наблюдением и вылазками.

– Насколько я знаю сенатора, Марцелл может предпринять попытку высадить десант в нашем порту, – продолжал Федор подбираться к нужной теме, – ударить нам в тыл первым.

– Да, это возможно, – кивнул пуниец, ничуть не смутившись, и просветил Федора насчет последних событий на фронтах: – Для того сенат Рима и прислал сюда самого Марцелла, поскольку кроме него у меня сейчас нет в Италии достойных противников. Консул Тиберий Семпроний Гракх стоит недалеко от Луцерии с двумя легионами рабов, наблюдая за мной. И не предпримет в ближайшее время ничего. Другой консул Луций Постум Альбин вместе с восемнадцатым и девятнадцатым легионами недавно попал в засаду в долине реки По, устроенную моими добрыми кельтами, и погиб, а его легионы истреблены. Ему на замену был вновь выбран медлительный Фабий Максим, чему я искренне рад, а Марцелл стал проконсулом. Так что он единственный, кого стоит немного опасаться. Но когда в дело вступит Филипп со своими македонцами и скифская конница, даже он будет не страшен.

– Но пока что его нападение в районе нашего единственного порта вполне вероятно, – продолжал гнуть свою линию Федор. – Если командующий позволит, я хотел сказать, что стоит укрепить оборону порта. Три дня назад, когда я оттуда уезжал, сил там было явно недостаточно, чтобы отразить серьезную атаку.

– Ты так беспокоишься об обороне этого порта, словно боишься, что Марцелл отберет у тебя обратно свою дочь, которую ты прячешь там от меня уже полгода, – усмехнулся Ганнибал.

Федор, расслабленно откинувшийся на кресле, резко выпрямил спину. «Он все знает! – пронесся панический импульс в мозгу командира хилиархии, – все знает!» А главнокомандующий, насладившись моментом, спокойно добавил, легко прочитав его мысли.

– А ты предполагал, что сможешь скрыть от меня такое?

Ганнибал в упор посмотрел на Чайку, который молчал в ожидании приговора. При этом взгляд пунийца отнюдь не выражал злорадства по поводу раскрытия заговора. Скорее он был веселым. Это немного смутило Чайку.

– А что это за мальчик находится с ней? – уточнил Ганнибал так, словно ничего особенного не произошло, – сын Памплония?

– Это мой сын, – признался Федор, решив пойти ва-банк: «Будь, что будет!»

– Ах вот оно, что! – ухмыльнулся Ганнибал и даже оставил в сторону тарелку с мясной закуской. – А я все не мог понять, зачем тебе такие заложники. А они вовсе и не заложники. Значит, Юлия осталась с тобой добровольно. Отлично! Просто великолепно!

Федор не знал, что и думать. Глядя на веселое лицо Великого Карфагенянина, он не мог понять, издевается тот или говорит всерьез. Но следующий его вопрос вновь припер к стенке Федора.

– А когда же ты успел… – проговорил Ганнибал, на секунду замявшись, подбирая нужное слово, – зачать этого сына. Ведь ему уже больше трех лет. Наш поход тогда еще не начался…

И вдруг по его лицу проскользнула догадка.

– Как ты вообще появился в Карфагене? Мне кажется, ты что-то утаил в прошлый раз, когда рассказывал мне о спасении Магона. Ты его действительно спас или все было иначе?

Этот вопрос был посерьезнее всех предыдущих. Для Чайки настал момент истины.

– Все так и было, – выдавил он из себя, стараясь смотреть в глаза Ганнибалу, – почти. Я действительно спас ему жизнь у скифов в Крыму, но… потом я не сразу оказался в Карфагене. Наш корабль попал в шторм и утонул неподалеку от этих самых бегов. Я один выжил, оказался в Таренте и сошел за деревенского парня. В общем, попал на службу в морскую пехоту римлян. Выхода у меня не было. А потом судьба привела меня в дом сенатора, где я увидел Юлию и влюбился в нее.

Федор умолк на мгновение, но нашел в себе силы продолжать. Ганнибал слушал не перебивая.

– Затем у нас была ночь любви прямо в доме сенатора. Наутро нас застали вместе. Я убил нескольких римлян и в тот же день, переодевшись, бежал в Карфаген. А Юлия… осталась. Лишь позже, когда мы уже вторглись в Италию, я узнал, что у нее есть ребенок.

– Теперь ясно, за что ты так ненавидишь Марцелла, – кивнул удовлетворенный Ганнибал, – Марцелл знает, что это твой сын?

Федор кивнул.

– И все равно предпочитает молчать, боясь молвы. Это ему не выгодно, – проговорил пуниец, уже рассуждая вслух, – ну что же. Сама судьба благоволит к тебе, Чайка. Если ты боялся, что я заберу Юлию в заложницы, то можешь забыть об этом. Даже если бы я приставил клинок к ее горлу, Марцелл все равно не сдался бы мне на милость. Так что эта жертва мне не нужна. Можешь жить спокойно и рассказать ей об этом. Ты собираешься признать мальчика?

Федор кивнул.

– Я хочу дать ему финикийское имя.

– Это возможно, – кивнул Ганнибал и многозначительно добавил, – правда, многие в Карфагене будут не в восторге от такого союза. Пока ты рядом со мной, я смогу вас защитить. Но имей в виду, что на другой территории я не всевластен. Помни об этом.

Намек был ясен. Но Чайку это не пугало. Казнь была отменена, а новая жизнь только начиналась.

– А кроме того, ты хорошо знаешь Тарент, – продолжал размышлять Ганнибал, – это надо использовать.

Глава шестая
Тайные тропы

В ту ночь Федор почти не спал от возбуждения и радости. Несмотря на желание немедленно усилить группировку войск на подступах к Таренту, Ганнибал разрешил ему коротко навестить Юлию и сообщить последние новости, однако время выступления менять не стал. И Федор условился, что двадцатую хилиархию отведет к месту новой дислокации Урбал, неплохо справившийся со своими временными обязанностями при осаде Рима. А он, побывав на берегу, присоединится к войскам уже на месте.

– Ну ты даешь, – только и развел руками Урбал, когда Федор, едва появившись вечером в лагере и снова обосновавшись в шатре командира хилиархии, который временно занимал Урбал, вызвал к себе отсутствующих по делам службы друзей.

– И Ганнибал теперь все знает? – озадаченно переспросил Летис, который не все понял с первого раза.

– Знает, – кивнул радостный Федор, который так и не присел с той минуты, как увидел и обнял друзей, – оказывается, он уже полгода об этом знает, но молчит.

– Интересно, – проговорил рассудительный Урбал, слегка обидевшись, – мы вот, с Летисом, тоже ничего полгода об этом не знали.

– Я не мог рассказать никому, – извинился перед друзьями Федор, – сами понимаете, все же дочь римского сенатора среди солдат нашей армии.

– Да уж, завязал ты узелок, – кивнул Урбал, принимая извинения. – И Ганнибал тебя ни в чем не обвинял при встрече?

– Да так, – отмахнулся Федор, – по мелочам. Пришлось рассказать свою подноготную.

И Чайка рассказал теперь друзьям те моменты своей биографии, которые раньше был вынужден скрывать даже от них, решив, что теперь таить их нет никакого смысла. Выслушав все детали его службы римлянам и побега в Карфаген, друзья некоторое время молчали, переваривая.

– Удивил ты меня, Чайка, – только и сказал озадаченный здоровяк, присев на скамейку рядом со столом, где Федор рассматривал карту с последними добытыми разведкой сведениями о расположении римлян.

– Теперь мне многое понятно, – нарушил затянувшуюся тишину Урбал, проведя рукой по ножнам фалькаты, – я, конечно, не Ганнибал, и сотен шпионов у меня нет, но кое-что странное в твоем поведении мне уже давно бросалось в глаза. Хорошо, что теперь ты развеял мои подозрения.

– А ты что, решил, что я служу римлянам? – ухмыльнулся Федор.

Урбал неопределенно пожал плечами.

– Нет, но я не мог найти объяснения твоим поступкам. А это меня настораживало. Было ясно, ты что-то скрываешь. Хорошо, что ты решил нам все объяснить прямо сейчас.

– А я рад, что все закончилось, – выпалил Летис не любивший долгих объяснений, – предлагаю обмыть это дело кувшином хорошего вина. Мы тут сегодня захватили одного греческого торговца, который пытался проскочить в Тарент мимо наших кордонов с несколькими возами отменного вина. Я уже откупорил одну амфору, – отличная вещь. Говорят, римляне дают за это вино хорошие деньги.

– Не откажусь! – махнул рукой Федор, – тащи сюда пару амфор прямо сейчас. Поскольку утром я снова вас оставлю на денек-другой.

– Как это? – опешил Урбал, проводив взглядом Летиса, уже прошмыгнувшего к выходу из шатра, – ведь утром мы выступаем в сторону Тарента.

– Да, я знаю, – отмахнулся Чайка, с лица которого не сползала радостная ухмылка, – но Ганнибал разрешил мне в этот раз по любовным делам посетить порт на побережье и сообщить Юлии, что она может больше не скрываться. Он берет нас под свою защиту.

– Повезло тебе, Федор Чайка, – обрадовался за друга Урбал, но, подумав, добавил, – однако я бы на твоем месте не слишком часто показывался с ней на людях. Она все же римлянка. А война еще не закончена. Мало ли что.

– Не беспокойся, – ответил командир хилиархии, – я не собираюсь бывать с ней на пирах. Во всяком случае пока.

Он прошелся мимо столика со свитками и, обернувшись, добавил.

– А что касается нашего выступления, то к Таренту хилиархию поведешь ты. До сих пор ты неплохо замещал меня. Придется сделать это еще разок. А я присоединюсь к африканцам уже на месте, Атарбалу я уже сообщил. Думаю, это займет не больше нескольких дней.

– Ладно, решай свои любовные дела, – согласился Урбал, – а мы за тебя повоюем.

– К началу войны я успею, – уверил его друг, – мне не терпится снова схватиться с римлянами. Тем более что в городе сейчас сам Марцелл.

Урбал поднял на него удивленные глаза, но спросить ничего не успел. В шатер медленно вошел Летис, который тащил на плече объемную амфору из красной глины, узкое горлышко которой было запечатано какой-то смолянистой массой. За ним вошли еще двое солдат, которые еле донесли еще одну.

– Ну вот, – удовлетворенно произнес здоровяк, вертикально опуская свое сокровище на покрытый ковром пол, – сейчас мы ее раскупорим. Кладите вторую в том углу.

Последние слова относились к пехотинцам, которые с трудом уложили амфору на ковер и вышли. Федор оглядел сосуд: тот имел узкое горло, расширение в середине, от которого отходило две ручки, и остроконечное дно. Этот сосуд никак нельзя было поставить, а можно было только положить. Что и сделали солдаты. Но Летис и не думал класть массивную амфору. Вместо этого он, придерживая ее рукой, вынул из ножен один из своих любимых кинжалов и огляделся по сторонам.

– Как ты собираешься наливать вино? – уточнил Федор, – ведь эта амфора слишком большая и предназначена, скорее всего, для его перевозки. Смотри, у нее даже нет других отверстий, кроме верхнего.

– Сейчас разольем, – не смутился Летис. – Тут есть какой-нибудь кувшин?

Федор осмотрелся в поисках емкости. На другом столике в углу, который он иногда использовал, для того чтобы наскоро перекусить, и Урбал в его отсутствие делал то же самое, стоял небольшой кувшин и рядом чаша.

– Один есть, – озвучил Чайка то, что все и так уже видели.

– Отлично, подтащи-ка его сюда, – приказал он командиру хилиархии и добавил, когда Федор, не споря, выполнил этот приказ рядового: – и подержи.

А потом, проделав кинжалом аккуратное отверстие в застывшей смоляной пробке, подхватил амфору и осторожно стал приподнимать, до тех пор, пока из нее не полилась красная ароматная жидкость, быстро наполнившая кувшин.

– Придется пить из одного, – ничуть не расстроился Летис, опуская амфору на пол и снова прихватывая ее за глиняную ручку, – вы первые.

Так он и стоял «на разливе», пока друзья, опрокинув, каждый по кувшину, не распробовали вино. А когда очередь пить дошла до самого Летиса, то его «пост» временно занял Урбал.

– Крепче держи за ручку, – посоветовал здоровяк из Утики, – а то опрокинется.

И почти залпом выпил кувшин, опрокинув его в свою глотку.

– Отлично вино, – еще раз подтвердил он, когда высосал все до капли.

– А куда, ты говоришь, направлялся хозяин этого каравана, – вдруг отчего-то вспомнил слегка захмелевший Федор, – в Тарент?

– Ну да, – ответил Летис, снова занимая свой пост «у краника», – он сам грек из местных.[4]4
  Тарент, как и многие города в Южной Италии, был основан выходцами из Греции. В?прежние времена, воюя за свою независимость с окрепшим Римом, они не раз призывали на эти земли греческие армии. Последнее и наиболее мощное вторжение по их просьбе было организовано царем Пирром Эпирским.


[Закрыть]
Вот и пытался протащить вино на продажу. Там легионеры умирают от жажды, дожидаясь нашего штурма.

– Это хорошо, что он сглупил и не повез его морем. Ты никуда не отпускай этого торговца до моего возвращения, – обернулся Федор к Урбалу, – у меня тут мысль одна возникла.

– Ладно, – кивнул Летис, допивая очередной кувшин.

– И еще, – вдруг стал серьезным Федор, у которого в голове уже созрел план, – не вздумай выпить все вино. Сколько там было возов?

– Четыре огромных, наполненных до краев амфорами, – пробормотал озадаченный новым приказом здоровяк.

– Вот пусть хотя бы три останется, – подвел черту Федор.

– Выполним, раз надо, – нехотя подтвердил Летис, вытирая рот рукой.

На рассвете, вздремнув в шатре несколько часов, отдохнувший и окрыленный командир двадцатой хилиархии вновь умчался в сторону побережья, взяв с собой сотню нумидийцев во главе с Угуртой. Морпехов Федор взять не мог, поскольку пешком он не обернулся бы за пару дней, а тяжелых испанских всадников Магарбал ему просто не дал, – они были слишком ценной боевой силой, чтобы брать целую сотню себе только в качестве эскорта. А нумидийский вождь не раз был им проверен в боях, и сами нумидийцы вполне подходили на роль отряда сопровождения.

Проведя весь день в седле и едва не загнав коня, Федор к вечеру следующего дня снова был у ворот уединенного каменного дома. Спрыгнув с коня, он скользнул взглядом по видневшимся недалеко внизу корабельным мачтам наполовину вытащенных на берег квинкерем и в нетерпении забарабанил в массивную дверь. Чернокожие нумидийцы, образовав полукруг, остановились за его спиной, перегородив дорогу.

– Ждите здесь, – приказал Угурте Федор, указав на обширную поляну по соседству, – можете разбить лагерь. Утром поскачем обратно.

Темнокожий Угурта, различимый в быстро наступающей тьме только по белозубой улыбке и тунике, едва заметно кивнул. На счет лагеря Федор, выучивший за последний год пару слов на их языке, сказал скорее для порядка. У нумидийцев с собой не было ничего, кроме оружия. И эту ночь им предстояло провести под открытым небом. Но обрадованного последними событиями командира хилиархии это сейчас совсем не волновало. Нумидийцы тоже солдаты, ко всему привыкли.

– Кто там? – раздался за воротами недовольный голос охранника.

– Это я, Чайка, – сообщил он в нетерпении, – открывай.

Массивные ворота со скрипом отворились, и Чайка, ведя под уздцы коня, оказался во дворе, где уже находилось пятеро охранников. Как и положено.

– Простите за ожидание, – поспешил извиниться облаченный в полные доспехи охранник, бывший почему-то за старшего, – мы не ждали вас так быстро назад.

– Ничего, – отмахнулся Чайка, – я сам не ожидал, что приеду.

– Где командир охраны? – уточнил Федор, осматривая погруженный в сумерки сад.

– Он уехал в город и должен скоро вернуться, – был ответ.

«Не он ли служит осведомителем Ганнибала, – промелькнула мысль в голове у Чайки, – я, конечно, его давно знаю и не раз проверял, но кто-то поставлял главнокомандующему информацию уже целых полгода. А лучшей кандидатуры, чем начальник охраны, который единственный может покидать дом по своему усмотрению, и не придумать. Впрочем, это уже не важно».

– А где сейчас госпожа? – спросил Федор, немного успокоившись.

– Она уже спит, – ответил солдат, бросив взгляд через его плечо на отряд нумидийцев в белых туниках, который медленно перемещался в сторону ближайшего поля, словно собрание призраков.

Бросив поводья охраннику, Федор прямиком направился в спальню. Как ни старался он ступать осторожно своими подкованными башмаками, но все же случайно опрокинул лавку в большой комнате, где еще не погасли свечи. Раздался грохот и Федор решил, что испугал Юлию и ребенка. Но, к счастью, они еще не спали.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Поделиться ссылкой на выделенное