Александр Мазин.

Малышка и Карлссон-2, или «Пища, молчать!»

(страница 3 из 34)

скачать книгу бесплатно

   – Нет, – перебил хозяин «Шаманамы», – так дело не пойдет. Давай познакомимся сначала. Ты – Дима. Я – Коля. – Он протянул руку, очень, кстати, похожую на лапищу Карлссона. – Коля Голый. Друзья моих друзей – мои друзья. Теперь место знаешь – приходи. И спасибо, – он взял фляжку и сунул в карман. – Нужная вещь. Всегда пригодится.
   Он уже собрался встать, когда Катя сказала:
   – Николай… А можно спросить?
   – Коля. Коля Голый. Можно. Спрашивай.
   – Федот… Как его здоровье?
   – Федота? Думаю – в норме. А что такое?
   – Да нет, ничего. Просто спросила. Сегодня ведь его не будет, да?
   – Не будет. Но подарочек мне прислал. Вчера. А тебе привет. Классное, сказал, тачило. Ну, отдыхайте, – хозяин «Шаманамы» поднялся и двинулся к стойке.
   – Что за Федот? – спросил Дима.
   – Бандит, – сказала Катя. – Который у нас «порше» купил.
 //-- * * * --// 
   Было два часа пополуночи, когда потрепанный джип с черными армейскими номерами свернул с трассы на проселочную дорогу. Еще через полчаса он уткнулся в «кирпич» и остановился.
   Из джипа вылезли двое. Третий, водитель, остался в машине.
   Вид у пары был специфический. Таких обычные граждане стараются обходить стороной. И правильно делают.
   – Не-е, я не понял! И где твой проводник? – спросил один из троицы, тот, что повыше ростом.
   – Сейчас будет, – сказал второй. – Всё путем, Федот, не парься. «Коридор» откроют только через полчаса… А… Вот и он!
   На проводнике была полевая армейская форма без знаков. Лица не разглядеть: он старался держаться вне освещенной фарами полосы.
   – Как дела у Хамида? – спросил он у того, что пониже.
   – Крутится. Как у нас, нормально?
   – Угу. Деньги при вас?
   – Конечно, – тот, что пониже, сунул проводнику свернутые в трубочку купюры.
   – Здесь половина, – сказал он. – Вторая – по ту сторону. Как договорились.
   – Угу, – проводник сунул купюры в карман. – Навьючились и вперед.
   Двое приехавших на джипе надели рюкзаки.
   – Попрыгали и побежали, – сказал проводник. – А ты давай отсюда, – велел он шоферу.
   – Чё тут прыгать… – недовольно проворчал Федот. – Всё проплачено.
   – Проплачено, – согласился проводник. – Но борзеть не надо. И «пушку» брать тоже не надо было.
   – Об этом уговора не было! – возразил Федот.
   – Дело твое, – пожал плечами проводник. – С чухонскими полицаями сам разбираться будешь.
   – Я разберусь. – В негромком голосе чувствовалась угроза.
   Проводник хмыкнул, но спорить не стал.
   – Значит так, – сказал он. – Идти четко за мной.
Не шуметь, не болтать, фонари не включать. По полосе отчуждения идти за мной след в след. Я вывожу вас через кордон к месту, где вас будет ждать машина. Там мы расплачиваемся и забываем друг о друге навсегда. Всё поняли?
   – Поняли, не дебилы, – проворчал Федот. – Пошли, Сусанин.

   Было три часа двадцать минут, когда проводник остановился.
   – Граница, – произнес он негромко.
   – Это граница? – удивился тот, что пониже.
   Вокруг был тот же лес, те же деревья, что и в километре отсюда. – А где прожекторы, вышки?
   – Это граница, а не зона, – насмешливо сказал проводник. – Помните: за мной след в след.
   И двинулся дальше.
   – Ни хрена себе граница… – бурчал себе под нос тот, что пониже ростом. – За что тут бабки платить. Я бы сам, легко…
   – Заткнись, – прошипел Федот, и низенький заткнулся.
   Они вышли на вырубку. Стало немного светлее. Земля под ногами была рыхлая и мягкая. Через полсотни шагов наткнулись на преграду: забор из натянутой на столбы колючей проволоки. Поверх проволоки кто-то заботливо набросил брезент.
   Трое перебрались на ту сторону и через пять минут снова оказались в лесу.
   – Всё, – сказал проводник с заметным облегчением. – Прошли.
   – А чухня? – спросил тот, что пониже.
   – Финикам без разницы, – сказал проводник. – Они… – и остановился так резко, что шедший за ним высокий толкнул его в спину.
   – Ты что?
   Проводник не ответил.
   Прямо перед ним стоял человек. Крупный, рослый, повыше Федота. Рядом с человеком – силуэт поменьше. Собака.
   И пес и человек молчали.
   – Я не понял… – очень неприятным голосом процедил Федот. – Что за дела?
   Он вытянул из кармана пистолет и засунул под ремень.
   – Только без пальбы, ладно? – прошипел проводник. – Я разберусь, ясно?
   Он быстро произнес что-то по-фински.
   Человек молчал. Просто стоял и все. И пес у его ноги, темное пятно, почти теряющееся на фоне кустарника, тоже не шевелился.
   Проводник сказал еще что-то… Никакого ответа.
   – Это не погранец, – прошептал он.
   Проводник вспотел. Вообще-то у него были крепкие нервы. Но сейчас ему почему-то стало страшно.
   А вот Федоту страшно не было.
   – Это есть темпераментный финский парень? – произнес он издевательски. – Раз он не погранец, так скажи ему, чтобы валил, пока не завалили. Ну, давай.
   Проводник произнес третью фразу.
   И неизвестный наконец соизволил ответить. Голос у него оказался высокий, резкий и очень неприятный.
   – Чё он бакланит? – спросил Федот.
   – Н-не понимаю, – пробормотал проводник. – Это не на финском.
   Незнакомец сказал еще что-то, при этом поднял руку и указал на Федота.
   При этом глаза его внезапно вспыхнули огнем. Как у волка.
   Проводника пробил холодный пот. Он попятился, натолкнулся спиной на Федота. Тот отпихнул его в сторону. Щелчок – и луч фонаря полоснул по стоящим на тропе.
   Человек с неожиданным проворством метнулся в сторону – проводник успел заметить длинные светлые волосы.
   «Женщина?» – удивился он.
   …А собака замешкалась, взвизгнула…
   «Никакая это не собака!» – успел понять проводник.
   В следующий миг страшный удар в висок бросил его на землю. Когда спина проводника коснулась травы, он умер.
   Боковым зрением Федот поймал движение справа (еще один, громадный, как медведь!), стремительно развернулся, одновременно выдергивая из-под ремня пистолет. Патрон – в стволе. Только нажать на спуск… Не нажал.
   Раздался хруст. Федот еще успел понять, что это хрустят, ломаясь, его пальцы, а в следующий миг два стальных поршня воткнулись ему в горло, сминая плоть и ломая хрящи. Голова запрокинулась, позвоночный столб лопнул и далеко не безгрешная жизнь правильного пацана оборвалась.
   Третий, тот, что пониже ростом, завопив, бросился наутек. И прожил на целых полминуты дольше остальных.

   Убивший Федота присел рядом с трупом, пошарил у мертвеца за пазухой – нашел цепь, сорвал ее с шеи мертвеца и протянул своей спутнице. Та взяла, но тут же с отвращением бросила цепь на землю.
   Убийца что-то проворчал неодобрительно, подобрал цепь и спрятал. Потом негромко свистнул. Маленький, тот, кого поначалу приняли за собаку, выскользнул из зарослей, присел на корточки рядом, тихонько пискнул.
   Здоровяк потрепал его по круглой голове и легонько подтолкнул. Это было разрешением, и маленький с радостным урчанием припал к разорванному горлу Федота…

   Спустя месяц финские пограничники нашли в лощине останки троих контрабандистов. Плоти на объеденных трупах почти не осталось. Но остались документы, шестьсот граммов героина, полторы тысячи долларов и пистолет ТТ.
   Вызванная пограничниками полиция на основании имеющихся материалов сделала единственно возможный вывод: к смерти трех нарушителей границы человек непричастен.
   Человек непременно забрал бы если не героин и оружие, то деньги – наверняка.
   Дело было закрыто. Кого интересуют трое съеденных зверьем русских?
   Впрочем, задолго до пограничников трупы нашел кое-кто еще. И, в отличие от полицейских, понял, что здесь произошло на самом деле.
 //-- * * * --// 
   – Завтра тут тоже будет весело, – сказал Коля Голый. – Так что приходите.
   Они стояли у выхода. Прощались. Дима чувствовал, что он немного перебрал, но на ногах стоял твердо. И соображал нормально. По крайней мере ему так казалось. Катя была немножко трезвее. Немножко. И только Карлссон был совсем трезвый. С виду.
   – Давайте, подгребайте, – пригласил Коля. – Всё за счет заведения. Правда, меня уже не будет. Мы с братвой в Скандинавию едем.
   – А куда? – спросила Катя. – В Стокгольм?
   – Сначала – в Стокгольм, а там видно будет.
   – Мне тоже надо в Стокгольм, – сообщил Карлссон.
   – Так давай с нами, братишка! – обрадовался Коля. – Реально, присоединяйся. Хочешь, байк тебе подыщем?
   – Угу, – кивнул Карлссон. – Байка не надо. Но с вами я поеду. Когда?
   – Как проспимся, созвонимся – и тронемся. А то давай, оставайся. У меня переночуешь. У тебя всё, что нужно, – с собой?
   – Угу, – подтвердил Карлссон.
   «Ничего у него нет, – хотела сказать Катя. – Даже паспорта…»
   Но не успела. Как раз в это время Дима ее сгреб и принялся целовать. Это было довольно приятно, но Катя тем не менее высвободилась из Диминых объятий.
   – Иди, Димочка, подожди меня, пожалуйста, снаружи. Я сейчас…
   – Как же ты завтра поедешь? – спросила она Карлссона. – Вот так, без ничего? Без денег, документов, вещей… И без меня?
   – Конечно, без тебя, – ответил тролль. – Ты мне только руки свяжешь.
   Заметив, что Катя обиделась, добавил мягко:
   – Не обижайся. Я же не развлекаться еду.
   – Знаю, – Катя вспомнила о Ротгаре, и у нее по спине пробежали мурашки. – Хочешь догнать того эльфа?
   – Догнать и убить, – с серьезным видом кивнул Карлссон.
   – А если он тебя?
   Карлссон пожал плечами. Этот жест можно было растолковать и как полную уверенность в собственных силах, и как покорность судьбе – что будет, то и будет. Катя вздохнула:
   – Ну ладно, если надо… Поезжай с байкерами, я не напрашиваюсь.
   Карлссон справится. Тем более с ним будет Хищник.
   – Катенька, мы идем? – раздался от дверей голос Димы.
   Катя оглянулась, схватила тролля за руку и заглянула ему в глаза. Она и сама толком не знала, зачем сделала это, – может быть, просто хотела себя успокоить. Она не была уверена, что стоило серьезно относиться к ощущению близкой смерти бандита Федота, которое посетило ее, когда она коснулась его руки.
   Но на этот раз она, к счастью, ничего подобного не почувствовала. Никаких предчувствий. Катя улыбнулась и поцеловала тролля в щеку.
   – Ну, доброго пути. Хоть будь там поосторожнее. И возвращайся побыстрее.
   – Кать! – раздался недовольный голос Димы. – Ты скоро?
   Катя отпустила руку Карлссона и вышла.

   Так вот Карлссон остался в «Шаманаме», а они с Димой отправились к Лейке. Времени было – два часа пятьдесят минут. Ночи, разумеется.


   Устроились тролль-охотник с троллем-хищником на работу в клинику по решению сексуальных проблем.
   Охотник – психологом, хищник – медбратом.
   Приходит к ним как-то эльф.
   – Какие проблемы? – спрашивает его Охотник.
   – Хочу мужиком стать, – говорит эльф.
   – Какие проблемы. Становись, – разрешает Охотник.
   – Не, вы не поняли. Хочу крутым мужиком стать! Чтоб мужское достоинство – аж до самого пола!
   – Какие проблемы, – говорит Охотник. – Хищник, откуси ему ноги.

   Несмотря на позднее время, на Невском сияли витрины и шлялся народ – наверно, потому что ночь была не по-августовски теплая. Может быть, последняя теплая ночь лета.
   – Давай погуляем? – предложила Катя. – Посмотрим, как мосты сводят-разводят. Заодно проветримся. А то у меня в голове шумит – я пива выпила, наверно, не меньше литра…
   – Ха, литра! – пренебрежительно изрек Дима. – Я вот не меньше шести кружек… Да это что! Помню, мы с пацанами взяли два ящика на четверых! Это получается на человека…
   Дима принялся высчитывать, но, заметив, что тема Кате неинтересна, бросил. Гулять же к мостам отказался, сказав, что натер пятку. На самом деле ничего он не натер, а сказал так с умыслом.
   Когда свернули на набережную Фонтанки, а потом в подворотню Лейкиного дома, стало темно, как в бочке. Катя на ощупь набрала код на решетке. Во дворе-колодце среди кустов загадочным зеленым пятном светился фонарь.
   – А как мы в дом попадем? – встревожился Дима. – Что-то я не уверен, что Лейка нам откроет.
   – Ее вообще дома нет, – легкомысленно ответила Катя. – Она к Наташке на дачу уехала. А у меня ключ есть.
   – Отлично! – воодушевился Дима. – Просто классно!
   Свет на лестнице не горел.
   – Во, нормально! – Возмущенный голос Димы эхом отразился от стен лестничной коробки. – Это называется элитный дом!
   – Наверно, просто выключили, – предположила Катя, ощупывая ближайшую стену. – Черт, не могу найти, где тут…
   – Ладно, что мы, дверь не найдем? Дай руку!
   Дима схватил Катю за руку и потащил за собой по лестнице наверх. Катя споткнулась в темноте, вскрикнула. Дима остановился, подхватил ее, сгреб ее в объятия и принялся с жаром целовать.
   – Димка! – сдавленно пискнула Катя между поцелуями. – Пусти! Давай хоть до квартиры дойдем!
   – Давай, – пробормотал Дима, неохотно отпуская девушку.
   В прихожей у Лейки горел свет. На полу валялась раскрытая сумочка и запыленные босоножки.
   – Может, Лейка вернулась? – предположила Катя.
   – Лейка! – крикнула она.
   Никто не отозвался. Квартира как вымерла, только где-то текла вода из крана.
   Погрустневший было Дима просиял.
   – Может, она спит? – предположила Катя.
   – Да ладно – спит… Нету ее! – Дима наклонился, чтобы расшнуровать ботинки, потерял равновесие и чуть не упал. Катя поглядела на него и заметила, что взгляд у бойфренда шалый, даже слегка безумный.
   – Что с тобой? – лукаво спросила она. – Ты сегодня какой-то взвинченный. На себя не похож. Может, тебе лучше спать лечь? Я тебя в гостиной на полу устрою. Давай?
   – Спать? – усмехнувшись, повторил Дима. – Давай лучше выпьем чего-нибудь. Тут у Лейки где-то бар был. Как ты относишься к мартини?
   – Хватит с меня пива в «Шаманаме», – отказалась Катя. – Лучше я чай поставлю. Я в одном журнале читала, что после выпивки надо пить побольше жидкости, а то наутро будет болеть голова.
   По дороге на кухню Катя на всякий случай заглянула в ванную – вдруг Лейка уснула прямо там? Однако Лейки и в ванной не оказалось. Из крана сочилась вода. На полу валялось полотенце и Лейкины трусики. Катя автоматически завернула кран, шагнула из ванной в коридор – и налетела на бесшумно подкравшегося Диму, который легко подхватил ее на руки и куда-то понес. Катя обняла его за шею и с подозрением спросила:
   – Куда это ты меня тащишь?
   – Не бойся, не уроню.
   – А я и не боюсь!
   Дима плечом распахнул дверь и занес Катю в неосвещенную гостиную. Свет он включать не стал, а направился в ту сторону, где, как он помнил, находился диван. Вскоре он наткнулся на край дивана, чертыхнувшись, уронил на него Катю и сам упал рядом с ней.
   – Блин! Не ушиблась?
   Катя только рассмеялась Димкиной неловкости. Дима же, убедившись, что Катя цела, прижался к ней и принялся целовать. Катя с удовольствием отвечала на поцелуи. Потом она почувствовала его руку на своей груди и чуть отстранилась.
   – Эй, ты что делаешь?
   – Пуговицы расстегиваю, – пробормотал Дима.
   С кофточкой Дима разобрался на счет «раз» и занялся молнией на Катиных джинсах.
   – Димка, не увлекайся!
   – Лежи, лежи, – ласково прошептал Дима. – Все будет нормально.
   – Ты чего, всерьез?
   – Серьезней не бывает.
   Катя попыталась сесть, но Дима крепко обнял ее и заставил лечь обратно.
   – Да что это такое! – рассердилась Катя. – Что за насилие! Отпусти немедленно!
   Почувствовав, что Дима ее уже не держит, она вскочила с дивана, отошла к окну и, сердито сопя, принялась застегивать кофту.
   – Ну и почему? – донесся с дивана Димин обиженный голос. – Что я не так делаю?
   Катя буркнула что-то банальное насчет наглости и распускания рук, чувствуя, что говорит не то. Она не могла внятно объяснить даже себе, почему она отталкивает Димку. Ведь он ей нравился, и она, в принципе, была не против, но… Не здесь, и не так. В том, чтобы спьяну тискаться на чужом диване, не было никакой романтики. Катя втайне мечтала, что у нее все будет как-то потрясающе и необыкновенно… Даже тогда, с Ротгаром, когда было дико страшно, и она понимала, что любовь тут ни при чем, а ее вот-вот убьют… какие это были невероятные, сильные переживания! А тут всё как-то… неправильно. По́шло и скучно.
   – Кать, ты что, боишься? – вкрадчиво произнес Дима. – Так я аккуратненько… я знаю, как надо…
   – Ох, лучше отстань, – вздохнула Катя.
   Дима поднялся с дивана, подошел к ней и нежно обнял за плечи.
   – Катенька… – едва слышно спросил он ее в самое ухо. – Разве я тебе неприятен?
   От Димки пахло пивом. Катя вдруг почувствовала, что раздражается.
   – Да, неприятен, – и дернула плечом, стряхивая его руки.
   Оскорбленный Димка отступил назад.
   – Что ж ты раньше не говорила, что я тебе противен? – язвительно спросил он. – Раз так – извини. Больше не буду тебе докучать!
   Катя услышала, как Дима вышел из комнаты. Небо за окном уже светлело. Кате вдруг стало как-то грустно.
   В прихожей Димка что-то уронил и прошипел грубое ругательство.
   «Может, зря я с ним так резко? – подумала Катя. – Он же не хотел ничего плохого. Он меня любит, естественно, что ему хочется всего такого…»
   Надо его вернуть и помириться. Попытаться хотя бы объяснить, что он не плохой и не противен, а просто сейчас неподходящий момент…
   – Димка! – решившись, тихонько позвала Катя.
   В ту же секунду с грохотом захлопнулась входная дверь. Димка ушел, разочарованный и злой. Катя не стала его догонять. Она пошла на кухню, поставила чайник и задумалась о Димке и своей горькой девичьей судьбе.
   – Вот теперь и сиди тут одна, как дура, – сказала она себе, подводя итог раздумьям. Потом зевнула, выключила чайник и пошла спать.

   Злющий Димка шел напрямик через дворы в сторону метро «Маяковская», почти не замечая, куда его несут ноги.
   Он думал о Кате и о постигшем его неожиданном и несправедливом обломе. «Ну что я не так сделал? – думал он, минуя спящие дворы-колодцы и непроглядный мрак подворотен. – Это она такая дура, или я чего-то напортачил? Всё же было замечательно. Пустая квартира, мы оба выпили, расслабились… И вдруг такой облом. Может, у нее еще кто-то есть, кроме меня?»
   Димка азартно принялся прикидывать, кто бы это мог быть. Если бы у него возник повод начистить кому-нибудь морду, это бы его слегка утешило. Хотя если это, к примеру, Коля Голый… Такому, пожалуй, начистишь…
   Нет, вряд ли. Если бы это был Коля, он не стал бы на глазах у Кати обниматься с этими голыми девками…
   Вспомнив о том, что началось в «Шаманаме» незадолго до их ухода, Дима почувствовал возбуждение. Такого количества голых сисек он раньше не видел даже по телевизору. Эх, если бы он остался, ему бы, наверно, тоже что-нибудь… А Катя утянула его прямо-таки силой. Увела – и обломила. Нет, ну правда обидно! Вон Стасик только познакомится с девчонкой – и она тут же у него в постели. А чем он, Дима, хуже? Да ничем! Вот купит машину, тогда… Тогда вообще всё! Всё у него будет. А Катя… Да ну ее!
   Тут Дима вспомнил, что у Стасика, такого умелого и ловкого по части секса, с Катей тоже ничего не вышло – и злорадно усмехнулся. Но тут же пригорюнился опять. Наверно, он все-таки что-то не так сделал. Схватил, начал раздевать… А как было надо?
   Уж себе самому Дима мог признаться: не знает он, как надо. Что бы он там ни говорил Кате, а опыта общения с женщинами ему не хватало. Катастрофически не хватало.
   «Куплю себе шлюху! Вот завтра и куплю. Заплачу ей как следует – и пусть она меня всему научит!» – решил он.
   И неожиданно обнаружил, что стоит напротив глухой кирпичной стены. Стену украшала аккуратная железная дверь с глазком и крылечком. Над дверью горела лампочка, почти не освещающая темный двор. Других выходов, кроме того, которым пришел Дима, поблизости не наблюдалось. Тупик, что ли? Только этого не хватало! Теперь еще и назад переться придется!
   И тут железная дверь в стене медленно открылась, и в дверном проеме возникло, выступая из тьмы, чудесное видение. Невероятно прекрасная девушка с светлыми распущенными волосами до талии, едва прикрытая прозрачным пеньюаром, стояла, босая, на пороге, глядела прямо на него и улыбалась.
   Дима застыл, как зачарованный.
   «Ну все. Глюки пошли, – беспомощно подумал он. – На почве эротических переживаний и обломов. Как там называется – сублимация… или депривация… забыл…»
   Таращась на видение, Дима забыл обо всем на свете. Красавица прищурила огромные синие глаза и насмешливо улыбнулась.
   – Я тебя помню, – знакомым певучим голосом сказала она.
   Вдруг Дима тоже узнал ее.
   – Добрый вечер, – с трудом выдавил он. – Добрый вечер, Карина.
   – Добрая ночь, – уточнила эльфийка. – Здравствуй, Дима.
   – Я просто шел мимо и случайно забрел в ваш двор… – пробормотал Дима.
   – Случайно? – Карина мелодично рассмеялась. – Никаких случайностей, мальчик. Тебя привел сюда знак.
   – Какой еще знак? – вконец растерявшись, пробормотал Дима.
   – Вот этот, – промурлыкала Карина и взяла Диму за левую руку.
   От этого прикосновения его бросило одновременно в жар и в холод. Карина стояла совсем близко. Одной рукой она держала его запястье (между прочим, довольно крепко), а другой легко водила по внутренней стороне его руки возле ладони.
   – Вот он, мой знак. Ты не видишь его, но он есть.
   – Что значит – ваш? – пролепетал Дима.
   – То и значит – мой, – снисходительно сказала эльфийка. – Метка. Тавро. Знак того, что ты принадлежишь мне.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Поделиться ссылкой на выделенное