Александр Маслов.

Черная корона Иссеи

(страница 1 из 35)

скачать книгу бесплатно

 -------
| bookZ.ru collection
|-------
|  Александр Маслов
|
|  Черная корона Иссеи
 -------

   От Варольда слишком долго не было вестей. Поэтому Изольда тревожилась, ходила в огромных комнатах замка, представлявшихся теперь холодными и пустыми. Выбегала в сад, долго бродила меж клумб ирисов и нежных роз; сетовала, что не отправилась в Иальс со свитой Луацина. Ведь король так просил присоединиться к нему в поездке! И был к этому повод. И была собственная цель – Варольд. Изольда должна, должна была скорее увидеть милого магистра, с которым ее столько лет разлучала судьба и ничем необъяснимые капризы их личных отношений. Если прежде рядом с Варольдом была либийка-Селла, затем Арсия, если за этими двумя женщинами путь в Олмию Кроуну был заказан, а сама Изольда последние двадцать лет, словно выполняя тайную волю богов, отдала себя воспитанию Астры, то теперь… Что теперь могло помешать ей, соединить жизнь с Варольдом Кроуном – единственным мужчиной, который был по-настоящему дорог ей со времен Голорской войны и по сей день, с мужчиной, который сам страдал по ней всю жизнь в нечеловеческих муках?
   Снова и снова Изольда Рут пыталась связаться с ним ментально. Вечерами она проводила время возле хрустальной сферы в блеске высоких свечей, вглядываясь в туманно-золотистые тени и всеми силами призывая Варольда, но магистр молчал. Это казалось невероятным – разве мог он не слышать ее, не ответить на долгий и страстный призыв. А в последний раз, склонившись над шаром и едва не зарыдав от собственного бессилия, Изольда вдруг увидела в глубине хрусталя дом Кроуна жадно объятый огнем. Только теперь она поняла то, что раньше отказывался принимать ее разум: с магистром стряслась беда, а в Иальсе происходило что-то непонятное и страшное. Оголившиеся вдруг, дрожащие судорогами чувства говорили ей, что во всем снова повинен Канахор Хаерим. Изольда вскочила с кресла и, до боли заломив руки, произнесла:
   – Я уничтожу тебя! Если только что-то случиться с ним! Если что-то с моим Варольдом!..
   Быстрым шагом она направилась через галерею к башне, поднялась по лестнице мимо изваяний змеев. Подошла к длинной полке, уставленной бронзовыми статуэтками, фарфоровыми сосудами и протянула руку к бусам, подаренным Варольдом после его либийских скитаний. Пальцы нервно перебирали теплые кусочки бирюзы с рунными знаками, а рассудок терзали мысли, что все, вопреки ее стараниям, возвращается. Тронутая однажды история Черной Короны Иссеи, опасная, злая история, нити которой держат бессмертные, не даст уже покоя никому. И первыми жестоко пострадают из-за нее Варольд и… Астра. Потому что Астра – его дочь. Потому что от самого рождения боги лишили ее покоя, и даже самая хитрая магия не властна над ее судьбой.
   Сжав в ладони бусы, магистр поднялась наверх и принялась выкладывать на стол изумруды и кровавые карбункулы из ларцов.
Достала несколько полных золота, тяжелых кошелей и еще один пустой, отложив туда несколько монет и пару невзрачных аметистов. Сложила все в прочную кожаную сумку с гербом и села за письмо, которое должна найти утром на столе старая служанка. Мысли вились туманными прядями, путались. Долго магистр не могла сложить нескольких фраз, объясняющих ее исчезновение и в тоже время скрывающих ее истинные намерения для королевского двора Лузины. Этот двор, жадный до сплетен и опасных интриг, особо неспокойный после убийства Луацина и внезапного возвышения Маруса, оттеснявшего принца Ирвида, стал липкой паутиной для нее. Она долго думала, все-таки написала что-то, оставила внизу изящные завитки первых букв своего имени. Сидела с четверть часа, безвольно глядя на звезды в открытом окне, слушая шелест ветра и треск фитилей в светильниках. Потом Изольда спохватилась, отыскала сумочку Астры, срезанную в бессмысленной попытке изменить судьбу ученицы, и положила ее рядом со своей дорожной сумкой.
   Свечи, расставленные по углам, вспыхнули красно и ярко. Взглядом прозрачно-синих глаз Изольда очертила охранный круг, повернулась к концентратору. На его хрустальных гранях мерцало пламя, в глубине звонкие струны эфира соединялись в звезду невидимой силы. Магистр рассыпала порошок, пахнувший сандалом и сонной травой, зачитала заклятие из «Эдоса» и сложила пальцы знаком Воли. Дверь Измерений открылась, будто выхваченная из тьмы ярким лучом света. Лиловые тени потекли волнами по стенам. В центре портала обозначилось ускоряющееся вращение.
   Скоро появился Херик. Он мягко спрыгнул на пол, чихнул и присел на четвереньки, глядя на мэги довольными, свекольного цвета глазами.
   – Что так грустна, божественная? – весс изогнул хвост, втянул ноздрями дразнящий запах приманки.
   – Нет причин радоваться. Давно нет, – Изольда Рут повесила обе сумки на плечо, синий кошелек с несколькими монетами и аметистами подвязала к поясу, оглядела разбросанные на столе и полках вещи.
   – А разве я не могу быть снова твоей радостью? Изольда, – он подполз и уткнулся мокрым носом в ее колени. – Вспомни, как ты раньше говорила. И садись скорее на меня – Херик не позволит тебе унывать. Почему только ты не вызвала меня раньше?! Почему так долго не вспоминала обо мне?!
   – Разве тебе было мало шалостей с Астрой? – Изольда слабо улыбнулась и, подведя проводника ближе к порталу, устроилась на его мохнатой спине. – Теперь она твоя хозяйка, а мне ты помогаешь лишь по старой дружбе. Давай к Двери, баловник! – мэги подтолкнула его вперед, весс с готовностью прыгнул в воронку междумирья.
   Темно-красный туннель принял их и неторопливо понес к багровеющему хелтхату.
   – Очень надеюсь, что мы летим на Аалир, – промурлыкал он, повернув голову и с довольством прищурившись.
   – Не надейся. Это слишком долго, мой пушистый. Слишком! Я не могу себе такое позволить. Мне нужно в Иальс. Чувствую, там стряслась беда. И не сердись, вессенок, – Изольда ласково обвила его шею руками.
   – Как обидно, госпожа. Бесчестно даже. На Аалире сейчас хорошо. Тепло, распускаются душистые цветы и много ягод, которые ты любишь. Я бы опять щекотал тебя на нашей любимой поляне, – его мягкая лапа скользнула по бедру мэги и тихонько дотянулась до пояска.
   – Не искушай меня, вессенок. Если обойдется в Иальсе, то мы обязательно слетаем на ту поляну, и куда пожелаешь еще, – магистр привстала, вглядываясь расширявшуюся полость хелтхата. Языки мрачно-красного тумана, выползавшие из нижних ходов, от чего-то начали темнеть и рваться клочьями. – Когда ты видел Астру последний раз, и где это было? – спросила Рут.
   – Очень давно, прекраснейшая. Она, как ты сейчас, всегда спешит куда-то. Она совсем не любит меня и дергает больно за уши. А видел я ее на корабле. Да… на большом корабле, плывущем через море. Астра прямо туда меня вызвала – она очень смелая, почти сумасшедшая, – доверительно сообщил весс, стараясь отвязать кошелек с пояса Изольды. – Потом мы летали в междумирье и охотились на мулей. Твоя ученица убила одного, и я штук пять. Разорвал их на кусочки.
   – Какой же ты врун! – магистр негромко рассмеялась, погладив его мохнатую шерсть между рожек.
   – Правду говорю! А потом Астра так обрадовалась нашей крошечной победе, что решилась лететь на Гаер, – продолжил вещать Херик. – Там мы много праздновали. Рвали цветы возле заповедной рощи, грелись на солнышке. Астра разделась и долго упрашивала меня ласкать ее тело. У нее очень гладкое тело, красивое, как у тебя. Почти как у тебя, – поправился он, с затаенным восторгом вспоминая молодую мэги. – Под конец она совсем потеряла голову, так, что не заметила, как я украл ее платье.
   – Херик! Мне кажется, твои уши стали еще больше. Уж не Астра ли оттянула их за твое вранье и проказы? – мэги больно ударила его по лапе, норовившей отвязать синий кошелек и убрала под ворот платья дорогие ей бусы. – Зачем Астра вызывала тебя на корабль, и куда ты доставил ее потом? Ну-ка говори в точности!
   – На Рохес она хотела, бесподобнейшая Изольда. Сильно на Рохес ее тянуло. Не знаю, чего ей там, может украсть чего, может там ей пахнет приятно. И я доставил ее, конечно. Прямо в Ланерию, – он замолчал, присматриваясь к багровым языкам тумана с фиолетовой бахромой, быстро всплывавших снизу и заполнявших хелтхат.
   – Дальше! – потребовала магистр.
   – Не было ничего дальше. Там мы распрощались. Целовала она меня долго, облизывала всего, потом отпустила. Обещала скоро снова вызвать, но вот что-то никак не вызывает. Наверное, денег на свечки нету. Она мне все время жаловалась, что с деньжатами у нее плохо. Поэтому я ее великодушно не обворовываю уже который раз. Стыдно мне перед Писхулезом и Яцемиром – приходится старые вещи выдавать за свежекраденые. Госпожа Рут! – Херик дернулся, глядя на темные клубы, поднимавшиеся снизу и быстро менявшие цвет жерла развилин. – Госпожа Изольда! Плохо очень! Скоро буря случиться, мы не успеем вернуться к Гринвее.
   – А ты поторопись. Мы должны успеть! Пожалуйста, Херик! – магистр теснее прижалась к нему. Ее длинные рыжие локоны на миг укрыли их двоих.
   Херик вытянулся, прижав уши к затылку и ускоряя полет. Волосы мэги рванул ветер. Словно огненная комета Изольда и весс понеслись к ближайшему выходу из хелтхата. Внизу происходило нечто страшное, заставившее содрогнуться неробкое сердце магистра: в чернильных клубах тумана сверкнули ослепительно-яркие извилистые линии, что-то заворчало, и затряслись могучие стены окружавшей их полости. Изольда много слышала о губительных бурях в междумирье и дважды сама попадала в круговерть чужой стихии. Но теперь, зачавшаяся буря таила в себе еще более лютую силу – Изольда чувствовала это по напряжению эфира. Яркие разряды, разрывающие в клочья туман, и содрогающиеся стены хелтхата были тому подтверждением. И весс, проводивший немалую часть жизни в междумирье, знавший почти все ловушки и опасности непостижимого пространства, сейчас испытывал сильнейший страх.
   – Госпожа, нам не добраться до Гринвеи! – проверещал он, уже почти не управляя полетом – стремительная волна, родившаяся где-то позади, настигла их и несла с неимоверной скоростью вперед. – Милая госпожа, наше спасение – спрятаться в ближайшем, любом из миров! – взмолился весс, стараясь перекричать ревущую вокруг стихию.
   Они едва не разбились об острый выступ у начала развилины. Волна, несущая путешественников, теперь трепала и кружила их в смертельном вихре. Стены туннеля дрожали, сжимаясь, меняли форму, отсвечивая тускло-красным.
   – Скорее, вессенок! – Изольда сжала ногами проводника. – Ищи выход! Только бы твой ближайший мир не оказался страшнее этой бури!
   Сзади их догоняло нечто огромное. Херик оглянулся и тут же завопил, – их настигал огромный муль. Крылья чудовища были сложены, длинная шея выгнута назад, глаза пронзительно сверкали. Он пронесся едва ли не на расстоянии вытянутой руки и через миг влетел в стену. Удар разорвал чудовище на части. В стороны брызнула слизь, и крупные куски растерзанной плоти.
   Сжавшись от страха, Херик все еще пытался управлять полетом. Ему удалось избежать встречи с препятствием у следующей развилины, кое-как удалось удержаться от удара о ребристые стены изгибавшегося и сужавшегося резко хода. Сзади надвигалась новая волна, черная, еще более могучая. Ее пронзали ослепительные вспышки. Казалось, с ее приближением трескаются, рушатся стены туннеля, за которыми колючая звездная пустота и смерть.
   Справа от Херика проскользнуло желтовато-коричневая пуповина, ведущая в какой-то неведомый мир, но весс избрал следующий ход и успел влететь в него, когда черный поток почти настиг беглецов.
   Мир, неожиданно представший перед ними, мог стать спасением или мучительной гибелью. Земля быстро летела навстречу тянувшейся пленке пограничного слоя. Так же стремительно догонял их темный, вспыхивающий огненными лентами вихрь. Едва пограничный слой лопнул, Изольда вскрикнула:
   – Спайт-болл-хейлиш-спелл! – вскрикнула и с силой прижала Херика к земле. Их тут же накрыла защитная сфера, похожая на стекленный пузырь. Ветер междумирья вырвавшийся из портала, поднимал столбы пыли, швырял большие камни. Весс затрясся с перепуга и заорал злее разгулявшейся бури.
   – Не рыпайся, шетенок! – приводя весса в чувства, магистр несильно ударила его и прижала ногой. – Не ори и не рыпайся! – она подумала один миг, затем неохотно решилась запечатать портал. Стало тихо. Совсем тихо и жутко. Справа из-за высоких гор, скрытых наполовину тучами, пробивался тусклый свет, напоминавший блеск острого холодного железа. Под ногами была трава, сухая и жесткая. Недалеко возвышались деревья или что-то очень похожее на них с толстыми ветвями, покрытыми редкой бурой листвой. Изольда подумала, что в этот раз ей повезло: если здесь росли деревья и трава, то этот мир не должен быть гибельным, по крайней мере, не должен погубить их сразу. Воздух его мог оказаться зловонным и ядовитым, но с такой бедой можно справиться с помощью заклятий и снадобий, которые она умела готовить. Можно справиться с любой напастью, если только у опытного мага есть время все взвесить и как следует обдумать.
   – Мы не выберемся отсюда. Бедная, бедная госпожа… и я вместе с ней! Жалко! Жалко меня! – запричитал весс, глядя красными глазами в то место, где только что надрывалась ветром воронка портала. – Не выберемся, госпожа! Нечем открыть Дверь Измерений! Мы погибли! Умрем здесь! Умрем совсем и навсегда!
   – Да не ори ты, трусливый звереныш! – Изольда сердито встряхнула его, огляделась и осторожно сняла защитную сферу, изготовившись исполнить спасительное заклятие, но этого не потребовалось – воздух был пригоден для дыхания, как и в большинстве миров, соединенных туннелями измерений с родной Гринвеей. Ветер с гор казался обжигающе холодным, но к этому можно было привыкнуть. Можно было привыкнуть даже к неприятному кисловатому запаху, раздражавшему ноздри.
   – Выберемся, – пообещала магистр. – Только глупые мэги путешествуют в междумирье без Лучистой Сферы в запасе, – она с довольством открыла сумочку Астры и достала хрустальный шар, завернула его в мягкую ткань и убрала на место. – Свечи будет найти проще. В крайнем случае, мы их сделаем.
   – Какая умная и предусмотрительная госпожа! – искренне восхитился весс, прильнув к ее ногам, словно огромный кот. – Откуда же я знал, что у тебя в сумке кристалл. А свечи? Из чего делают свечи?
   – Можно из воска или жира. Нужно убить кого-нибудь и вытопить на огне жир. Особенно хороши свечи из жира вессов, – приблизив свое бледное лицо к мордочке проводника, проговорила Изольда.
   – Ах, любимейшая, как ты смешно шутишь! Ты же шутишь? – Херик испугано посмотрел в ее большие блестящие глаза и попятился. – Я очень плохо кушаю последнее время. И жира во мне нет. Не хватит даже на маленькую свечку.
   – Шучу, глупыш, – Изольда погладила его между рожек. – Неужели за столько лет ты не научился меня понимать? – она рассмеялась, подняла обе сумки и закинула за плечо. – Идем, подумаем, где нам лучше устроиться. Буря в междумирье наверняка продлиться несколько дней – не пропадать же нам в столь неуютном месте.
   Они пошли между округлых камней к ложбине, заметной в тусклом свете, пробивавшемся из-за туч. Ветер шевелил редкую темную листву на деревьях, поднимал и опускал шелковую накидку магистра. Из зарослей доносились свистящие звуки, будто там переговаривались ночные птицы.
   – Тут есть кто-то, – Херик замер, став на четвереньки и вглядываясь в черную полосу зарослей. – Точно говорю. Не нужно туда.
   Изольда сама почувствовала чье-то присутствие, потом приближение опасности, но не от зарослей, а с другой стороны. Вскоре она услышала топот множества ног.
   – Ай-яй! Бежим, госпожа! – взвизгнув, весс неистово рванулся с места.
   По пологому склону вниз неслись какие-то небольшие существа, высоко выпрыгивая на задних конечностях. Их настигали животные похожие на мохнатых быков, оседланные серыми всадниками. Всадники были одеты в плащи с капюшонами, вроде тех, которые носят проповедники Бугра – грубые, длиннополые плащи, с бахромой. Из-под надвинутых на лоб капюшонов светились красные нечеловеческие глаза. Все это Изольда рассмотрела в один миг, стараясь определить, как велика опасность и чем может она противостоять ей. Если бы Херик не бросился в паническое, столь несвоевременное бегство, то было бы достаточным затаиться, создав легкую туманную дымку. Но весс уже бежал впереди существ, преследуемых неведомыми охотниками, бежал и верещал, словно шетом подранный, так, что не было слышно даже громового стука копыт. Скоро Херик, и те, кто несся вприпрыжку за ним, и всадники на быкоподобных животных скрылись за краем возвышенности. Какое-то время Изольда бежала следом с двумя сумками, оттягивавшими плечи. Она понимала, как бессмысленно следовать за этими быстроногими существами, но ничего другого придумать не могла. Вконец выбившись из сил и перестав слышать звуки удалявшейся погони, магистр опустилась на землю между камней. В голове ее мелькнула запоздалая мысль, что могла она бы использовать магию полета и догнать их, но теперь было слишком поздно – она потеряла направление. Да и сумки бросить она не могла. Даже не в сокровищах, сложенных в них, было дело – чтобы вернуть невредимым Херика, она бы заплатила любую цену. Однако потеря Лучистой Сферы, находившейся среди прочих вещиц, означала бы, что и весс, и сама Изольда вряд ли когда-нибудь вернутся в родные миры.
   Серый металлический свет из-за гор скоро потускнел, и вокруг стало совсем темно. Идти за исчезнувшим вессом, не зная дороги, казалось бессмысленным. Изольда спустилась ниже по краю лощины и, прячась от холодного ветра, устроилась в траве. Она прилегла, положив под голову сумки. Смотрела на силуэты близких гор, на чернильные облака, едва подсвеченные неведомой луной, и думала, что теперь вполне может стать так, что она больше не увидит ни Варольда, ни Астры Пэй. Всю жизнь ее окружали чужие люди, много чужих людей. Почти все они восхищались ее красотой, богатством или талантами, домогались любви или расположения, некоторые называли себя друзьями и, возможно, были ими, но столько лет прошло, а она по-прежнему оставалась одинока, будто деревце, окруженное полями диких трав. Она устала отбиваться от упрямых и грубых поклонников, подобных паладину Лаоренсу, готовых на любые преступления пред богами и лучшими друзьями, лишь бы получить ее как вещь, очень красивую вещь, которой можно хвастать перед другими и с наслаждением обладать по ночам. Изольда чувствовала себя вконец несчастной, разбитой, и не могла понять, почему судьба сыграла с ней настолько обидную шутку. Почему только теперь она начала осознавать, кто действительно дорог ей. И почему с дорогими людьми ее всегда разводила необходимость или какой-нибудь досадный случай. Магистр хотела заплакать, как это делала в детстве Астра – прижав руки к груди и вздрагивая всем телом, но подумала, что и плакать она почти не умеет. Сложив ладони на груди, Изольда заставила себя думать, что она еще молода, что она до сих пор не выглядит старше тридцати и что она сможет, наконец, вернуть все то, чем обделила ее судьба. Она должна это сделать, должна вернуть к себе Варольда и милую Астру, пусть даже вопреки воле богов, вопреки неумолимому зову – зову Черной Короны. И только потом можно было бы умереть.
   Изольде вновь послышалось чье-то шевеление, которое раньше она принимала за шелест ветра в траве. Магистр встала, вглядываясь в темноту за камни. Тут же ей померещился чей-то жалобный всхлип.
   – Рыжий прощелыга, не ты ли? – с надеждой прошептала она и направилась к горке камней.
   Пройдя шагов двадцать, мэги увидела длинноногое существо, наверное, одно из тех, что удирали от всадников в серых плащах. Существо это было ранено и, может быть, в нем почти не осталось жизни. Рядом с редко вздрагивающим телом темнела лужица крови. Изольда зажгла небольшого светляка, разглядывая неизвестного зверя. Он походил на огромного безухого зайца с коричневой шерстью и светлыми полосами по бокам. Однако мордочка его казалась не заячьей – было в ней что-то человеческое, не то от выпуклого носа, не то от крупных синеватых губ. Магистр осторожно перевернула его и увидела в передней лапе существа металлический предмет, зажатый между коротким пальцами. В этот миг Изольда поняла и прочувствовала ментально, что существо перед ней вовсе не зверь, а некто разумный, нуждающийся в помощи.
   – Шет бы вас, – произнесла мэги Рут и вспомнила, что в ее сумках должно быть что-нибудь из целебных смесей, способных как вылечить, так и быстро убить.
   Она перенесла поклажу поближе к камням, зажгла еще одного светляка и начала выкладывать баночки с мазями и зелья, припасенные Астрой. Нашла кое-что нужное и опустилась на колени перед раненым. С пол часа магистр шептала заклинания, призывая в помощь Эту, и осторожно накладывала на рану гадкопахнущие смеси. Потом разжала страдальцу зубы и влила в его рот флакон кислой настойки. Раненый лежал по-прежнему без чувств, только дышал часто и горячо. Мэги еще раз оглядела его и подумала, что случиться одно из двух: либо он умрет, не выдержав целительных премудростей Гринвеи, либо будет к утру почти здоров. Изольда взяла из его лапы металлический диск, рассматривая при слабом свете неясные крючочки, наверное, служившие знаками их языка, зеленовато-черный камень в центре. Трудно было что-либо судить сейчас в темноте об этой находке – магистр убрала ее в сумку, и сидела, прислушиваясь к звукам ветра и шелесту кустов в ложбине. На какое-то время ее мысли вернулись к Херику, назад, к пренеприятным событиям сегодняшнего дня. Она тяжело вздохнула, легла на траву и скоро уснула.
 //-- * * * --// 
   Через четыре дня, прошедших после сражения в святилище, труп Аасфира начал разлагаться и невыносимо смердеть. Зловоние в горячем воздухе распространялось далеко за пределы либийской святыни, а когда ветер менял направление – дул с запада, то даже за гористым мысом чувствовался отвратительный запах мертвого бога. Наверное, такой бы вони не было, если б Каррид Рэбб не додумался снять со змея часть кожи. Кожа на самом деле оказалась ценной. Трудно вообразить что-нибудь более подходящее для легкой, почти неуязвимой брони, сделанной из чешуйчатого покрова огромного гада, рожденного древними богами. Каррид сразу загорелся этой идеей, едва увидел, какого вида чудовище было повержено в славной битве госпожой Пэй. Два дня с великим трудом и старанием анрасец срезал с тела змея широкие лилово-черные лоскуты и приговаривал:
   – Слава Балду Всемогущему! Славнейшая слава, за такую добычу! И тебе Пресветлая! И нашей госпоже Пэй! – он знал толк в хорошей коже, как любой не лишенный ума выходец из Анраса.
   Скоро к Рэббу примкнули моряки с «Кириды» и рыцари Греда Фарома – они тоже сочли, что пропадать полезнейшему добру было бы преступным расточительством. Ведь эта прочнейшая кожа была единственной в своем роде и стоила немалых денег. Даже не в деньгах дело было, а в том, что иметь черный чешуйчатый лоскут – а лучше добротный доспех из него – и похваляться, что содран он с тела самого сына Абопа, представлялось очень заманчивым. Только разительное зловоние, ставшее особо крепким на четвертый день, заставило их прекратить нечистое занятие. Огромные куски кожи команда флейта кое-как оттащила к берегу и стала грузить на лодки, потом помогла барду и Карриду Рэббу перенести часть их к «Песне Раи».


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Поделиться ссылкой на выделенное