Альберт Байкалов.

В прицел судьбу не разглядишь

(страница 4 из 28)

скачать книгу бесплатно

«Может, заскочить в магазин да купить шмотки?» – неожиданно мелькнула мысль. По пути располагался приличный торговый центр. Пашка уже несколько раз наведывался туда, изучая ценники и материал.

– Эй, брат! – Окрик из чернеющего пустотой дверного проема подъезда заставил замедлить шаг. В груди неприятно защекотал легкий страх. Место было безлюдным. Вокруг только брошенные строения, и людей никого.

«Чего это я? – неожиданно Павла охватила злость. Страх и унижение в военкомате требовали выхода наружу. – Это же сопляки! Кто они против меня? Что в жизни видели?»

Несмотря на утреннюю слабость и периодическое головокружение, Павел уже не считал себя больным. Он с завидным постоянством совершал пробежки, упражнялся с гантелями. По крайней мере, дать отпор двум разгильдяям сможет наверняка.

Тем временем, бросая по сторонам настороженные взгляды, двое крепко сложенных парней быстро шли наперерез. Они выглядели моложе, но оба выше Павла ростом. У шедшего первым была покатая спина, мощные плечи, рассеченные брови, а лоб словно надвисал над глазами. Широкий нос когда-то был перебит и казался немного смещенным вправо.

«Наверняка боксер», – подумал Павел и перевел взгляд на второго.

Этот казался чуть ниже своего напарника. Из-под кепки с длинным козырьком выбивались рыжие волосы.

– Чего надо? – Павел отступил на шаг.

Еще в Чечне Пашка слышал, что многие его сослуживцы нередко становились легкой добычей подонков, специализировавшихся на том, что грабили у выплатных пунктов контрактников, получивших свои командировочные. Поначалу в такие байки верилось с трудом. Это каким же нужно быть негодяем, чтобы отобрать заработанные кровью деньги? Пашка считал, что рассказывающие подобные страшилки сослуживцы попросту промотали в первые несколько дней все деньги, а потом грешили на воришек. Так думал, пока об этом не стали говорить по телевизору. Сейчас, увидев этих двоих, он пожалел, что отправился в военкомат один. Да ладно, что уж там! Сколько Пашка себя помнил, он никогда не проигрывал ни в уличной драке, ни в ринге. Специфика службы в полковой разведке тем более не позволяла расслабляться. Гоняли как бобиков. Плюс сама по себе армия дала многое. Он никогда не курил, отрицательно относился к употреблению спиртного, до ранения, по мере возможности, держал себя в хорошей форме. Сейчас попросту надо быстро поставить их на место. Долгой схватки он может не выдержать. Не играть, а сразу бить наверняка. Ввяжешься в затяжную потасовку, пропустишь удар в голову – хана. Павел выделил из этой парочки самого опасного, коим, конечно, был крепыш с характерными для боксера признаками, и решил сосредоточить внимание на нем.

Но парни не спешили нападать. Один на ходу сунул руку в карман. Павел напрягся. Но тот достал пачку сигарет.

– Спички есть?

«Ну я и паникер»! – повеселел Павел и развел руками:

– Не курю.

Однако было в действиях этих двоих что-то настораживающее, не укладывающееся в логику.

Они продолжали идти. Но как-то нерешительно, словно оставшиеся метры нужно было пройти медленнее. Только почему? Их кто-то должен догнать? Третий? Ну, правильно, как он сразу не догадался! Для классического варианта нападения не хватает еще одного. Неожиданно Павел заметил, как крепыш с боксерской внешностью посмотрел ему за спину, а его дружок попросту замер.

Не мешкая, он шагнул в сторону и вскрикнул от неожиданности и боли. На левое плечо обрушилось что-то тяжелое. Били по голове. Просто в последний момент он успел уйти от удара. Развернулся и отступил еще на шаг. Как оказалось, сзади к нему подкрался большеголовый коротышка в шортах. В руках обрезок трубы. Он вновь замахнулся. В глазах страх. Сразу видно, никогда раньше не бил человека таким оружием. Боялся не рассчитать удара. Ведь можно убить или, наоборот, только привести в ярость. Сейчас вся троица была перед ним. Двое справа и коротышка слева. Труба у него над головой. Он поднимает левую ногу, чтобы сблизиться и еще раз ударить. Поздно. Пашка опережает его. Подскок почти вплотную. Корпус коротышки открыт, руки вверху. Удар кулаком правой в солнечное сплетение. Коротышка вскрикнул и сложился. Труба выпала на асфальт. Пашка выпрямился и ударил локтем в основание черепа согнувшегося пополам негодяя. Он упал. Пашка поставил на него ногу и шагнул к боксеру. Затея оказалась глупой, ненужной и по-детски наивной. Скорее подходила для кино, но не для реального боя. Он потерял устойчивость. Ступня проехала по спине коротышки. Тем не менее Пашка ушел от летевшего в лицо кулака под локоть бандита. Уже не до обмена ударами. Поймал его руку за одежду на локте и толкнул ее дальше, разворачивая боксера вслед за летящим по дуге кулаком. Вот бандит стоит, широко расставив ноги, спиной к Пашке. Наклон, обе руки легли на голени. Рывок на себя, и боксер со шлепком распластался на грязном асфальте. По идее, после такого отпора третий должен замешкаться и отказаться от продолжения потасовки. Но рыжий, на удивление со спокойным взглядом, махнул перед лицом Павла рукой. Только когда она уже прошла мимо, он разглядел в ней выкидной нож. Лезвие заточено с двух сторон. Еще доля секунды, и рука с оружием пойдет обратно. Тогда не поздоровится. Стоит только рыжему чуть сократить расстояние, и он легко располосует лицо Пашки. Убить таким ножом трудно. У него нет упоров для руки. При ударе лезвия в тело пальцы скользят по нему и образуют порезы. Однако рыжий работал этим «выкидышем» сноровисто. Пашка сделал выпад и обхватил нападавшего за туловище. Почти одновременно ощутил укол в спину. Поздно. Он крякнул, оторвал рыжего от земли, лишив его опоры, а значит, возможности нанести сильный удар, перевернул и со всего размаха опустил головой на асфальт. Охнув, тот выронил нож. В это время сзади уже протянул в его сторону руки поднявшийся с земли и пришедший в себя боксер. Павел попытался ударить его ногой, но тот успел поймать голень. Он несколько раз смешно подпрыгнул и упал, больно ударившись спиной. В голове загудело, словно оказался в гигантском колоколе. Появился рыжий. Из разбитого лба лицо заливала кровь. Он был в ярости и плохо соображал. С перекошенным лицом бандит прыгнул на Павла, схватил за одежду на груди, приподнял и приложил о землю. Потом еще. В глазах стало темнеть. Вернее, окружавшие предметы потеряли краски. Он испугался, что сейчас потеряет сознание, и попытался перевернуться на бок. В это время над ним склонился боксер и сунул руку за отворот ветровки. Пашка с ужасом ощутил, как из кармана выскользнул конверт, и тут он увидел лежащий в метре от него нож.

«Слегка подрежу, чтобы хоть один не смог убежать, а если и смоется, легче найти будет», – решил он и что есть силы рванулся из-под рыжего, вытянув руку с растопыренными пальцами.

В этот момент ступня боксера встала на запястье Павла. Он взвыл. Между тем тот убрал в карман деньги и подхватил нож. Каким-то чудом Павел сел. Рыжий полетел на спину. Павел развернулся к боксеру. Тот отступил на шаг и хищно улыбался, словно давая возможность Павлу встать. Парень воспользовался «добротой». Его шатало, глаза застилал пот, воздух, казалось, раздирал глотку.

– Верни деньги!

– Зачем они тебе?! – Боксер сделал лицо удивленным. – Ты же лох!

Павел, не разгибаясь, бросился на него. В тот же момент на него сзади навалился вскочивший на ноги рыжий. Боксер, не ожидая такой прыти, выставил руку с ножом вперед. Не имея возможности остановиться, Павел убрал голову в сторону и почувствовал, как рыжий по инерции летит вперед. Раздался вскрик и удивленный возглас. Почти одновременно Павел услышал звук упавшего на землю тела. Он пробежал еще несколько шагов и выпрямился. Рыжий стоял на коленях, уткнувшись лбом в землю, и держался обеими руками за лицо. Боксер навис над ним, с удивлением глядя то на окровавленное лезвие ножа, то на него.

– А-а! Бля! Уу-ух! – Раскачиваясь из стороны в сторону, рыжий стал подниматься. Ладонь левой руки он продолжал прижимать к лицу. Между пальцами струилась кровь. Правую руку, словно ощупывая невидимый предмет, он вытянул перед собой. Неожиданно ноги рыжего подкосились, и он рухнул. Снова стал подниматься.

– Ты что наделал?! – в ужасе крикнул лежащий на боку коротышка. Он только пришел в себя и сейчас, испуганно хлопая глазами, тер ушибленный затылок.

– Я что, я ничего, – протянул боксер. – Он сам налетел. И чего ты меня лечить вздумал?! – неожиданно взревел он. – Из-за тебя все!

– Верни деньги. – Пашка вытер тыльной стороной ладони губы. – Теперь все равно придется с ментами объясняться. Так что, если не хочешь вдовесок за грабеж получить, торопись.

От столь гениального высказывания, непроизвольно сорвавшегося с уст, он воспрял духом.

– А кто сказал, что это я его? – удивленно протянул боксер и ехидно улыбнулся.

– Ой! – раздался женский вскрик.

Все, включая Павла, обернулись. Из-за угла, откуда минуту назад вышел Павел, вывернули двое мужчин, держащих под руки женщину. Троица скорее была клерками одной из многочисленных контор, расположенных в этих лабиринтах, спешащими на обед в ближайшее кафе.

Пашка облегченно вздохнул. Наконец хоть кто-то появился! Но радоваться было рано.

– Извините, – промямлил наполовину лысый очкарик и остановился.

Его примеру последовали остальные. Высокий брюнет убрал со своего локтевого сгиба руку спутницы с длинными накладными ногтями.

– Чего уставились? – взревел боксер.

– Не надо здесь идти! – засуетилась дамочка с родинкой на правой щеке.

– Ребята, все нормально! Мы вас не видели, – выставив вперед открытые ладони, промямлил лысый и стал пятиться.

Все трое быстро скрылись за углом.

– Ну? – Боксер метнул в сторону Пашки разъяренный взгляд и хмыкнул. – Что дальше?

Пашка не собирался отступать. Больше таких денег ему взять неоткуда. Да и не с неба они свалились, чтобы отдать просто так трем ублюдкам, которые спустят их вечером в казино или ночном клубе. Он пошел на боксера. Его мутило, земля под ногами ходила ходуном, в голове пульсировала боль, но он собрал все силы, полный уверенности, что все равно не даст уйти этим недоноскам. Теперь их двое. Будет легче. Они напуганы. Один уже не в счет. Рыжий на секунду убрал от лица ладонь, и Пашка успел разглядеть огромный, уродливый порез, протянувшийся от середины лба, через бровь, развалившуюся на две половины, и развороченную глазницу...

* * *

– Але, гараж! – донеслось откуда-то сверху, а в темноте стала мерцать голубоватая вспышка. Пашка ощущал себя гигантским шаром, в котором пульсировала боль. Он разлепил веки и увидел над собой лицо парня в зеленом халате. На шее болтался фонендоскоп. Его лицо просияло. Он задрал голову:

– Принимайте, ожил ваш Джек Потрошитель!

«Что за шуточки? – разозлился Павел, пытаясь понять, почему вместо потолка больничной палаты он видит синее небо и часть какого-то дома. – Неужели был на прогулке, зашел за приемный покой и потерял сознание? Кажется, там такое сооружение...»

Между тем доктор исчез. Вместо него появился человек в пестрой рубашке. Он был седой. На глазах темные очки. Над ним стоял какой-то тип в милицейской форме. Постепенно до Павла стало доходить, что он не в больнице и попросту не может в ней быть. Перед глазами пронеслось утро дома, дорога в военкомат, Фирсов...

– Черт! – выдавил он из себя, пытаясь сесть, и в тот же момент рухнул обратно на асфальт. Лежащие на животе руки оказались в наручниках. Он так дернул ими, собираясь оттолкнуться от земли, что «браслеты» впились в кожу и на глазах выступили слезы.

– Не суетись. – Мужчина взял парня за шиворот и посадил. – Как самочувствие?

– Где? Что со мной? – Павел вдруг увидел, как в стоявшую сбоку «Скорую» грузят носилки с лежащим на них телом в черном пластиковом пакете. – Он убил его?!

– О-о! – протянул мужчина в униформе. – Почему они все с этого начинают?

– Кто все? – Поднявший за шиворот Павла человек в очках вопросительно посмотрел на милиционера.

– Мокрушники. – Тот зло сплюнул и отошел в сторону.

– Товарищ лейтенант. – Мужчина в очках осторожно убрал руку с шеи Павла, убедился, что тот, оставшись без поддержки, не упадет, встал: – Не разбрасывайтесь терминами. До суда он только подозреваемый.

– Да чего уж там, – усмехнулся лейтенант. – Нож, руки по локоть в крови – это не улики. Я не удивлюсь, если часть уха потерпевшего во рту будет недостаточным поводом к задержанию.

– Не утрируй. – Мужчина снял очки, достал носовой платок и стал с задумчивым видом протирать стекла.

Пашка наконец понял, что речь идет о нем. Только почему с ним говорят так, будто он порезал рыжего? А может, не его, а боксера? Неужели потерял над собой контроль и все-таки порешил?

Он опустил взгляд. Ладонь правой руки была в бурых пятнах. Точно такие же были на груди.

– Черт! – испуганно воскликнул он и стал подниматься.

– Не торопись! – Откуда-то сбоку подскочил сержант с автоматом и схватил его за плечо.

Пашка выпрямился и едва снова не упал. Голова кружилась. Он огляделся. Кроме санитарной машины, рядом стояли милицейский «УАЗ» и «Жигули» с синими номерами. Несколько человек, двое из которых в штатском, медленно ходили, глядя себе под ноги. Сработала фотовспышка.

– Здесь тоже кровь, – раздался голос.

Между тем мужчина, возившийся с очками, закончил их протирать и водрузил на нос.

– Скажите! – Павел шагнул к нему. – Что случилось? Неужели вы думаете, что я убил?

– Нет, никто так не думает, – вновь изрек лейтенант. – Уверены.

Выражение его лица красноречиво говорило о том, что ему доставляет удовольствие видеть попавшего в беду человека. Павел был уверен: достаточно пяти минут, чтобы убедиться, что он ничего не совершал. Наоборот, сам стал жертвой бандитов.

– Меня ограбили. – Он шмыгнул носом. – Я в военкомате деньги получил. Можете проверить.

– Ха! – Лейтенант аж подпрыгнул. – Что я говорил?! А может, еще и изнасиловали, а? – съязвил он, но осекся, поймав на себе осуждающий взгляд сотрудника в очках.

– Разберемся. – Седой махнул сержанту: – Грузите его в машину. Любимов с Козиным пусть пройдут по району, может, кто что видел. Я заскочу в военкомат. Как фамилия человека, выдавшего тебе деньги? – вновь обратился он к Павлу.

– Майор Фирсов.

* * *

Дорога, медленно поднимаясь, петляла, повторяя изгибы синей ленты реки Подумок. Отсюда, с высоты птичьего полета, она не казалась такой своенравной, стремительной и шумной, как вблизи. Перекаты и пороги просто белели от сносимой вниз по течению пены. Справа проплывала то отвесная скала, то склон, покрытый зарослями низкорослых деревьев. Надрывно гудя и давясь разогретым воздухом, «Нива» карабкалась вверх.

– Скоро перевал. – Ехавший рядом с водителем кучерявый, со сросшимися на переносице бровями чеченец посмотрел на часы: – Хатча, ты раньше был в этом селе?

– Ты что, забыл? Я в Карачаево-Черкесии в первый раз! – ответил с широкими бровями и орлиным носом молодой мужчина и ловко объехал осыпавшиеся на проезжую часть, размером с кулак, булыжники. Он был словно налит силой. Огромные кулаки, мощные плечи под футболкой говорили о его недюжинном здоровье. На шее, с левой стороны, был шрам.

– Зачем согласился с нами ехать? – спросил с заднего сиденья угрюмый, с густой черной шевелюрой и подстриженной бородой кавказец. Он выглядел усталым. Было заметно – дорога ему наскучила, и он задал вопрос просто так, чтобы как-то разнообразить поездку.

– Странный ты, Джамшед. – Хатча посмотрел на него в зеркало заднего вида. – Ты так говоришь, будто забыл: мы давно одно целое. Что с того, что не был? Разве все наши братья, сложившие свои головы на Дубровке, бывали там раньше?

– И сестры, – едва слышно проговорил Джамшед.

– Что? – не понял Хатча.

– У Магомеда там сестра осталась.

– Да? – удивленно протянул Хатча и покосился на Магомеда. В его глазах появился интерес. Он что-то хотел спросить, но передумал и снова уставился на дорогу.

Неожиданно в кармане спинки водительского сиденья раздалось попискивание. Джамшед сунул туда руку и вынул спутниковый телефон. Отвернул антенну и приложил к уху:

– Слушаю тебя.

На связь вышел организатор акции и руководитель диверсионной группы Анди Салгариев по кличке Циклоп. Невысокого роста, щуплый чеченец получил такое прозвище из-за ранения в левый глаз.

– Вы где?

– Подъезжаем.

– Я на месте.

– Понял. – С этими словами Джамшед отключил связь, откинулся на спинку сиденья и потянулся.

Сегодня он вместе с ехавшими в машине моджахедами должен провернуть в Черкесии дело, итогом которого станет ситуация, которая была когда-то в их республике. В одном из сел они ворвутся в дом милиционера и уничтожат его вместе с семьей. Потом убьют русскую учительницу и армянина-врача. После этого, как сказал Анди, произвольная программа. На почти пустынной в темное время трассе они должны посеять смерть и скрыться. Что будет потом, остается только догадываться. Об их делах узнает весь мир. Конечно, имен никто объявлять не будет. Пока это рано. Но придет время, когда не только деньги, но и слава станет им наградой. Сейчас задача всколыхнуть Кавказ. Здесь хрупкий мир. Тем более в последний перед выборами год. Уже завтра все газеты и телевидение будут рассказывать о бесчинствах на юге России. Если все пройдет гладко, все будут думать, будто это дело рук черкесов. Убийство представителей власти, жителей других национальностей, расстрел ни в чем не повинных людей на дорогах. И все это за одну ночь. Куда смотрело правительство, МВД, ФСБ? Мало было Чечни, в которой до сих пор тлеют угли войны?

Магомед Мамедов и Хатча Улукбеков работают с Джамшедом уже не один год. Им давно за тридцать. Он разменял пятый десяток. На год старше его Анди. Они мудрые и старые воины. Не чета желторотым парням, кровью которых полита земля Ичкерии. Он не умалял их заслуги в борьбе за свободу. Но чем бы закончилась война с русскими, если бы все были как он или тот же Хатча? Магомед тоже хороший воин, но хвастун. Джамшед недолюбливал его за образованность. У него за плечами институт. Был юристом. Успел поработать в органах. Когда к власти пришел Дудаев, Магомед возглавил отряд спецназа. Джамшед, как и Хатча, до войны окончил школу, отучился в техникуме и отслужил в армии. Из всех троих он еще во времена Советского Союза успел использовать оружие по назначению. После учебки попал в Афганистан. Демобилизовался, вернулся на родину и недолго работал геологом. Потом развал Союза. Беспредел. Вместе с Хатчей приехали в Москву. Быстро заработали авторитет. Помогали землякам отбирать у ленивых москвичей гостиницы, бары и магазины. По первому зову президента Ичкерии бросили свои дела и отправились защищать молодую республику. За это время было все. Ранения, победы, отступления, скитание по горам, жизнь в Турции, где познакомились с Магомедом. После ранения он работал в Конгрессе чеченского народа. Туда однажды пришли и они. Магомед помог с деньгами и жильем. Он посоветовал им не возвращаться на родину, а ждать. Скоро их отыскал Анди. Долго расспрашивал о жизни, семье, отношении к религии. Что думают делать дальше. Джамшед раньше ничего не слышал об Анди Салгариеве и говорил с ним пренебрежительно. Тот дал понять, что ради этого разговора приехал из Англии. Он намекнул, что существует отдельная, хорошо финансируемая программа не только отделения Ичкерии от России и предоставления ей суверенитета, а развала всей ненавистной империи на мелкие государства. Одна Чечня, получив самостоятельность, задохнется. Она не имеет выхода к морю, граница с Грузией проходит по труднодоступным районам. Необходим целый блок кавказских народов. Особенно Дагестан с Каспием, Карачаево-Черкесия, Осетия, Ингушетия, как буфер между ними и Россией. К тому же чеченцы всегда смотрели на эти народы как на своих потенциальных рабов. Таков у них менталитет. Они настоящие горцы, остальные так себе. Ведь даже внутри Чечни люди делятся на горные и равнинные тейпы, между которыми идет вечное соперничество. Анди рассказал, что создаются сотни мелких, но хорошо организованных, оснащенных по последнему слову техники диверсионных групп для проведения акций в любой точке мира. Для этого надо пройти дополнительное обучение. Но даже за него хорошо платят. Однако с первого раза Анди не смог убедить Джамшеда вновь взяться за оружие. Тогда многим были нужны хорошие воины, готовые убивать только за веру. Те, кто агитировал воевать, все как один обещали хорошие деньги. К тому времени Джамшед и Хатча уже разочаровались в затянувшемся тупом противостоянии. Они поняли, что вся война делается в Москве и Лондоне. Среди рядовых боевиков ходили слухи, что есть два человека, которые имеют неограниченную власть и огромные средства. Будто кровавая бойня – это дележ огромного пирога, ни один из кусков которого никогда не достанется дерущимся. Захотят они положить ей конец, и через час наступит тишина. Есть такие силы. Он знал. Об этом говорили с того момента, как прозвучали первые выстрелы на пути входивших в Чечню колонн бронетехники. Теперь это косвенно подтверждал Анди, агитируя продолжать воевать. Он приводил в пример албанцев и утверждал, что им помог Аллах. Братья по вере сумели отвоевать землю у сербов. И это при том, что она считалась колыбелью славянской культуры. Но Джамшед знал, как на Югославию навалился всей мощью НАТО, а никакой не Всевышний помог. По всему выходило, что в Чечне руками чеченцев воюют Англия и Америка.

После первой беседы с Анди последовала вторая, третья. Джамшеду и Хатче даже становилось неудобно, что человек утруждает себя поездками к ним. Они тогда снимали небольшую комнату на деньги, которые удалось привезти с собой и получить в конгрессе. К тому же перебивались случайными заработками. Оба разбирались в строительстве. Могли класть плитку, делать мелкий ремонт офисов.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Поделиться ссылкой на выделенное