Альберт Байкалов.

Огневой контакт

(страница 5 из 28)

скачать книгу бесплатно

Больше терпеть он не мог.

* * *

Спартак Гулиев сидел в подсобном помещении одного из своих небольших торговых павильонов на перевернутом вверх дном ящике из-под пива. Сложив руки на трость и вытянув вперед левую ногу, азербайджанец чем-то напоминал Наполеона.

Сегодня он в первый раз за последние два месяца решил осмотреть свое хозяйство. Поводом послужило то, что стоящая сейчас перед ним и размазывающая по лицу косметику продавщица влетела на кругленькую сумму штрафа. В принципе конфликт был улажен коммерческим директором, но бедняге об этом ничего не было известно. Спартак давно усвоил, что любой подвернувшийся повод, дающий возможность еще больше закабалить людей, работающих на него, нужно использовать с максимальной выгодой для себя.

Полякову Ленку он «снял» еще осенью, на проспекте Кирова.

Охочий до смазливых русских девок южанин быстро нашел предлог, чтобы посадить невысокое, со стройными ногами, голубоглазое создание в свою «Ауди». Не пришлось долго уговаривать девушку, простоявшую два года у лотка с сигаретами, съездить посмотреть только отстроенный магазин на Ленинградской. Обещанная им зарплата, не входившая ни в какие сравнения с заработком лоточницы, сделала свое дело. Домой она тогда вернулась только под утро. Так, «передком», Ленка пробила себе дорогу в теремок из гофрированного железа, производство которых освоило в ходе конверсии одно из оборонных предприятий города.

В сущности, как она считала, ничего зазорного в этом нет. Зато зимой сухо и тепло, а летом мягко шумевшие кондиционеры все помещение наполняют прохладой. Ко всем вышеупомянутым благам новый хозяин с лихвой компенсировал ей мужа-алкоголика, каждую смену занимаясь удовлетворением ее и своей плоти.

Вообще практически все магазины Спартака, куда он приезжал, закрывались на технический перерыв, время которого соответствовало продолжительности эрекции.

Сейчас он уже два месяца без женских ласк… У него сломана ключица, левая рука и лодыжка. От середины верхней губы, через левую ноздрю, почти до самого глаза тянулся шрам. Все это было результатом последнего любовного похождения, закончившегося преждевременным возвращением из командировки мужа «хранительницы очага». Но и это были еще цветочки. Выпрыгнув с четвертого этажа, он со всего маху налетел на бельевые веревки, натянутые этажом ниже. В сущности, они спасли ему жизнь, но сделали импотентом.

«Ничего, – со злостью думал он, – снимут гипс и спицы, вылечусь. Сейчас такие хирурги есть, за деньги любой член пришьют».

– Ну что, сучка? – отвлекшись от размышлений и вспомнив, зачем он здесь, зло прошипел Спартак. – Отдавать как будешь?

В ответ Ленка завыла еще громче.

Его снова захлестнула волна злости.

– Замолчи, я сказал!

С этими словами он ткнул ее тростью в живот.

Охнув, девушка согнулась, опрокинув коробку с супами быстрого приготовления.

От этого азербайджанец пришел в ярость. С трудом поднявшись со своего места, он встал над ней во весь рост и со всего размаху ударил здоровой рукой по голове.

Удар болью отозвался в едва сросшейся ключице. Уже потеряв рассудок, он выхватил из стоящей рядом коробки банку тушенки и, насколько позволяла боль, начал методично бить скорчившуюся у его ног девушку по голове и по рукам, которыми она пыталась закрыться.

Вся злость, накопленная за это время, выплеснулась на хрупкое и беззащитное существо, которое даже не подозревало, что расплачивается за других людей. В ее лице Спартак бил этого русского парня, раньше времени вернувшегося из командировки, бил Зинку, такую же наложницу, как и Ленка, от которой поймал триппер перед самым наступлением Нового года, бил ментов, которые… А Лена считала, что хозяина привела в бешенство ее неосмотрительность.

– Ты же сам заставлял… Ты… Я…

Она пыталась сказать что-нибудь в свое оправдание, но очередной удар не давал этого сделать.

В сущности, Спартак знал, что Лена лишь делала то, что он хотел. Сколько раз он ругал ее, что она пробивает в кассе почти весь продаваемый товар, но сейчас признать своей вины не хотел.

Неожиданно на поясе запиликал сотовый. Тяжело дыша, Спартак вытащил из чехла трубку и прохромал в зал.

– Шеф, у нас порядок.

Бодрый голос подручного взбодрил и его. Он моментально забыл про валяющуюся на полу подсобки девушку.

– Где? – голос немного дрожал от охватившего вдруг волнения.

– Прямо возле дома. Куда подъехать?

Он назвал адрес и, отключив телефон, вернулся обратно.

Лену он застал сидящей на том же самом месте, где только что сидел сам.

Ее губы распухли, а на правой щеке зияла рваная рана, из которой сочилась кровь. Правый глаз заплыл.

При появлении своего истязателя она не сменила положения, а лишь ничего не выражающим взглядом обвела его с ног до головы.

– Чем рассчитываться будешь? – снова попытался он разозлить себя.

– Я тебя посажу, козел.

Спартак уставился на нее с изумлением.

– Сейчас сниму побои, а в ментовке скажу, что насиловал… И будут тебя лет пять на зоне петушить…

Сказав это, бедняжка не подозревала, что наступила на самое больное место Спартака.

Обида на весь мир вновь переполнила его до краев. Он скрипнул зубами:

– Одевайся.

Девушка отрешенно посмотрела на него и с трудом поднялась со своего места. Однако идти к вешалке, которая находилась позади хозяина, не решалась.

Он развернулся и вышел на улицу.

Было уже далеко за полночь. На улицах пустынно. Лишь на перекрестке, в свете мигающих светофоров, маялись в ожидании клиентов две проститутки.

Он достал из серебряного портсигара одну из забитых анашой папирос и закурил.

После нескольких затяжек появилось приятное головокружение, стало легко.

Сонно урча двигателем, подкатила серебристая «десятка». Почти бесшумно прикрыв за собой двери, из нее выскользнули двое парней. Слегка поеживаясь, держа при этом руки в карманах, они подошли к Спартаку.

Ничего не говоря, он протянул им «косяк». Парень, который был немного повыше своего напарника и, видимо, старше его как по возрасту, так и по распределению обязанностей в экипаже, взял папиросу из рук Спартака, жадно затянулся.

– А ничего «травка», – медленно выпустив облако дыма, похвалил он и выжидающе уставился на хозяина.

– Рассказывай, – небрежно бросил тот.

– С утра пасли. Как ты и сказал, он ментов вызвал, – выпуская дым при каждом слове, заговорил парень глухим голосом. – Потом они его с собой забрали. Вернулся поздно.

Он вопросительно посмотрел на приехавшего вместе с ним товарища.

– Часов в десять, – не сводя глаз с папиросы, торопливо ответил тот.

Спохватившись, старший протянул ему окурок и, с шумом провентилировав легкие, уже нормальным голосом продолжил:

– В последний момент он, видимо, что-то почувствовал и развернулся в нашу сторону. Но отскочить не успел. Его через машину перебросило.

– Не очухается? – Спартаку на какое-то мгновение стало жалко, что он не видел всего своими глазами.

Если бы не спицы, вставленные в кости, и не нога, с которой лишь накануне сняли гипс, наверняка, как подобает настоящим мужчинам, он свел бы счеты сам.

– Если выживет, ему же хуже, – вновь подал голос второй парень. Он до конца добил «косяк» и теперь, видимо, немного осмелев от этого, решил вмешаться в разговор на правах равного. – Его теперь на такие бабки посадят, что не рад будет своему воскрешению.

– Я сначала так и хотел сделать, – азербайджанец оглядел улицу, затем вновь перевел взгляд на парней, лиц которых нельзя было разглядеть из-за темноты. – Но он может догадаться, что это моих рук дело…

– У него много врагов, – высокий положил руку на плечо своего помощника. – Послушай, что Кузя толкует.

Спартак перевел на того выжидающий взгляд.

– Этот фрукт несколько лет в спецназе прослужил. Я о нем кой-какие справки навел.

– Ты предлагаешь мне его вместо вас взять? – перебил Спартак и рассмеялся.

– Да нет, – смутился Кузя. – Он в нескольких горячих точках отметился и два раза в Чечне был. За него там большие деньги предлагали. Поэтому он, наверно, сейчас больше думает…

– Думал бы, – поправил его старший.

– Ну да, – поправился он, – думал бы, что это его за старые грешки «чехи», разыскав, заказали.

Эти двое русских, работающих на Спартака, последние две недели «пасли» обидчика.

Поначалу Спартак хотел убрать его где-нибудь на трассе, но после нескольких попыток отказался от этой затеи. Филиппов практически не останавливался в пути в безлюдных местах. Отдыхал у стационарных постов ГИБДД. Мысль просто расстрелять машину он отмел сразу. Слишком мелкая сошка этот шоферюга, чтобы идти из-за него на такую авантюру.

Поэтому, когда Спартака известили, что его злейший враг, нарушив инструкции, оставил фуру с грузом у дома, он воспринял это как подарок судьбы. Не мешкая, Влад и Кузя, отправившись по злополучному адресу, установили в кабине простейшее взрывное устройство. Утром Филиппов обнаружил вскрытый контейнер, который эти двое идиотов не удосужились закрыть, и вызвал милицию. Тогда Спартак и приказал немедленно убить его…

* * *

Был поздний вечер. Несмотря на мелкий и нудный дождь, летние кафе и павильоны на набережной были забиты людьми до отказа. Мест не было не только за столиками, оборудованными зонтами и навесами, но и там, где они стояли просто под открытым небом.

Отовсюду гремела музыка. Разноцветные огни играли всеми цветами радуги в капельках дождя и в лужах на асфальте.

Четверо мужчин крепкого телосложения сидели за самым дальним столиком «Родника», о чем-то вполголоса переговариваясь.

Они не реагировали на многообещающие взгляды девушек и женщин, пришедших сюда ради того, чтобы найти подходящую компанию для приятного времяпровождения. Не пили спиртного.

Ежов хотел сагитировать друзей хотя бы на пиво в честь встречи, но получил категорический отказ.

– Сначала «перетереть» надо, а потом – кому как угодно. – Туров Толя тяжело вздохнул: – Мне, например, вообще нельзя.

Когда-то этот невысокого роста паренек был оптимистом и глядел своими глазами на мир с немного детской наивностью, чем настораживал не знающих его начальников, направляющих их группу на задания. Задачи они выполняли разные и в разных районах земного шарика, поэтому и руководители операций постоянно менялись. Повторяющаяся история всегда веселила не только Антона, но и всех остальных. В бою Туров превращался в хладнокровного виртуоза войны.

Сейчас он заметно похудел и осунулся. Под глазами появилась болезненная синева. Антону даже пришла в голову мысль, что встреть он Толика где-нибудь в толпе, то, возможно, даже и не узнал бы своего боевого товарища.

– Я думаю, что с продажей квартиры тебе торопиться не надо, – сразу, без обиняков, перешел к делу Саяпин.

Юра был самым молодым из всех сидящих за столом. Через неделю ему исполнится всего двадцать три. Он был среднего роста, всегда носил короткую, аккуратную прическу, а летом вообще стригся наголо. У него была правильной формы голова, густые, почти сросшиеся на переносице брови и длинный орлиный нос. Он чем-то смахивал на кавказца и часто подвергался проверке документов.

Из спецназа он ушел по ранению. Шедший с ним в дозоре офицер напоролся на растяжку. По счастливой случайности ни один из шести осколков не задел жизненно важных органов. Правда, он стал заметно прихрамывать на левую ногу. Несмотря на это, ему удалось устроиться телохранителем какой-то «бизнес-леди» и довольно безбедно существовать.

– Деньги у меня есть. Правда, не вся сумма, – не спеша продолжал он, изредка бросая по сторонам настороженный взгляд. – Если что, я без проблем достану оставшуюся часть.

– Кроме компьютеров, еще что-то вез? – поинтересовался Туров.

– Бумага была, – Антон глотнул из бокала апельсинового сока. – Ксероксная. Ее не тронули.

– Значит, так, мы пока поживем у Ежа. – Туров покосился на сидящих за соседним столиком молодых людей и придвинулся к Антону ближе. – Нам нужно оглядеться и прозондировать почву вокруг Решетова. У меня здесь кое-какие связи имеются. Ты жди, когда на тебя выйдут. Думаю, это случится уже в ближайшее время. Все же я думаю, что лучше кому-то из нас быть на подстраховке рядом с тобой.

– Не стоит, – запротестовал Антон. – Если захотят замочить, замочат по-любому.

– Смотри, – пожал плечами Туров, – как знаешь. Мы тут с Юркой кое-какие трофейчики прихватили, сейчас они у Ежа.

Еж утвердительно закивал и добавил шепотом:

– Два пистолета Макарова и штук сто патронов к ним.

– Я надеюсь, что они не пригодятся. – Антон оглядел своих товарищей: – Мужики, я влип, мне и отдуваться. Не хочу, чтобы вы из-за моей тупости свободой и жизнью рисковали.

– Ну ты это брось, – неожиданно оборвал его Туров. – За этим столом сидят люди, которые уверены в том, что, случись с ними что-то, они могут положиться на тебя так же, как ты на них. Если из-за денег переживаешь, то зря. Мне вообще можешь не отдавать, уже вряд ли даже и успеешь.

– Ладно! Хватит тебе, – нахмурился Саяпин. – Конкретно по этому вопросу есть предложение: пока не высовываться, а ждать первого шага со стороны этих уродов. И еще, – он перевел взгляд на Филиппова, – с милицией теперь поосторожней…

* * *

Антон вернулся поздно. К дому подходил с опаской. Долго стоял между гаражами, наблюдая за подъездом и окнами лестничных площадок. Не заметив ничего подозрительного, поднялся на свой этаж. Однако, вставляя ключ в замочную скважину, он с удивлением обнаружил, что дверь не заперта. Прислушался. В комнате работал телевизор.

«Может быть, Регина куда-нибудь ходила», – подумал он, однако, пройдя в зал, опешил.

В кресле, вполоборота к нему, сидел незнакомый, лет сорока—сорока пяти мужчина. На диване еще один, намного моложе.

Увидев Антона, оба, как по команде, поднялись со своих мест.

Парень сделал к нему шаг и замер. Он был одного с Антоном роста и комплекции.

Мужчина поспешил улыбнуться:

– Только без шума. Мы просто поговорить.

– Где Регина? – перебил его Антон, бросив взгляд в сторону кухни.

– Эта глухонемая… – хохотнул второй и осекся, поймав на себе взгляд своего напарника.

– С ней все в порядке, – поспешил успокоить тот и, словно находясь у себя дома, указал хозяину квартиры на стоящее рядом кресло: – Присядь, пожалуйста.

Его вполне мирный тон немного успокоил Антона, и он повиновался.

– В общем, дело обстоит так, – мужчина подошел к дивану. – Меня зовут Мальцев Константин Максимович. С этого дня груз, который ты прошляпил, мы будем искать вместе. Девушка же, – он осторожно посмотрел на Филиппова, словно стараясь предугадать реакцию на сказанное далее, – побудет пока у нас.

Антона словно ошпарили кипятком. Он соскочил с кресла.

– Вы что, совсем озверели!? Из-за какого-то барахла… Я отдам вам деньги!

Пришедший с Константином Максимовичем парень, видя, что Филиппов начал злиться, вновь поднялся со своего места.

– Деньги нам не нужны, – спокойным тоном перебил его Мальцев и, положив руку на плечо своему напарнику, заставил его снова сесть. – Ты будешь искать с нами груз. И не вздумай заикнуться ментам про бабу.

Антон плюхнулся в кресло.

– Быстро у вас меняются решения, – усмехнулся он. – Сначала чуть не замочили, теперь предлагают партнерство.

– Кто это тебя чуть не замочил? – удивленно вскинув брови, переспросил тот.

– Вам лучше знать! – Антон криво усмехнулся. – На глазах всего дома так машиной долбанули, чуть душа не вылетела.

– Ну-ка, ну-ка, – гость внимательно посмотрел на Филиппова. – Давай поподробнее.

После разговора с Ежом Антон был уверен, что люди Решетова не имеют никакого отношения к сбившей его машине. Он больше опасался мести оставшихся в Чечне кровников. Руки у них были длинные. Спецназ не возился с мелкими сошками, а работал по крупной рыбе, по известным на весь мир людям.

Обвинив незваных гостей в покушении на свою жизнь, он решил таким образом их напрячь и хотя бы немного уменьшить вероятность повторения подобного.

Мальцев внимательно, не перебивая, выслушал его рассказ. Когда Антон закончил, минуту сидел молча, уставившись в одну точку, затем перевел на него взгляд.

– Мне кажется, тебя пытались убить те, кто увел груз. Но за что? Чего они боятся?

* * *

Решетов стоял на краю огромного кукурузного поля, упирающегося в березовую рощу. Солнце клонилось к горизонту, но жара не спадала. Несмотря на это, он не снимал пиджака и даже не ослабил галстук.

– Дмитрий Иванович, – позвал почти бесшумно подошедший сзади Мальцев, – уже девятнадцать сорок. Пора.

Они вернулись к машинам, стоящим на шоссе, и через минуту кавалькада мощных джипов и «БМВ» рванула в направлении небольшого дачного поселка Звезда.

Два дня назад человек, который доверил ему отправку валюты, назначил встречу со своим эмиссаром. Разговор намечался не очень приятный, и Решетов прекрасно понимал, что возможны любые варианты его развития.

Не исключено, что первым делом у него потребуют объяснений, почему и как ушли компьютеры. В разговоре по телефону он лишь намеками дал понять о случившемся. Теперь едут за подробностями, и возможно… Нет! Только не это. Он постарался отвлечься от дурных мыслей, но подсознательно снова и снова возвращался к заготовленным в голове ответам на вопросы, которые в сложившейся ситуации не тяжело было предугадать. Оправдываться и валить все на Саныча и Бельчика было бессмысленно. Да и не нужны никому оправдания, нужен результат. Человек едет узнать, какие планы сейчас у него, и наверняка определить сроки решения этого вопроса.

Он, не торопясь, поднялся на второй этаж особняка и, войдя в свой кабинет, уселся за стол.

Посидев с минуту, снова встал, прошел вдоль стены с книжными шкафами и остановился у окна.

Внизу, во дворе, огороженном высоким забором из красного кирпича, на постриженном газоне лежали два ротвейлера. Чуть поодаль, в беседке среди молодых яблонь, сидели несколько охранников. Положив на колени автоматы, они лениво переговаривались.

Эти окна выходили во внутренний двор, поэтому он не видел, как, согласно его указаниям, при появлении небольшого кортежа из трех джипов ворота открылись и машины, не сбавляя скорости, пронеслись прямо к парадному входу. Однако по тому, как лица у мордоворотов, находящихся в беседке, сделались серьезными, а один из них, приложив к уху черную коробку портативной рации, кивнул напарникам и они, встав со скамеечек, разошлись в противоположных направлениях, Решетов понял, что эмиссар прибыл.

Он отправился встречать приехавшего. Буквально в дверях столкнувшись с Мальцевым, поморщился.

– Я уже знаю. Иди наверх.

По мраморным ступенькам к входу направился еще довольно молодой человек, высокого роста.

Длинные, до плеч, черные, слегка вьющиеся волосы, такого же цвета густые брови, орлиный нос…

Где-то Решетов уже видел его.

Чуть приотстав, за ним следовал еще один мужчина. Он был постарше и, судя по всему, выполнял при нем обязанности советника.

По виду оба были чеченцами.

Они прошли мимо Решетова, застывшего с холуйской улыбкой на губах, лишь смерив его взглядом, от чего он почувствовал себя швейцаром в собственном доме. У джипа с тонированными стеклами с невозмутимым видом стояли четверо охранников приехавшего. По их физиономиям Решетов понял, что они думают так же.

Развернувшись, он засеменил следом.

Высокий остановился в фойе. Засунув руки в карманы, огляделся.

– Меня зовут Ваха.

Дмитрий Иванович вздрогнул, наконец вспомнив, где сталкивался с этим человеком.

Это произошло под Москвой, в Бутовском лесопарке. Они сидели с Асланом в его лимузине.

Отпив из высокого стакана минеральной воды, тот пристально посмотрел в глаза Решетову.

Не выдержав цепкого, ничего не выражающего взгляда, Решетов с деланым интересом принялся рассматривать установленный между ними инкрустированный серебром столик.

– Вот что, дорогой, – чеченец вздохнул, – любой прокол, и ты пожалеешь, что родился на этот свет…

В салоне, отделанном дорогой кожей, воцарилась тишина.

Снаружи машины зашелестела листва. Открылись двери, и рядом с ним бесцеремонно уселся этот человек.

– Запомни его, Ваха. – Аслан выдержал паузу, словно давая возможность Вахе действительно запомнить Дмитрия Ивановича, затем на одном дыхании выдохнул: – Пока он не сделал нам ничего плохого…

Решетов, которому очень не понравилась манера разговора, усмехнулся:

– Ты разговариваешь со мной так, как будто я твоя собственность.

– А ты и есть моя собственность. Согласившись на мои условия, ты ею стал. Я купил тебя за комиссионные. – Он сделал еще несколько глотков минералки. Зажмурился. Затем, открыв глаза и хитро посмотрев на Решетова, добавил: – И его собственность тоже.

При этом Ваха едва заметно ухмыльнулся, бросив на Решетова взгляд, от которого стало не по себе.

– Но ведь я могу и отказаться.

– Тогда умрешь, – перебил его Аслан.

– Это почему? – вздрогнул Решетов.

– Уже много знаешь.

Решетову стало совсем плохо.

По тому, с каким брезгливым безразличием посмотрел на него Ваха, Дмитрий Иванович понял, что для этого человека он не представляет никакой ценности…

– У тебя есть бассейн?

Голос Исмаилова вернул Решетова в реальный мир. Дмитрий Иванович ожидал любого вопроса, даже не исключал стрельбы, но только никак не этого. Поэтому ему показалось, что он ослышался.

– Не понял.

– Мои люди устали. Им и мне не мешает ополоснуться с дороги, – едва скрывая свое раздражение, проговорил Ваха. – И распорядись, чтобы там был телевизор и видео.

«Странно, – подумал Решетов, отправляясь выполнять указания гостя. – Зачем ему видик?»

Приехавшие попарились в сауне, примыкающей к дому, окунулись в бассейн с кристально чистой водой, ровным счетом не обращая никакого внимания на сидевшего в плетеном кресле хозяина.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Поделиться ссылкой на выделенное