Чингиз Абдуллаев.

Душа сутенера

(страница 2 из 16)

скачать книгу бесплатно

– Значит, вы были членами клуба свингеров, – говорю я противным голосом.

Здесь все ясно. Больше тысячи долларов из него не вытащить. От силы две. Его должен был принимать мой родственник. Кстати, его фамилия не Лютиков, так как его отец – сын моей тетки. Фамилию мальчика я не назову. Хотя сейчас мог бы сказать, ему все равно уже никто не сможет навредить. Хотя нет, лучше не причинять лишней боли его родным. Парня звали Алексеем. Я еще подумал, что Алексей мог бы встретиться с Дипломатом, чтобы он не отнимал у меня время.

– Да, мы иногда посещали этот клуб, – поясняет мне Дипломат. – Дело в том, что я женат вторым браком. И моя жена на двадцать лет моложе меня. Поэтому мы считали членство в клубе свингеров обычным делом. Вы меня понимаете?

«Конечно, понимаю, – думаю я, – она моложе тебя на двадцать лет. Значит, сейчас ей под сорок. А когда вы поженились, она была еще моложе. Если ты был дипломатом в Советском Союзе, значит, не меньше десяти лет назад. Представляю, как тебе было сложно. Пятидесятилетний замордованный сотрудник дипломатической миссии, который боится парткома, КГБ, доносов, стукачей, проверяющих, провокаций, иностранных разведок и контрразведок, и вдобавок молодая жена, которую нужно каждый день удовлетворять. Тут поневоле придется выбирать. Либо жена будет изменять без твоего ведома, и ты узнаешь о своих ветвистых рогах из сдавленных смешков за спиной, либо ты сам отведешь ее в клуб, где атлет-красавец практически у тебя на глазах начнет доставлять ей удовольствие. Не знаю почему, но психологи считают, что свингерство укрепляет браки. Непонятно, каким образом, но не мое дело обсуждать такие вещи. Может, потому, что измена – это всегда обман, а здесь обмана нет. Ведь не протестовали веками крепостные крестьяне против «права первой ночи» их барина. Там все было правильно, без обмана. Может, поэтому свингеры такие жизнерадостные люди?»

– Я вас отлично понимаю, – тихо и вежливо отвечаю я своему гостю.

Он потерял для меня всякий интерес. Тоже мне извращенец. Для таких у меня есть специальные пары. Три пары ребят. Парни и девочки.

Парни – рослые, красивые, накачанные, мускулистые. Один блондин, другой брюнет, третий лысеющий шатен. Смотря кто нужен, на какой вкус. Девочки тоже разные. Конечно, пары можно варьировать в зависимости от вкусов клиентов. Словом, полный сервис. Этот Дипломат может взять свою молодую жену и приехать туда, куда я ему укажу. Конечно, там бар закроют и никого больше не пустят. И конечно, он оплатит все расходы. В небольшом баре будут только мои девочки и ребята. Они с женой могут выбрать себе любого из них. Она – для себя, он – для себя. Их проводят в общую спальную, и они смогут получать там удовольствие сколько захотят.

– Нет, – вдруг говорит этот тип, – вы меня не совсем правильно поняли. Мы с женой свингеры, и нам нужна другая пара.

– Я понимаю, – похоже, этот кретин решил проверить на прочность мои нервы, – у меня бывали клиенты-свингеры, и я знаю, что им нужно.

Мы разрешим вам пройти в наш клуб, и каждый из вас выберет себе пару по вкусу.

У него сразу стало такое выражение лица, словно он впервые услышал о моей профессии. Не люблю, когда мужчины смотрят на меня так презрительно.

– Вы не поняли, – сказал он, чуть нахмурившись, – нам не нужны ваши пары. Нам не нужны подставные девочки и мальчики, которые будут изображать из себя пары, – этот тип явно знал нашу специфику, – ваши пары нас не интересуют. Дело в том, что мы уже выбрали себе пару.

«Кажется, он ненормальный, – подумал я. – Зачем тогда он пришел ко мне?»

– Мы уже выбрали себе пару, – упрямо повторил Дипломат, – но сами они об этом не знают.

Хорошо, что я сидел, иначе бы уж точно пошатнулся. Чего только в своей жизни мне не пришлось выслушать, но такого… Такого я никогда не слышал.

– Эта пара не из клуба свингеров? – на всякий случай уточнил я.

– Нет. Дело в том, что моя жена бывает в косметическом салоне, и там работает очень симпатичная молодая женщина, которая обычно делает ей укладку. Мы с ней давно обратили внимание на эту женщину, но только недавно узнали, что ее супруг работает в институте физкультуры. Он преподает там гимнастику. Молодой человек раньше был гимнастом. Ему двадцать семь лет. Он сломал в автомобильной катастрофе ногу и поэтому был вынужден перейти на тренерскую работу. Очень красивая пара, я взял с собой их фотографию.

– Ну и что?

– Нам нравится именно эта пара. Моей жене – этот молодой человек, а мне – его жена. И было бы хорошо, если бы они согласились на подобный обмен.

– Извините меня, – осторожно сказал я, – но вам не кажется, что гораздо лучше, если вы сами скажете об этом этим молодым людям? Тем более что ваша супруга имеет возможность достаточно часто видеть эту молодую женщину.

– Вы меня не поняли, – холодно сказал Дипломат, – вам, очевидно, не совсем точно объяснили, каков мой социальный статус. Я не просто бывший дипломат, я лицо, достаточно известное в стране. Мои статьи иногда появляются в центральных газетах, на одном из каналов телевидения я веду аналитическую рубрику. У меня большой круг знакомств, и мы с женой не имеем права рисковать своим положением. Как вы себе представляете ситуацию? Моя жена говорит своему парикмахеру, что она нравится ее мужу? Или я должен отправиться в институт физкультуры и попросить молодого человека переспать с моей женой? Неужели вы не понимаете, каковы наши проблемы? Мы поэтому и обращаемся к вам, так как нам порекомендовали именно вас как настоящего специалиста в этой области.

– Разумеется, я понимаю ваши трудности, – начал я оправдываться.

Черт бы побрал этого кретина! Почему я должен стараться работать за его несчастные доллары?! Вполне может получиться, что бывший гимнаст набьет морду моему человеку только за одно предложение обменяться своей женой с каким-то стариком. Нет, так дело не пойдет. Нужно поскорее выпроводить этого типа. Славик явно промахнулся, послав его ко мне. Алексей, наверное, сидит в своей комнате и, глядя на нас, улыбается. Он лучше других понимает, в какое дурацкое положение я попал.

– Мы постараемся сделать для вас все, как вы просите, – говорю я, уже твердо зная, что никогда больше не увижу этого Дипломата. В гробу я его видел в белых тапочках! Зачем мне нужно подобным образом зарабатывать несчастную тысячу долларов?..

Миллион раз убеждал себя, что спешить не нужно. По знаку гороскопа я Скорпион и, значит, должен обладать изрядным запасом терпения. На этот раз я глупо ошибся. Не учел того факта, что он уже не только дипломат, но и крупный бизнесмен. А такие люди знают цену деньгам. И цену оказанной услуги. Они знают, сколько и за что нужно платить. Дешевый товар не бывает хорошим. Это абсолютная истина.

– Я понимаю ваши проблемы, – спокойно произнес Дипломат, – и поэтому предлагаю десять тысяч долларов в качестве гонорара. Первые пять тысяч, задаток, вы можете получить немедленно. Плюс к этому я готов оплатить все ваши побочные расходы. Но нас интересует именно эта пара, вы меня поняли?

За такие деньги я его отлично понимаю. Десять тысяч долларов – это очень достойный гонорар, и я готов попробовать поработать с этой парой. В конце концов, каждый человек в глубине души ищет приключений и разной экзотики. А гимнаст, успевший повидать мир и оставшийся в институте после аварии, наверняка захочет более острых ощущений. Их услуги можно будет достойно оплатить. Может, у них проблемы с деньгами? Сколько сейчас может получать преподаватель физкультуры?

Только не говорите, что я бессовестный человек. Это я и сам знаю. Главное в подобных вариантах – не задавать себе лишних вопросов. Если две пары действительно хотят встречаться, то почему я не должен им помочь? Как там у классика? «Если один благородный дон будет сечь другого благородного дона…» Кажется, что-то в этом роде. В нашем варианте одна пара очень хочет, а у другой мы еще не узнавали. Значит, нужно сделать так, чтобы и вторая пара захотела того же. Это сложно, но возможно. Очевидно, сумма гонорара повлияла на выражение моего лица. И Дипломат это заметил.

– Мы сделаем все, что сможем, – заверил я его. – Оставьте мне их адрес и телефон.

– Я оставлю вам номер телефона косметического салона. Женщину зовут Ольгой, а ее мужа – Андрианом. Такое редкое, красивое имя. Вот здесь все написано. Можете переписать, но бумагу верните мне.

– Конечно. – Я достаю ручку и старательно переписываю все данные.

Дипломат явно осторожничает. Он не хочет, чтобы у меня остались записи, сделанные его рукой. Старая кагэбэшная школа. Я вернул ему бумажку и поднялся, чтобы попрощаться. Он достал деньги. Пачку денег. Сто пятидесятидолларовых купюр. Осторожно положив ее на столик, посетитель медленно поднялся.

– До свидания, – кивнул он мне на прощание и вышел из квартиры.

Руки он мне, конечно, не протянул. Очевидно, человек, любящий меняться своей женой с другими партнерами, полагает, что я недостаточно порядочен для рукопожатия. Впрочем, это его личное дело.

Проводив Дипломата, я сразу достал телефон и позвонил Никитину. Это моя «правая рука». Сема Никитин – незаменимый человек. Без него мне бывает очень трудно. Иногда ему приходится куда-то уезжать, и тогда я чувствую себя почти одиноким. Сема сразу понял, что именно нужно, и пообещал приехать через полчаса. Едва я положил трубку, как раздался тот самый звонок? Господи, ну почему я тогда не послал Славика к черту. Почему я поднял трубку? Ведь я уже выходил из квартиры. Впрочем, все это лишь отговорки. Славик бы меня все равно нашел по мобильнику, и я бы ему не отказал. Ведь казалось, что это наше обычные дело. И все будет как всегда. Если бы я заранее знал, как именно будет! Если бы я мог предположить, что именно произойдет. Но я поднял трубку и сказал Славику:

– Я вас слушаю…

Интерлюдия

Совещание затягивалось, когда секретарь в очередной раз напомнил про делегацию из Великобритании. Она должна была прибыть сегодня на переговоры в Белый дом. Вице-премьер правительства Владислав Николаевич Лепин взглянул на часы. До встречи с делегацией оставалось около пятнадцати минут. Нужно было заканчивать совещание. Он коротко кашлянул. Выступавший министр взглянул на вице-премьера и, уловив его решительный жест, согласно кивнул головой – понял, что пора закругляться. Министр начал говорить энергичнее и через две минуты закончил доклад.

Лепин взглянул на него с благодарностью. Этот человек всегда был сообразительнее других. Он поднялся, чтобы закончить совещание. До встречи оставалось еще достаточно времени, чтобы из зала заседаний вернуться в свой кабинет и даже поговорить с премьер-министром. Он коротко перечислил основные моменты, на которые нужно было обратить внимание, и объявил совещание закрытым, к удивлению некоторых министров, ожидавших очередного разноса.

Выйдя из зала, Лепин быстро прошел в свой кабинет. До встречи с делегацией оставалось десять минут. Он уже собирался позвонить премьеру, чтобы доложить ему о результатах совещания, когда раздались гудки телефона правительственной связи. Лепин покосился на аппарат. С президентом и премьером у него были телефоны прямой связи. Но по этому аппарату мог звонить только ограниченный круг лиц – вице-премьеры, некоторые министры, руководитель аппарата президента. Лепин взглянул на телефон с ненавистью, словно опасаясь, что он отнимет у него много времени.

Лепину шел сорок пятый год. Он относился к той категории мужчин, которые нравятся женщинам. Высокого роста, с красивыми, всегда аккуратно подстриженными седеющими волосами, он раньше активно занимался горнолыжным спортом и легкой атлетикой, что благоприятно сказалось на его фигуре. У него было слегка вытянутое, продолговатое лицо, широко расставленные глаза, сильный, волевой подбородок. Еще раз взглянув на часы, Лепин поднял трубку:

– Я вас слушаю.

– Здравствуй, Владислав, – раздался ненавистный голос.

Лепин поморщился. Он больше всего не хотел услышать именно этот голос. Позвонивший был известным банкиром. По статусу подобный телефон был ему не положен, но по степени своего влияния он был равен вице-премьеру и даже считался одним из тех, кто способствовал назначению премьера на должность.

– Здравствуйте, – Лепина бесило уже одно то, что банкир обращается к нему на «ты», а он вынужден был говорить ему «вы», хотя последний был старше его всего на несколько лет.

– Говорят, ты не разрешил продажу энергоресурсов через Украину, – банкир не спрашивал, он утверждал.

Конечно, ему все известно, ведь министр экономики – его человек. Лепин поморщился. Нужно было давно убрать этого проныру из правительства. Но как это сделать без поддержки премьера? Ведь их правительство называют кабинетом банкира Тальковского. И вот теперь Тальковский сам позвонил ему – вице-премьеру.

– Это пока предварительное решение правительства, – осторожно сказал Лепин, – вы знаете, что Украина не платит нам за поставки нефти и газа. Мы пытаемся решить проблему в комплексе…

– Это ты нашему премьеру очки втирать будешь, – перебил его Тальковский, – мне про долги рассказывать не нужно. Хочешь в обход отправлять газ, через Белоруссию и Турцию? А у нас ведь обязательства есть перед австрийцами. Думаешь, мы не знаем, кто тебе это посоветовал?

– При чем тут советы? – сжал зубы Лепин. – Мы исходим из реальной экономической ситуации.

– Реальная ситуация совсем другая. Не нужно ничего менять, Владислав, это в твоих же интересах.

– Я не принимаю решений самостоятельно. Для этого есть президент и премьер.

– Хочешь быть чистеньким? Уже не получится, Владислав. Ты у нас вице-премьер. И знаешь, как трудно проходило твое назначение. Ты своему патрону скажи, чтобы не зарывался. Мы ведь не дети, все понимаем.

Лепин молчал. Он знал, о ком говорит Тальковский. Не для кого не было секретом, что правительство было сформировано на основе договоренности между представителями различных кланов. И основная часть чиновников была рекомендована Тальковским, одержавшим в закулисных интригах самую большую победу. Однако ни для кого не было секретом, что Лепин представлял другую группировку, которую контролировал руководитель объединения «Армада» Валентин Рашковский.

– Решение будет принимать премьер-министр, – упрямо повторил Лепин, – все претензии можете адресовать лично ему.

– Значит, поговорили, – Тальковский положил трубку.

Лепин закрыл глаза. Этот звонок был так некстати. В этот момент в кабинет вошел его помощник.

– Владислав Николаевич, вас ждут англичане, – напомнил он.

– Что? – Лепин поднял голову. – Да-да, конечно. Сейчас иду. Да, скажи, что я сейчас приду. Мне нужно только позвонить премьеру.

Помощник быстро вышел. Лепин взглянул на телефоны и поднял трубку аппарата прямой связи с премьер-министром. Ему пришлось прождать около двадцати секунд. Видимо, премьер был занят, возможно, с кем-то беседовал. «Может, ему позвонил Тальковский», – невесело подумал Лепин. Он уже хотел положить трубку, когда премьер наконец ответил:

– Что случилось, Владислав Николаевич? Вы закончили совещание?

– Да. Наши эксперты полагают, что мы можем подождать с прокачкой наших энергоресурсов на Запад. Необязательно идти на условия, которые предлагает Украина. Мы можем использовать альтернативные пути транспортировки.

– Тогда мы опоздаем с поставками энергоресурсов в Австрию, – сразу сказал премьер.

«Значит, ему звонил Тальковский, – понял Лепин, – их компания получает проценты с газа, прокачанного в Австрию. Можно было догадаться и без этого разговора».

– Может, объяснить австрийцам нашу ситуацию? – сделал новую попытку Лепин. – Вы ведь знаете, что Киев не соглашается на наши условия. И наши эксперты предложили использовать другие варианты экспортировки…

– Но не сейчас, – быстро ответил премьер, – я думаю, что нам нужно вместе искать приемлемое решение.

– Да, – растерянно сказал Лепин, – мы подумаем…

Премьер, положив трубку, сказал Тальковскому по другому телефону:

– Они думают, что им удастся протащить этот план. Не волнуйтесь, мы не допустим, чтобы наши поставки в Австрию были приостановлены.

– А почему Лепин так нагло себя ведет? – поинтересовался Тальковский. – Может, он не хочет больше работать в правительстве?

– Я бы его давно убрал, – признался премьер, – но вы ведь знаете, как у нас все построено. Его нельзя убрать, он человек Рашковского. А с ним мы договаривались, что Лепин будет в правительстве. Рашковский очень помог нам в прошлом году, и сам президент решил ввести Лепина в кабинет министров.

– Тогда нужно сделать так, чтобы Рашковский сам захотел убрать Лепина из Белого дома, – заметил банкир.

– Это легче сказать, чем сделать, – вздохнул премьер, – но я подумаю над вашими словами. А поставки в Австрию мы сорвать не позволим. Можете не сомневаться.

На другом конце провода молчали. Затем Тальковский, словно опомнившись, сухо попрощался и положил трубку. Премьер, вздохнув, вытер лоб носовым платком. Он всегда помнил, что был поставлен на эту должность Тальковским. Один из предыдущих премьеров враждовал с банкиром, и по городу ходили упорные слухи, что Тальковский планировал даже физическое устранение неугодного чиновника, но в конце концов решил просто убрать его с должности. Премьер не мог предположить, что в кабинете банкира, когда он поочередно разговаривал с вице-премьером и премьер-министром, находился еще один человек. И теперь, после того как Тальковский положил трубку, он молча посмотрел на банкира, ожидая его указаний.

– Этот наглец просто зарвался, – сказал хозяин кабинета, – он серьезно считает, что должен контролировать все финансовые потоки. А премьер ничего не может с ним сделать. Рашковский вряд ли хотел новой войны. Это все придумал сам Лепин. Решил, что ему все позволено. Он ведь уже вице-премьер. Нужно срочно принимать меры.

– Можно договориться с Рашковским, – осторожно предложил собеседник Тальковского.

– Каким образом? – зло поинтересовался банкир. – Приехать к нему и попросить разрешения на вывод Лепина из состава правительства? И как объяснить ему наше желание? Он сразу поймет, что мы хотим получить наши дивиденды, и потребует свою долю. На Лепина ему наплевать, но он не даст нам просто так взять наши деньги. Он потребует своей доли.

– Потребует, – согласился собеседник Тальковского, – но тогда у нас нет других вариантов.

– Никаких? – спросил Тальковский.

– Надеюсь, вы не имеете в виду физическое устранение? – спросил гость Тальковского. – Это решение проблемы, но практически невозможное.

– Конечно, нет, – сразу сказал банкир, – нам нужно устроить показательную «экзекуцию», чтобы все поняли, как нужно себя вести. Физическое устранение вызовет грандиозный скандал. Он не владелец торговой палатки и не обычный бандит. А я в такие игры не играю. Кроме того, если мы попытаемся решать проблемы таким способом, то можем вызвать серьезное неудовольствие других финансовых партнеров. И при этом мы обязательно заденем еще кого-нибудь, а это нам совсем не нужно. В общем, я думаю, что лучше всего принять другой план. Нужно сделать так, чтобы Лепин сам захотел уйти. Или чтобы этого захотели все остальные.

– Он любит женщин, – неожиданно сказал собеседник Тальковского.

– Что? – не понял банкир.

– Он любит женщин, – повторил собеседник, – на этом можно неплохо сыграть.

– Интересно, – сказал банкир, – очень интересно. Думаете, мы можем использовать этот фактор?

– Он красивый мужчина, – пояснил гость, – и нравится женщинам. Можно найти профессионалок. Можно изучить его пристрастия.

– Ясно, – кивнул банкир, – я все понял. У вас есть нужные люди?

– Это не проблема… – усмехнулся гость.

– Тогда давайте продумаем именно этот вариант. Но нужно все сделать быстро и аккуратно. Чтобы об этом пока никто не знал. Желательно зафиксировать его встречу на кассету. И, конечно, качество изображения должно быть отменным, чтобы у зрителя не было сомнений, кто именно главный герой этой порнозаписи.

– Сейчас есть очень качественная аппаратура, – улыбнулся гость, – это не проблема.

– Тогда договорились, – оживился банкир, – сделаем именно так. Но чтобы никто об этом не знал. Только я, вы и тот человек, которому вы поручите сделать нам запись. Это очень важно. Рашковский не должен знать, что мы пытаемся убрать одного из его людей.

– Я вас понимаю.

– Тогда договорились. И не забудьте, что мне нужна кассета не позже чем через две недели. Это предельный срок, предельный. Иначе последствия непродуманного решения Лепина могут нанести нам очень серьезный финансовый ущерб.

– Успеем, – кивнул гость, поднимаясь со стула, – сделаем все как договорились.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Поделиться ссылкой на выделенное