Чингиз Абдуллаев.

Шпионы, не вернувшиеся с холода

(страница 3 из 16)

скачать книгу бесплатно

– Ну и ходите как попугай, – зло сказал Витовченко, – а я больше не хочу иметь с вами никаких дел. Вы мне просто надоели, Ланьель. И учтите, что сегодня за кофе будете расплачиваться вы.

– Вы еще и жадина, – вздохнул Ланьель. – Почему вы все такие неблагодарные? Я столько для вас сделал, а вы не хотите даже угостить меня чашечкой кофе.

– Не угощу, – грубо ответил Витовченко, – и вообще я думаю, что нам нужно раз и навсегда прекратить наши отношения. Вы не очень серьезный человек, мистер Ланьель.

– Вы неблагодарный человек, – всплеснул руками француз, – я столько для вас сделал! Благодаря мне вы дали интервью четырем американским и французским изданиям. Вы теперь самый популярный человек на Британских островах.

– Еще скажите, что меня любят, как покойную принцессу Диану, – перебил его Витовченко. – Я ухожу, Ланьель. И больше мне не звоните.

– Подождите, – остановил его француз, видя, как он пытается подняться, чтобы уйти, – у меня есть к вам важное дело. Очень важное, господин Витовченко. Не уходите. Выслушайте меня. У меня появился итальянский друг, который~ Подождите, не уходите. Он предлагает очень интересный проект. Дело в том, что у него~ Ну подождите. Послушайте меня хотя бы еще немного. Он собирается опубликовать статью о сотрудниках КГБ, работающих в Италии. И ему нужен консультант. Если вы согласитесь, он готов заплатить. Честное слово. Пять тысяч долларов. Даю вам слово. Я возьму с вас только сорок процентов.

– Идите к черту, – поднялся Витовченко.

– Хорошо. Тридцать пять. Не уходите. Я согласен на тридцать. Честное слово заплатит. Большие деньги. Ему действительно нужна ваша консультация.

– Пять тысяч долларов? – переспросил Витовченко, остановившись.

– Полторы мои, остальные ваши, – быстро подсчитал Ланьель. – Если согласны, то заплатите за кофе, и мы поедем к нашему знакомому. Он очень вами интересовался.

Витовченко пробормотал по-русски ругательство. Затем подозвал официанта и расплатился за кофе. Через полчаса они уже направлялись на встречу.

– Как зовут вашего придурка? – осведомился Витовченко, когда они разместились на заднем сиденье черного английского такси.

– Сеньор Альтафини, – сообщил Ланьель. – А почему вы решили, что он придурок?

– С вами может иметь дела только законченный идиот, – ласково сообщил Витовченко.

– Я даже не знаю, когда мне нужно на вас обижаться, а когда смеяться, – недовольно сказал Ланьель, отодвигаясь в угол.

– Всегда обижайтесь. Так будет надежнее, – посоветовал Витовченко.

Ланьель обиженно умолк. Через полчаса они были уже на месте. В отеле «Шератон» их уже ждали. На этот раз Ланьель не обманул. За помощь в подготовке материалов Витовченко действительно получил три с половиной тысячи долларов. Ланьель забрал свои «комиссионные». Ни один из них даже не подозревал, что встреча с итальянским журналистом станет роковой для обоих.

ЗА МЕСЯЦ ДО НАЧАЛА СОБЫТИЙ. ПЛЮС ОДИН ДЕНЬ. МОСКВА

В этот день его вызвал к себе генерал Попов.

И предложил отправиться в Государственную Комиссию.

– Они просили прислать им толкового специалиста из наших преподавателей, – пояснил Попов. – Мы посоветовались и решили, что вы самая подходящая кандидатура, полковник Караев. Мы откомандируем вас в распоряжение ГТК. У вас есть вопросы?

– Нет. – Тимур знал, что сам Попов тоже был членом организации. И поэтому такой срочный вызов в Комиссию его не удивил. Караев помнил, что во главе организации стоит глава Комиссии. А Попов являлся заместителем начальника Академии ФСБ. Поэтому полковник Караев кивнул и вышел из кабинета. Уже через два часа он был в кабинете Большакова. А затем они долго спускались вниз, чтобы остаться в одном из тех помещений, где их не могли услышать ни свои, ни чужие. Оба уселись в мягкие кресла, в которых не было металлических частей. Считалось, что такие кресла хуже отражают звуковые сигналы.

– Мне сообщили об операции в Италии, – сразу начал Большаков. – Вы очень удачно вписались в нашу организацию полковник Караев. Я начинаю испытывать чувство гордости. Ведь вы мой своеобразный «крестник». Это с моей подачи вас приняли в организацию.

– Я об этом помню, – ответил Тимур, – хотя иногда мне кажется, что я должен был отказаться еще на прежнем этапе.

– Почему? – сразу спросил Большаков. – Вас, что-то не устраивает?

– Вы знаете, как прошла моя командировка в Италию? Я поехал туда со своей подругой. С женщиной, которую я люблю и на которой хочу жениться. Я об этом вам говорил. Получилось, что мы подставили ее для того, чтобы найти ее знакомых и выйти на Минкявичуса.

– Давайте разберемся, – предложил Иван Сергеевич. – Вы сожалеете о его смерти? Вы ведь читали его досье. Да или нет?

– Нет, – ответил Караев, – он был предателем. Такой классический вариант изменника.

– Хорошо. Тогда, что именно вас беспокоит?

– Я обманул свою подругу. Мне кажется, что я поступил не совсем этично, когда невольно втянул ее в эту операцию.

– Вы никогда не обманывали свою первую супругу. Только откровенно?

– Иногда, – улыбнулся Тимур.

– Какие еще проблемы морального плана вас волнуют? – уточнил Большаков.

– Только эти. Я разделяю цели нашей организации, но моя последняя командировка в Италию оказалась достаточно сложным испытанием. И об этом я хотел вам сказать.

– В таком случае у меня к вам вопрос, полковник Караев. Как вы считаете, Тимур Аркадьевич, сколько людей на вашем месте позволили бы себе так сомневаться, как вы? Только откровенно. Вы ведь были не просто контрразведчиком, а много лет работали в аналитических службах.

– Никто, – усмехнулся Караев, – вы правы. Но во мне сидит это чувство вины. Кроме того, я узнал, что неожиданно заболела и супруга Минкявичуса. Мне кажется, что этот как раз тот случай, когда может пострадать невиновный человек.

– Может, – сурово ответил Большаков. – А вы помните, скольких людей сдал Минкявичус? Подумайте о семьях, где остались без мужа и отца. А скольких он сдал потом, после восемьдесят девятого, когда Германия объединилась. Он ведь неплохо знал бывших сотрудников «Штази». Это война, полковник, вечная холодная война, и на этой войне бывают и такие жертвы. Помните, Джон Ла Карре написал о Маркусе Вольфе книгу «Шпион, который вернулся с холода»? Так вот, наши шпионы с холода не смогли вернуться. Они все остались там. Навсегда. А Вольфа потом чуть не посадили в тюрьму. И только за то, что он остался верен своей присяге и своим друзьям. Он ведь так никого и не сдал, хотя американцы и немцы обещали ему миллионы и обеспеченную жизнь.

– Получается, что вы меня уговариваете, – заметил Караев, – а я ведь не кисейная барышня.

– Не уговариваю, – возразил Иван Сергеевич, – пытаюсь понять. Мне нравится ваше отношение к делу. Ваша интеллигентность, если хотите. Ваши сомнения. Это как раз те качества, которые я всегда ценил в людях. Вы ведь аналитик, а не спецназовец. Хотя, когда понадобилось, вы проявили свои лучшие качества. Устроили такую катавасию, о которой до сих пор помнят наши сотрудники. С выбрасыванием тела из окна. Решительный и смелый шаг. А самое главное – неожиданный, что особенно ценится в нашем деле. Нестандартное мышление. Мы поэтому обратили на вас внимание Тимур Аркадьевич. Вам нужно мыслить, рассуждать, анализировать, думать. И если вдобавок к этим качествам у вас будет еще задействована и совесть, то это лучшее сочетание, о котором только можно мечтать. Я не люблю бессовестных исполнителей, Караев, мне всегда больше нравились сомневающиеся моралисты.

– Спасибо, – ответил Тимур, – теперь буду знать, по какой категории я у вас прохожу.

– Закончим нашу дискуссию, – предложил генерал. – Я позвал вас по очень важному делу. Дело в том, что в нашей организации появился «крот».

– Вы хотите сказать, что в организацию пробился чужой?

– У нас не бывает чужих. Мы не принимаем в наши ряды со стороны. Только сотрудников спецслужб, которых мы знаем многие годы, иногда даже десятки лет. Но в данном случае у нас возникла утечка информации.

– Этого следовало ожидать, – сказал Караев. – Огромная организация в которую входит много людей. Рано или поздно о ее деятельности все равно бы узнали в ФСБ или в прокуратуре.

– Вы меня не поняли, – с досадой заметил Большаков, – речь идет не об этом. Наши внутренние проблемы мы можем решать без привлечения специалистов-аналитиков. У нас иная проблема, гораздо более сложная. И очень тревожная. «Крот» работает на американцев.

– На каких американцев? – Караев даже не сразу понял, о чем ему говорит генерал.

– На Центральное разведывательное управление, – пояснил Большаков.

– Я вас не понимаю, – удивился Караев. – С каких пор американцев интересуют наши ветеранские организации? Для чего? Их должны волновать секреты вашей Комиссии или Академии ФСБ, где я работаю.

– Они вычислили наших людей, – мрачно сообщил Большаков, – начали активный прессинг повсюду. Попытались взять двоих в Сан-Франциско. Устроили засаду в Испании, где мы потеряли еще троих. Они уже знают о существовании организации и понимают, что мы действуем не как обычные государственные органы. Им нужна информация о нашей организации и о наших действиях за рубежом. Вы понимаете, Караев, какую игру они начали против нас? Они попытаются использовать существование организации для того, чтобы еще раз обвинить нашу страну в нарушении разного рода международных конвенций и договоров. Никто и не вспомнит, что американцы нарушали все мыслимые международные правила, когда вторгались в Ирак или в Афганистан, когда бомбили Сербию или похищали людей по всему миру. Они считают, что имеют право на подобные активные действия. И отказывают в праве на такую деятельность другим. Поэтому им важно представить существование нашей организации как вызов всей нашей страны современному международному праву. Хотя, как вы знаете, мы никогда не работаем против иностранных граждан, если только эти граждане не были нашими осведомителями в прошлом и не сдавали наших агентов.

– Что я должен сделать?

– Найти «крота». Для этого вам придется ознакомиться со всеми списками, узнать всех, кто мог быть причастен к командировкам нашим сотрудников в Испанию и США. После этого задания у вас не будет возможности выйти из организации. Вы узнаете все, что можно узнать. Я не боюсь, что вы можете оказаться предателем, мы слишком тщательно и полно изучали ваш психотип. Но вы можете «сломаться». Поэтому я должен вас откровенно предупредить. После выполнения этого задания, вы никогда не сможете покинуть организацию. Это останется вместе с вами на всю оставшуюся жизнь. Задача у вас почетная, но очень сложная. Вы согласны? Время на обдумывание моего предложения у вас нет. Да или нет.

– Да, – сказал Караев, – я согласен.

– Я почему-то был уверен, что вы согласитесь, – сказал Большаков.

– А как моя командировка в Англию? – напомнил Караев. – Попов говорил мне о ней.

– Именно поэтому нам так важно найти «крота», – сказал Иван Сергеевич. – Мы планируем проведение в Великобритании очередной операции по ликвидации одного из самых известных предателей в истории существования нашей внешней разведки.

Караев недоуменно взглянул на своего собеседника.

– Вы наверняка слышали его фамилию, хотя лично не знали, – продолжал Большаков, – но тогда о нем узнали все сотрудники КГБ СССР. Это был абсолютно беспрецедентный случай.

Караев, все еще не понимая, ждал, когда генерал наконец сообщит ему фамилию предателя.

– Он был нашим резидентом в Лондоне, – наконец сообщил Иван Сергеевич, и Караев изумленно прошептал:

– Гордиевский~

– Полковник Олег Гордиевский, – кивнул Большаков, – один из самых больших провалов нашей разведки в Великобритании. Мы считаем, что спустя столько лет мы можем принять решение в отношении человека, который стал символом предательства. Что касается вашей командировки в Лондон, то мы пошлем вместо вас другого сотрудника. Вы останетесь в Москве с особым заданием. И учтите, что ваши поиски должны быть максимально эффективными. И максимально быстрыми.

– Надеюсь, вы не считаете, что я могу найти «крота» за сутки?

– Об этом мы можем только мечтать. С завтрашнего дня вы работаете у нас в Комиссии. Считаетесь прикомандированным сотрудником. А сейчас мы поднимемся наверх, и я покажу вам списки подозреваемых. Нужно будет проверить каждого из них.

ЗА ДВАДЦАТЬ ДНЕЙ ДО НАЧАЛА СОБЫТИЙ. ЛОНДОН

Альтафини позвонил ему, как только вышла серия статей о бывших сотрудниках КГБ. Она вызвала в Италии большой ажиотаж, и газета увеличила свой тираж почти на десять процентов, что, по меркам любого крупного издания, было очень хорошим показателем. Именно поэтому Марчелло Альтафини пригласил своего нового знакомого в ресторан на Пиккадилли, чтобы отпраздновать совместный успех.

В этот ливанский ресторан «Фахреддин» Витовченко приезжал несколько лет назад. Тогда ресторан считался одним из лучших в городе. На первом этаже находился итальянский ресторан, а крутая лестница вела на второй этаж, где располагался «Фахреддин». Но с тех пор прошло несколько лет. Цены выросли почти в два раза. Исчезла роскошная обстановка арабского ресторана. Появились обычные столы и стулья, а среди официанток были в основном девушки из Восточной Европы, которые лениво передвигались по залу, не спеша обслуживая немногочисленных клиентов. Не в лучшую сторону изменилась и кухня.

Альтафини было сорок шесть лет. Это был полноватый мужчина с зачесанными назад темными волосами. Крупный нос, живые глаза, пухлые губы. На щеке сияла большая темная бородавка. Он был одним из тех «разгребателей грязи», которые есть почти в каждом крупном европейском издании. Одним из тех журналистов, которые работают с непроверенными материалами, предпочитая сенсационность объективности. Его статьи о бывших сотрудниках КГБ, якобы наводнивших Апеннинский полуостров, вызвали огромный резонанс в Италии. С одной стороны, там было много непроверенных слухов, грязных намеков и беспочвенных обвинений, а с другой – он привел несколько реальных фактов и этим придал своей серии статей некий налет объективности.

– Вы читали сообщения в английских газетах о ваших статьях? – поинтересовался Витовченко. – Они считают, что вы использовали не совсем проверенные сведения.

– Зависть моих коллег, – развел руками Альтафини. Он часто жестикулировал руками и его дорогие запонки сразу бросались в глаза. Витовченко даже полагал, что Альтафини делает это нарочно.

– У меня был такой опытный консультант, как вы, – улыбнулся Альтафини, поднимая бокал. – Ваше здоровье, господин Витовченко.

– Спасибо. Ваше здоровье. А почему вы назвали турецкого террориста, стрелявшего в папу римского, советским агентом? Он мог быть, скорее, болгарским агентом.

– Какая разница? – отмахнулся Альтафини. – Это большая политика. Болгария сейчас вступает в Евросоюз, ее считают оплотом европейской демократии в Восточной Европе, а я вылезаю со своими рассуждениями о том, как их бывшая разведка хотела убить Иоанна Павла Второго. По-моему, легче сразу написать, что Агджа был подготовлен советской разведкой. Сейчас русские спецслужбы снова становятся новым пугалом в Европе. И это очень благодатная тема, мистер Витовченко. Русских снова начинают бояться. До девяносто первого все считали, что ваши танки могут за несколько дней оказаться в Париже и Риме. Потом вы развалили свое государство. Сначала вас все жалели. Даже сочувствовали. Когда ваш Ельцин залез на танк и объявил, что заговорщики не пройдут. Потом у вас были сложности с продуктами и деньгами. Вас немного опасались, но уже не боялись. А потом, в девяносто четвертом, вы вывели свои войска из Германии. Ваш Ельцин тогда так удачно «дирижировал» этим выводом. Над вами начали потешаться, вы казались уже не опасными, но жалкими и ничтожными. Потом вы начали просить денег, у вас были еще большие сложности, и всем казалось, что Россия уже исчезла с карты мира как самостоятельный политический игрок. Особенно при вашем тогдашнем министре иностранных дел Козыреве. Он готов был подписаться под любым заявлением американцев.

Альтафини выпил немного вина и продолжал:

– Потом у вас наступила относительная политическая, стабильность и вы сразу ввели свой «валютный коридор». Шесть рублей за доллар. Почти как французские франки. В девяносто седьмом по всей Италии и Франции были только ваши туристы. Мы вас уже не боялись. Вы начинали нас раздражать.

Официантка принесла салаты.

– Потом у вас случился дефолт, и всем казалось, что ваша страна просто обречена на беспорядки и хаос. Но вы опять всех удивили. Сумели вылезти из такой невероятной ситуации. Тогда наши аналитики спорили, когда в Москве начнутся вооруженные столкновения. И опять все ошиблись. Вы сумели сделать невозможное. А потом к власти пришел другой президент. И начала меняться конъюнктура рынка. Вы снова начали набирать прежнюю мощь. Укрепили свою политическую систему и стали экономически развиваться. Через несколько лет изумленная Европы вдруг обнаружила, что вы опять появились рядом с нами. Сильные, мощные, по-прежнему очень опасные. И еще вдобавок очень богатые. Я не имею в виду деньги. Я говорю о настоящем богатстве – о природных ресурсах. Нефть, газ, лес, вода, золото. Такое ощущение, что Бог решил все дать именно вашей стране. И мы снова вас боимся, понимая, что ваши ракеты имеют солидную финансовую подушку, которая помогает им удерживать «равновесие». Вот такая политическая история, господин Витовченко.

– Вы неплохо разбираетесь в событиях последних пятнадцати лет в России и в мире, – заметил Витовченко, – только вы не говорите о том, что политический режим в Москве стал совсем другим.

– Это как раз и беспокоит всех европейских либералов, – сообщил Альтафини. – Я хотел сказать вам об этом. Развал Югославии привел к многочисленным войнам, когда все воевали против всех. А развал Советского Союза обошелся малой кровью, зато ваши ракеты были перебазированы из других республик в Россию. И стали важной составляющей вашей угрозы. Я уже не говорю об обычных вооружениях, которые расползались по всему миру. Вы же наверняка слышали, как некоторые бывшие советские республики продавали оружие Ираку, Сирии, Ирану и Афганистану.

– Я об этом знаю, – угрюмо кивнул Витовченко. – Зачем вы мне все это рассказываете?

– Мне сделали очень интересное предложение, – немного понизил голос итальянский журналист. – Они знают, что меня интересуют подобные вопросы, и предложили мне выступить посредником в покупке «красной ртути». Можете себе представить? Особый материал, который они используют для своего ядерного оружия. Для зарядов малой мощности.

– Это слухи, – недовольно заявил Витовченко, – никакой «красной ртути» в природе не существует.

– Тогда предлагаю полететь вместе со мной и убедиться на месте. Если такое вещество появится у меня, то это будет настоящая мировая сенсация.

– Вам ее никто не продаст.

– Давайте пари, – предложил Альтафини, – сделка состоится через неделю. Или дней через десять. Я лично доставлю вам эту «красную ртуть».

– Кто вам ее предложил?

– Конечно, посредники. Они вышли на меня и предложили мне купить часть этого вещества. Можете себе представить? Они просят полтора миллиона долларов. Но у меня пока нет подобных денег. И моя редакция не собирается рисковать такой суммой. Но я думаю, деньги мы все равно найдем.

– Подождите, – вдруг сказал Витовченко, – вам нужны деньги, чтобы купить эту «красную ртуть»? – Он вдруг понял, в какую сенсацию можно будет вложить деньги. Если они приобретут это таинственное вещество, продать его можно будет в пять, в десять раз дороже, сделав на этом целое состояние.

– Я найду деньги, – неожиданно сказал он.

– Что? – чуть не подавился Альтафини.

– Я найду деньги, – уверенно заявил Витовченко, – только вы дайте слово, что больше ни с кем не будете работать. Договорились?

– Вы найдете полтора миллиона долларов? – Альтафини отодвинул от себя тарелку с едой. – Вы шутите или говорите серьезно?

Мистер Ланьель говорил, что вы нуждаетесь в деньгах, и поэтому я согласился выплатить вам этот гонорар. А теперь вы говорите о полутора миллионах долларов.

– Мистер Ланьель идиот, – убежденно ответил раздраженный Витовченко, – а я говорю то, что знаю. Завтра утром мы с вами встретимся еще раз, и я назову вам точные сроки получения денег. Когда вы сможете дать мне образцы для проверки?

– Раньше чем через неделю у меня не получится, – признался Альтафини. – Но откуда вы возьмете деньги?

– Будем считать, что я их уже нашел, – ответил Витовченко.

Он уже начал хладнокровно просчитывать ситуацию. Через два часа он сидел в большой квартире Жуковского. Тот принял его с недовольным видом, давая понять, что нежданный посетитель отвлек его от важных дел. Жуковский даже не садился. Он стоял перед усевшимся на стул Витовченко, всем своим видом показывая, что готов потратить на этого гостя не более нескольких минут.

– Извините, что я решил вас побеспокоить, Глеб Моисеевич, – начал Витовченко, – но у меня к вам исключительно важное дело.

– Какое дело? – недовольно спросил Жуковский. – Опять понадобились деньги? Или снова приехал кто-то из ваших бывших борцов с тоталитарным режимом? Вам не кажется, что я и так слишком много и часто переплачиваю вашим знакомым и лично вам?

– Это другой случай, – решительно заявил Витовченко. – Дело в том, что я сегодня встречался с итальянским журналистом. Вы его помните, я о нем вам говорил. Марчелло Альтафини. Он готовил серию статей о бывших сотрудниках КГБ в Италии.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Поделиться ссылкой на выделенное