Евгений Шварц.

Тень. Голый король.

(страница 5 из 22)

скачать книгу бесплатно

   – О, это премило! – ответил старик министр, глядя сквозь очки. – Какой узор, какие краски! Да, да, я доложу королю, что мне чрезвычайно понравилась ваша работа!
   – Рады стараться! – сказали обманщики и принялись расписывать, какой тут необычайный узор и сочетания красок. Министр слушал очень внимательно, чтобы потом повторить все это королю. Так он и сделал.
   Теперь обманщики стали требовать еще больше денег, шелку и золота; но они только набивали себе карманы, а на работу не пошло ни одной нитки. Как и прежде, они сидели у пустых станков и делали вид, что ткут.
   Потом король послал к ткачам другого достойного сановника. Он должен был посмотреть, как идет дело, и узнать, скоро ли работа будет закончена. С ним было то же самое, что и с первым. Уж он смотрел, смотрел во все глаза, а все равно ничего, кроме пустых станков, не высмотрел.
   – Ну, как вам нравится? – спросили его обманщики, показывая ткань и восхваляя узоры, которых и в помине не было.
   «Я не глуп, – думал сановник. – Значит, я не на своем месте? Вот тебе раз! Однако нельзя и виду подавать!»
   И он стал расхваливать ткань, которой не видел, восхищаясь красивым рисунком и сочетанием красок.
   – Премило, премило! – доложил он королю.
   Скоро весь город заговорил о восхитительной ткани.
   Наконец и сам король пожелал полюбоваться диковинкой, пока она еще не снята со станка.
   С целою свитой избранных придворных и сановников, в числе которых находились и первые два, уже видевшие ткань, явился король к хитрым обманщикам, ткавшим, не покладая рук, на пустых станках.
   – Magnifique! [2 - Чудесно! (франц.)] Не правда ли? – вскричали уже побывавшие здесь сановники. – Не угодно ли полюбоваться? Какой рисунок… а краски!
   И они тыкали пальцами в пространство, воображая, что все остальные видят ткань.
   «Что за ерунда! – подумал король. – Я ничего не вижу! Ведь это ужасно! Глуп я, что ли? Или не гожусь в короли? Это было бы хуже всего!»
   – О да, очень, очень мило! – сказал в конце концов король. – Вполне заслуживает моего одобрения!
   И он с довольным видом кивал головой, рассматривая пустые станки, – он не хотел признаться, что ничего не видит. Свита короля глядела во все глаза, но видела не больше, чем он сам; и тем не менее все в один голос повторяли: «Очень, очень мило!» – и советовали королю сделать себе из этой ткани наряд для предстоящей торжественной процессии.
   – Magnifique! Чудесно! Excellent! [3 - Превосходно! (франц.)] – только и слышалось со всех сторон; все были в таком восторге! Король наградил обманщиков рыцарским крестом в петлицу и пожаловал им звание придворных ткачей.
   Всю ночь накануне торжества просидели обманщики за работой и сожгли больше шестнадцати свечей, – всем было ясно, что они очень старались кончить к сроку новое платье короля.
Они притворялись, что снимают ткань со станков, кроят ее большими ножницами и потом шьют иголками без ниток.
   Наконец они объявили:
   – Готово!
   Король в сопровождении свиты сам пришел к ним одеваться. Обманщики поднимали кверху руки, будто держали что-то, приговаривая:
   – Вот панталоны, вот камзол, вот кафтан! Чудесный наряд! Легок, как паутина, и не почувствуешь его на теле! Но в этом-то вся и прелесть!
   – Да, да! – говорили придворные, хотя они ничего не видели – но ведь и видеть-то было нечего.
   – А теперь, ваше королевское величество, соблаговолите раздеться и стать вот тут, перед большим зеркалом! – сказали королю обманщики. – Мы оденем вас!
   Король разделся догола, и обманщики принялись наряжать его: они делали вид, будто надевают на него одну часть одежды за другой и наконец прикрепляют что-то на плечах и на талии, – это они надевали на него королевскую мантию! А король поворачивался перед зеркалом во все стороны.
   – Боже, как идет! Как чудно сидит! – шептали в свите. – Какой узор, какие краски! Роскошное платье!
   – Балдахин ждет! – доложил обер-церемониймейстер.
   – Я готов! – сказал король. – Хорошо ли сидит платье?
   И он еще раз повернулся перед зеркалом: надо ведь было показать, что он внимательно рассматривает свой наряд.
   Камергеры, которые должны были нести шлейф королевской мантии, сделали вид, будто приподняли что-то с пола, и пошли за королем, вытягивая перед собой руки, – они не смели и виду подать, что ничего не видят.
   И вот король шествовал по улицам под роскошным балдахином, а люди, толпившиеся, чтобы на него посмотреть, говорили:
   – Ах, какое красивое это новое платье короля! Как чудно сидит! Какая роскошная мантия!
   Ни единый человек не сказал, что ничего не видит, никто не хотел признаться, что он глуп или сидит не на своем месте. Ни одно платье короля не вызывало еще таких восторгов.
   – Да ведь король-то голый! – закричал вдруг какой-то маленький мальчик.
   – Послушайте-ка, что говорит невинный младенец! – сказал его отец, и все стали шепотом передавать друг другу слова ребенка.
   – Да ведь он совсем голый! Вот мальчик говорит, что он голый! – закричал наконец весь народ.
   И королю стало жутко: ему казалось, что они правы, но надо же было довести церемонию до конца!
   И он выступал под своим балдахином еще величавее, а камергеры шли за ним, поддерживая мантию, которой не было.



   Генрих.
   Христиан.
   Король.
   Принцесса.
   Король-отец.
   Министры.
   Придворные дамы.
   Жандармы.
   Фрейлины.
   Солдаты.
   Публика.


   Лужайка, поросшая цветами. На заднем плане – королевский замок. Свиньи бродят по лужайке. Свинопас Генрих рассказывает. Друг его, ткач Христиан, лежит задумчиво на траве.
   Генрих. Несу я через королевский двор поросенка. Ему клеймо ставили королевское. Пятачок, а наверху корона. Поросенок орет – слушать страшно. И вдруг сверху голос: перестаньте мучить животное, такой-сякой! Только что я хотел выругаться – мне, понимаешь, и самому неприятно, что поросенок орет, – глянул наверх, ах! а там принцесса. Такая хорошенькая, такая миленькая, что у меня сердце перевернулось. И решил я на ней жениться.
   Христиан. Ты мне это за последний месяц рассказываешь в сто первый раз.
   Генрих. Такая, понимаешь, беленькая! Я и говорю: принцесса, приходи на лужок поглядеть, как пасутся свиньи. А она: я боюсь свиней. А я ей говорю: свиньи смирные. А она: нет, они хрюкают. А я ей: это человеку не вредит. Да ты спишь?
   Христиан(сонно). Спу.
   Генрих(поворачивается к свиньям). И вот, дорогие вы мои свинки, стал я ходить каждый вечер этой самой дорогой. Принцесса красуется в окне, как цветочек, а я стою внизу во дворе как столб, прижав руки к сердцу. И все ей повторяю: приходи на лужок. А она: а чего я там не видела? А я ей: цветы там очень красивые. А она: они и у нас есть. А я ей: там разноцветные камушки. А она мне: подумаешь, как интересно. Так и уговариваю, пока нас не разгонят. И ничем ее не убедишь! Наконец я придумал. Есть, говорю, у меня котелок с колокольчиками, который прекрасным голосом поет, играет на скрипке, на валторне, на флейте и, кроме того, рассказывает, что у кого готовится на обед. Принеси, говорит она, сюда этот котелок. Нет, говорю, его у меня отберет король. Ну ладно, говорит, приду к тебе на лужайку в будущую среду, ровно в двенадцать. Побежал я к Христиану. У него руки золотые, и сделали мы котелок с колокольчиками… Эх, свинки, свинки, и вы заснули! Конечно, вам надоело… Я только об этом целыми днями и говорю… Ничего не поделаешь – влюблен. Ах, идет! (Толкает свиней.) Вставай, Герцогиня, вставай, Графиня, вставай, Баронесса. Христиан! Христиан! Проснись!
   Христиан. А? Что?
   Генрих. Идет! Вон она! Беленькая, на дорожке. (Генрих тычет пальцем вправо.)
   Христиан. Чего ты? Чего там? Ах, верно – идет. И не одна, со свитой… Да перестань ты дрожать… Как ты женишься на ней, если ты ее так боишься?
   Генрих. Я дрожу не от страха, а от любви.
   Христиан. Генрих, опомнись! Разве от любви полагается дрожать и чуть ли не падать на землю! Ты не девушка!
   Генрих. Принцесса идет.
   Христиан. Раз идет, значит, ты ей нравишься. Вспомни, сколько девушек ты любил – и всегда благополучно. А ведь она хоть и принцесса, а тоже девушка.
   Генрих. Главное, беленькая очень. Дай глотну из фляжки. И хорошенькая. И миленькая. Идешь по двору, а она красуется в окне, как цветочек… И я как столб, во дворе, прижавши руки к сердцу…
   Христиан. Замолчи! Главное, будь тверд. Раз уж решил жениться – не отступай. Ох, не надеюсь я на тебя. Был ты юноша хитрый, храбрый, а теперь…
   Генрих. Не ругай меня, она подходит…
   Христиан. И со свитой!
   Генрих. Я никого не вижу, кроме нее! Ах ты моя миленькая!
   Входят принцесса и придворные дамы. Принцесса подходит к свинопасу. Дамы стоят в стороне.
   Принцесса. Здравствуй, свинопас.
   Генрих. Здравствуй, принцесса.
   Принцесса. А мне сверху, из окна, казалось, что ты меньше ростом.
   Генрих. А я больше ростом.
   Принцесса. И голос у тебя нежней. Ты со двора всегда очень громко мне кричал.
   Генрих. А здесь я не кричу.
   Принцесса. Весь дворец знает, что я пошла сюда слушать твой котелок, – так ты кричал! Здравствуй, свинопас! (Протягивает ему руку.)
   Генрих. Здравствуй, принцесса. (Берет принцессу за руку.)
   Христиан(шепчет). Смелей, смелей, Генрих!
   Генрих. Принцесса! Ты такая славненькая, что прямо страшно делается.
   Принцесса. Почему?
   Генрих. Беленькая такая, добренькая такая, нежная такая.
   Принцесса вскрикивает.
   Что с тобой?
   Принцесса. Вон та свинья злобно смотрит на нас.
   Генрих. Которая? А! Та! Пошла отсюда прочь, Баронесса, или я завтра же тебя зарежу.
   Третья придворная дама. Ах! (Падает в обморок.)
   Все придворные дамы ее окружают.
   Возмущенные возгласы. Грубиян!
   – Нельзя резать баронессу!
   – Невежа!
   – Это некрасиво – резать баронессу!
   – Нахальство!
   – Это неприлично – резать баронессу!
   Первая придворная дама(торжественно подходит к принцессе). Ваше высочество! Запретите этому… этому поросенку оскорблять придворных дам.
   Принцесса. Во-первых, он не поросенок, а свинопас, а во-вторых – зачем ты обижаешь мою свиту?
   Генрих. Называй меня, пожалуйста, Генрих.
   Принцесса. Генрих? Как интересно. А меня зовут Генриетта.
   Генрих. Генриетта? Неужели? А меня – Генрих.
   Принцесса. Видишь, как хорошо. Генрих!
   Генрих. Вот ведь! Бывает же… Генриетта.
   Первая придворная дама. Осмелюсь напомнить вашему высочеству, что этот… этот ваш собеседник собирается завтра зарезать баронессу.
   Принцесса. Ах да… Скажи, пожалуйста, Генрих, зачем ты собираешься завтра зарезать баронессу?
   Генрих. А она уже достаточно разъелась. Она ужасно толстая.
   Третья придворная дама. Ах! (Снова падает в обморок.)
   Генрих. Почему эта дама все время кувыркается?
   Первая придворная дама. Эта дама и есть та баронесса, которую вы назвали свиньей и хотите зарезать.
   Генрих. Ничего подобного, вот свинья, которую я назвал Баронессой и хочу зарезать.
   Первая придворная дама. Вы эту свинью назвали Баронессой?
   Генрих. А эту Графиней.
   Вторая придворная дама. Ничего подобного! Графиня – это я!
   Генрих. А эта свинья – Герцогиня.
   Первая придворная дама. Какая дерзость! Герцогиня – это я! Называть свиней высокими титулами! Ваше высочество, обратите внимание на неприличный поступок этого свинопаса.
   Принцесса. Во-первых, он не свинопас, а Генрих. А во-вторых, свиньи – его подданные, и он вправе их жаловать любыми титулами.
   Первая придворная дама. И вообще он ведет себя неприлично. Он держит вас за руку!
   Принцесса. Что же тут неприличного! Если бы он держал меня за ногу…
   Первая придворная дама. Умоляю вас, молчите. Вы так невинны, что можете сказать совершенно страшные вещи.
   Принцесса. А вы не приставайте. А скажи, Генрих, почему у тебя такие твердые руки?
   Генрих. Тебе не нравится?
   Принцесса. Какие глупости! Как это мне может не нравиться! У тебя руки очень милые.
   Генрих. Принцесса, я тебе сейчас что-то скажу…
   Первая придворная дама(решительно). Ваше высочество! Мы пришли сюда слушать котелок. Если мы не будем слушать котелок, а будем с крайне неприличным вниманием слушать чужого мужчину, я сейчас же…
   Принцесса. Ну и не слушайте чужого мужчину и отойдите.
   Первая придворная дама. Но он и вам чужой!
   Принцесса. Какие глупости. Я с чужими никогда не разговариваю.
   Первая придворная дама. Я даю вам слово, принцесса, что сейчас же позову короля.
   Принцесса. Отстаньте!
   Первая придворная дама(кричит, повернувшись к замку). Коро-оль! Идите сюда скорей. Принцесса ужасно себя ведет!
   Принцесса. Ах, как они мне надоели. Ну покажи им котелок, Генрих, если им так хочется.
   Генрих. Христиан! Иди сюда. Давай котелок.
   Христиан(достает из мешка котелок. Тихо.) Молодец, Генрих. Так ее. Не выпускай ее. Она в тебя по уши влюблена.
   Генрих. Ты думаешь?
   Христиан. Да тут и думать нечего. Теперь, главное, поцелуй ее. Найди случай! Целуй ее, чтобы ей было что вспомнить, когда домой придет. Вот, ваше высочество, и вы, благородные дамы, замечательный котелок с колокольчиками. Кто его сделал? Мы. Для чего? Для того, чтобы позабавить высокорожденную принцессу и благородных дам. На вид котелок прост – медный, гладкий, затянут сверху ослиной кожей, украшен по краям бубенцами. Но это обманчивая простота. За этими медными боками скрыта самая музыкальная душа в мире. Сыграть сто сорок танцев и спеть одну песенку может этот медный музыкант, позванивая своими серебряными колокольчиками. Вы спросите: почему так много танцев? Потому что он весел, как мы. Вы спросите: почему всего одну песенку? Потому что он верен, как мы. Но это еще не все: эта чудодейственная, веселая и верная машина под ослиной кожей скрывает нос!
   Придворные дамы(хором). Что?
   Христиан. Нос. И какой нос, о прекрасная принцесса и благородные дамы! Под грубой ослиной кожей таится, как нежный цветок, самый тонкий, самый чуткий нос в мире. Достаточно направить его с любого расстояния на любую кухню любого дома – и наш великий нос сразу почует, что за обед там готовится. И сразу же совершенно ясно, правда, несколько в нос, опишет нам нос этот самый обед. О благородные слушатели! С чего мы начнем? С песенки, с танцев или с обедов?
   Первая придворная дама. Принцесса, с чего вы прикажете начать? Ах! Я заслушалась и не заметила! Принцесса! Принцесса! Принцесса! Я вам говорю.
   Принцесса(томно). Мне? Ах да, да. Говорите что хотите.
   Первая придворная дама. Что вы делаете, принцесса? Вы позволяете обнимать себя за талию. Это неприлично!
   Принцесса. Что же тут неприличного? Если бы он обнимал меня за…
   Первая придворная дама. Умоляю вас, молчите. Вы так наивны, что можете сказать совершенно страшные вещи!
   Принцесса. А вы не приставайте. Идите слушайте котелок!
   Первая придворная дама. Но мы не знаем, с чего начать: с песенки, с танцев или с обедов?
   Принцесса. Как ты думаешь, Генрих?
   Генрих. Ах ты моя миленькая…
   Принцесса. Он говорит, что ему все равно.
   Первая придворная дама. Но я спрашиваю вас, принцесса.
   Принцесса. Я же вам ответила, что нам все равно. Ну, начинайте с обедов.
   Придворные дамы(хлопая в ладоши). С обедов, с обедов, с обедов!
   Христиан. Слушаю-с, благородные дамы. Мы ставим котелок на левый бок и тем самым приводим в действие нос. Слышите, как он сопит?
   Слышно громкое сопение.
   Это он принюхивается.
   Слышно оглушительное чихание.
   Он чихнул, – следовательно, он сейчас заговорит. Внимание.
   Нос(гнусаво). Я в кухне герцогини.
   Придворные дамы(хлопая в ладоши). Ах, как интересно!
   Первая придворная дама. Но…
   Придворные дамы. Не мешайте!
   Нос. У герцогини на плите ничего не варится, а только разогревается.
   Придворные дамы. Почему?
   Нос. Она вчера за королевским ужином напихала себе в рукава девять бутербродов с икрой, двенадцать с колбасой, пять отбивных котлет, одного кролика, шашлык по-царски, курицу под белым соусом, пирожков разных восемнадцать штук, соус тартар с каперсами и оливками, беф-филе годар, соус из фюмэ, натуральный пломбир с цукатами, парфе кофейное и корочку хлебца.
   Первая придворная дама. Ты врешь, нахальный нос!
   Нос. Не для чего мне врать. Я точный прибор.
   Придворные дамы. Браво, браво, как интересно, еще, еще!
   Нос. Я в кухне у графини.
   Вторая придворная дама. Но…
   Придворные дамы. Не мешайте.
   Нос. Плита у графини такая холодная, чхи, что я боюсь схватить насморк! Чхи!
   Придворные дамы. Но почему?
   Нос. Плита у графини целый месяц не топилась.
   Придворные дамы. Но почему?
   Нос. Она целый месяц обедает в гостях. Она экономная.
   Вторая придворная дама. Врешь, бесстыдный нос!
   Нос. Чего мне врать? Машина не врет. Я у баронессы. Здесь тепло. Печь горит вовсю. У баронессы прекрасный повар. Он готовит обед для гостей. Он делает из конины куриные котлеты. Сейчас я иду к маркизе, потом к генеральше, потом к президентше…
   Придворные дамы(кричат хором). Довольно, довольно, ты устал!
   Нос. Я не устал.
   Придворные дамы. Нет, устал, устал, довольно, довольно!
   Христиан(поворачивает котелок). Я надеюсь, что вы в восторге, благородные дамы?
   Придворные дамы молчат.
   Если нет – пущу опять нос в путешествие.
   Придворные дамы. Мы довольны, довольны, спасибо, браво, не надо!
   Христиан. Я вижу, вы действительно довольны и веселы. А раз вы довольны и веселы, то вам только и остается что танцевать. Сейчас вы услышите один из ста сорока танцев, запрятанных в этом котелке.
   Первая придворная дама. Я надеюсь – это танец без… без… слов?
   Христиан. О да, герцогиня, это совершенно безобидный танец. Итак, я кладу котелок на правый бок и – вы слышите?
   Позванивая бубенчиками, котелок начинает играть. Генрих танцует с принцессой. Христиан с герцогиней, графиня с баронессой. Прочие придворные дамы водят вокруг хоровод. Танец кончается.
   Придворные дамы. Еще, еще, какой хороший танец!
   Христиан. Ну, Генрих, действуй! Вот тебе предлог.
   Принцесса. Да, пожалуйста, Генрих, заведи еще раз котелок! Я сама не знала, что так люблю танцевать.
   Христиан. Ваше высочество, у этого котелка есть одно ужасное свойство.
   Принцесса. Какое?
   Христиан. Несмотря на свою музыкальную душу, он ничего не делает даром. Первый раз он играл в благодарность за то, что вы пришли из королевского дворца на нашу скромную лужайку. Если вы хотите, чтобы он играл еще…
   Принцесса. Я должна еще раз прийти. Но как это сделать? Ведь для этого надо уйти, а мне так не хочется!
   Генрих. Нет, нет, не уходи, куда там, еще рано, ты только что пришла!
   Принцесса. Но он иначе не заиграет, а мне так хочется еще потанцевать с тобой. Что нужно сделать? Скажи! Я согласна.
   Генрих. Нужно… чтобы ты… (скороговоркой) десять раз меня поцеловала.
   Придворные дамы. Ах!
   Принцесса. Десять?
   Генрих. Потому что я очень влюблен в тебя. Зачем ты так странно смотришь? Ну не десять, ну пять.
   Принцесса. Пять? Нет!
   Генрих. Если бы ты знала, как я обрадуюсь, ты бы не спорила… Ну поцелуй меня хоть три раза…
   Принцесса. Три? Нет! Я не согласна.
   Первая придворная дама. Вы поступаете совершенно справедливо, ваше высочество.
   Принцесса. Десять, пять, три. Кому ты это предлагаешь? Ты забываешь, что я – королевская дочь! Восемьдесят, вот что!
   Придворные дамы. Ах!
   Генрих. Что восемьдесят?
   Принцесса. Поцелуй меня восемьдесят раз! Я принцесса!
   Придворные дамы. Ах!
   Первая придворная дама. Ваше высочество, что вы делаете! Он вас собирается целовать в губы! Это неприлично!
   Принцесса. Что же тут неприличного? Ведь в губы, а не…
   Первая придворная дама. Умоляю вас, молчите! Вы так невинны, что можете сказать совершенно страшные вещи.
   Принцесса. А вы не приставайте!
   Генрих. Скорей! Скорей!
   Принцесса. Пожалуйста, Генрих, я готова.
   Первая придворная дама. Умоляю вас, принцесса, не делать этого. Уж если вам так хочется потанцевать, пусть он меня поцелует хоть сто раз…
   Принцесса. Вас? Вот это будет действительно неприлично! Вас он не просил. Вы сами предлагаете мужчине, чтобы он вас целовал.
   Первая придворная дама. Но ведь вы тоже…
   Принцесса. Ничего подобного, меня он принудил! Я вас понимаю – сто раз. Конечно, он такой милый, кудрявый, у него такой приятный ротик… Она отчасти права, Генрих, ты меня поцелуешь сто раз. И пожалуйста, не спорьте, герцогиня, иначе я прикажу вас заточить в подземелье.
   Первая придворная дама. Но король может увидеть вас из окон дворца!
   Принцесса. Станьте вокруг! Слышите! Станьте вокруг! Заслоняйте нас своими платьями. Скорей! Как это можно – мешать людям, которые собрались целоваться! Иди сюда, Генрих!
   Первая придворная дама. Но кто будет считать, ваше высочество?
   Принцесса. Это не важно! Если мы собьемся – то начнем сначала.
   Первая придворная дама. Считайте, медам.
   Генрих и принцесса целуются.
   Придворные дамы. Раз.
   Поцелуй продолжается.
   Первая придворная дама. Но, ваше высочество, для первого раза, пожалуй, уже достаточно!
   Поцелуй продолжается.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

Поделиться ссылкой на выделенное