Евгений Шварц.

Обыкновенное чудо. Дракон.

(страница 5 из 22)

скачать книгу бесплатно

   Бургомистр. Ты от него? Никакого боя не будет, конечно? Ты принес приказ заточить Ланцелота в тюрьму?
   Лакей. Господин дракон приказывает: первое – назначить бой на завтра, второе – Ланцелота снабдить оружием, третье – быть поумнее.
   Бургомистр. Поздравляю вас, у меня зашел ум за разум. Ум! Ау! Отзовись! Выйди!
   Лакей. Мне приказано переговорить с Эльзой наедине.
   Бургомистр. Ухожу, ухожу, ухожу! (Торопливо удаляется.)
   Лакей. Здравствуй, Эльза.
   Эльза. Здравствуй, Генрих.
   Генрих. Ты надеешься, что Ланцелот спасет тебя?
   Эльза. Нет. А ты?
   Генрих. И я нет.
   Эльза. Что дракон велел передать мне?
   Генрих. Он велел передать, чтобы ты убила Ланцелота, если это понадобится.
   Эльза(в ужасе). Как?
   Генрих. Ножом. Вот он, этот ножик. Он отравленный…
   Эльза. Я не хочу!
   Генрих. А господин дракон на это велел сказать, что иначе он перебьет всех твоих подруг.
   Эльза. Хорошо. Скажи, что я постараюсь.
   Генрих. А господин дракон на это велел сказать: всякое колебание будет наказано как ослушание.
   Эльза. Я ненавижу тебя!
   Генрих. А господин дракон на это велел сказать, что умеет награждать верных слуг.
   Эльза. Ланцелот убьет твоего дракона!
   Генрих. А господин дракон на это велел сказать: посмотрим!
 //-- Занавес --// 


   Центральная площадь города. Направо – ратуша с башенкой, на которой стоит часовой. Прямо – огромное мрачное коричневое здание без окон, с гигантской чугунной дверью во всю стену, от фундамента до крыши. На двери надпись готическими буквами: «Людям вход безусловно запрещен». Налево – широкая старинная крепостная стена. В центре площади – колодец с резными перилами и навесом. Генрих, без ливреи, в фартуке, чистит медные украшения на чугунной двери.
   Генрих(напевает). Посмотрим, посмотрим, провозгласил дракон. Посмотрим, посмотрим, взревел старик дра-дра. Старик дракоша прогремел: посмотрим, черт возьми! И мы действительно посмо! Посмотрим, тру-ля-ля!
   Из ратуши выбегает Бургомистр. На нем смирительная рубашка.
   Бургомистр. Здравствуй, сынок. Ты посылал за мной?
   Генрих. Здравствуй, отец. Я хотел узнать, как там у вас идут дела. Заседание городского самоуправления закрылось?
   Бургомистр. Какое там! За целую ночь мы едва успели утвердить повестку дня.
   Генрих. Умаялся?
   Бургомистр. А ты как думаешь? За последние полчаса мне переменили три смирительные рубашки.
(Зевает.) Не знаю, к дождю, что ли, но только сегодня ужасно разыгралась моя проклятая шизофрения. Так и брежу, так и брежу… Галлюцинации, навязчивые идеи, то-се. (Зевает.) Табак есть?
   Генрих. Есть.
   Бургомистр. Развяжи меня. Перекурим.
   Генрих развязывает отца. Усаживаются рядом на ступеньках дворца. Закуривают.
   Генрих. Когда же вы решите вопрос об оружии?
   Бургомистр. О каком оружии?
   Генрих. Для Ланцелота.
   Бургомистр. Для какого Ланцелота?
   Генрих. Ты что, с ума сошел?
   Бургомистр. Конечно. Хорош сын. Совершенно забыл, как тяжко болен его бедняга отец. (Кричит.) О люди, люди, возлюбите друг друга! (Спокойно.) Видишь, какой бред.
   Генрих. Ничего, ничего, папа. Это пройдет.
   Бургомистр. Я сам знаю, что пройдет, а все-таки неприятно.
   Генрих. Ты послушай меня. Есть важные новости. Старик дракоша нервничает.
   Бургомистр. Неправда!
   Генрих. Уверяю тебя. Всю ночь, не жалея крылышек, наш старикан порхал неведомо где. Заявился домой только на рассвете. От него ужасно несло рыбой, что с ним случается всегда, когда он озабочен. Понимаешь?
   Бургомистр. Так, так.
   Генрих. И мне удалось установить следующее. Наш добрый ящер порхал всю ночь исключительно для того, чтобы разузнать всю подноготную о славном господине Ланцелоте.
   Бургомистр. Ну, ну?
   Генрих. Не знаю, в каких притонах – на Гималаях или на горе Арарат, в Шотландии или на Кавказе, – но только старичок разведал, что Ланцелот – профессиональный герой. Презираю людишек этой породы. Но дра-дра, как профессиональный злодей, очевидно, придает им кое-какое значение. Он ругался, скрипел, ныл. Потом дедушке захотелось пивца. Вылакав целую бочку любимого своего напитка и не отдав никаких приказаний, дракон вновь расправил свои перепонки и вот до сей поры шныряет в небесах, как пичужка. Тебя это не тревожит?
   Бургомистр. Ни капельки.
   Генрих. Папочка, скажи мне – ты старше меня… опытней… Скажи, что ты думаешь о предстоящем бое? Пожалуйста, ответь. Неужели Ланцелот может… Только отвечай попросту, без казенных восторгов, – неужели Ланцелот может победить? А? Папочка? Ответь мне!
   Бургомистр. Пожалуйста, сынок, я отвечу тебе попросту, от души. Я так, понимаешь, малыш, искренне привязан к нашему дракоше! Вот честное слово даю. Сроднился я с ним, что ли? Мне, понимаешь, даже, ну как тебе сказать, хочется отдать за него жизнь. Ей-богу правда, вот провалиться мне на этом месте! Нет, нет, нет! Он, голубчик, победит! Он победит, чудушко-юдушко! Душечка-цыпочка! Летун-хлопотун! Ох, люблю я его как! Ой, люблю! Люблю – и крышка. Вот тебе и весь ответ.
   Генрих. Не хочешь ты, папочка, попросту, по душам поговорить с единственным своим сыном!
   Бургомистр. Не хочу, сынок. Я еще не сошел с ума. То есть я, конечно, сошел с ума, но не до такой степени. Это дракон приказал тебе допросить меня?
   Генрих. Ну что ты, папа!
   Бургомистр. Молодец, сынок! Очень хорошо провел весь разговор. Горжусь тобой. Не потому, что я отец, клянусь тебе. Я горжусь тобою как знаток, как старый служака. Ты запомнил, что я ответил тебе?
   Генрих. Разумеется.
   Бургомистр. А эти слова: чудушко-юдушко, душечка-цыпочка, летун-хлопотун?
   Генрих. Все запомнил.
   Бургомистр. Ну вот так и доложи!
   Генрих. Хорошо, папа.
   Бургомистр. Ах ты мой единственный, ах ты мой шпиончик… Карьерочку делает, крошка. Денег не надо?
   Генрих. Нет, пока не нужно, спасибо, папочка.
   Бургомистр. Бери, не стесняйся. Я при деньгах. У меня как раз вчера был припадок клептомании. Бери…
   Генрих. Спасибо, не надо. Ну а теперь скажи мне правду..
   Бургомистр. Ну что ты, сыночек, как маленький, – правду, правду… Я ведь не обыватель какой-нибудь, а бургомистр. Я сам себе не говорю правды уже столько лет, что и забыл, какая она, правда-то. Меня от нее воротит, отшвыривает. Правда – она знаешь чем пахнет, проклятая? Довольно, сын. Слава дракону! Слава дракону! Слава дракону!
   Часовой на башне ударяет алебардой об пол. Кричит.
   Часовой. Смирно! Равнение на небо! Его превосходительство показались над Серыми горами!
   Генрих и бургомистр вскакивают и вытягиваются, подняв головы к небу. Слышен отдаленный гул, который постепенно замирает.
   Вольно! Его превосходительство повернули обратно и скрылись в дыму и пламени!
   Генрих. Патрулирует.
   Бургомистр. Так, так. Слушай, а теперь ты мне ответь на один вопросик. Дракон действительно не дал никаких приказаний, а, сынок?
   Генрих. Не дал, папа.
   Бургомистр. Убивать не будем?
   Генрих. Кого?
   Бургомистр. Нашего спасителя.
   Генрих. Ах, папа, папа.
   Бургомистр. Скажи, сынок. Не приказал он потихоньку тюкнуть господина Ланцелота? Не стесняйся, говори… Чего там… Дело житейское. А, сынок? Молчишь?
   Генрих. Молчу.
   Бургомистр. Ну ладно, молчи. Я сам понимаю: ничего не поделаешь – служба.
   Генрих. Напоминаю вам, господин бургомистр, что с минуты на минуту должна состояться торжественная церемония вручения оружия господину герою. Возможно, что сам дра-дра захочет почтить церемонию своим присутствием, а у тебя еще ничего не готово.
   Бургомистр(зевает и потягивается). Ну что ж, пойду. Мы в один миг подберем ему оружие какое-нибудь. Останется доволен. Завяжи-ка мне рукава… Вот и он идет! Ланцелот идет!
   Генрих. Уведи его! Сейчас сюда придет Эльза, с которой мне нужно поговорить.
   Входит Ланцелот.
   Бургомистр(кликушествуя). Слава тебе, слава, осанна, Георгий Победоносец! Ах, простите, я обознался в бреду. Мне вдруг почудилось, что вы так на него похожи.
   Ланцелот. Очень может быть. Это мой дальний родственник.
   Бургомистр. Как скоротали ночку?
   Ланцелот. Бродил.
   Бургомистр. Подружились с кем-нибудь?
   Ланцелот. Конечно.
   Бургомистр. С кем?
   Ланцелот. Боязливые жители вашего города травили меня собаками. А собаки у вас очень толковые. Вот с ними-то я и подружился. Они меня поняли, потому что любят своих хозяев и желают им добра. Мы болтали почти до рассвета.
   Бургомистр. Блох не набрались?
   Ланцелот. Нет. Это были славные, аккуратные псы.
   Бургомистр. Вы не помните, как их звали?
   Ланцелот. Они просили не говорить.
   Бургомистр. Терпеть не могу собак.
   Ланцелот. Напрасно.
   Бургомистр. Слишком простые существа.
   Ланцелот. Вы думаете, это так просто – любить людей? Ведь собаки великолепно знают, что за народ их хозяева. Плачут, а любят. Это настоящие работники. Вы посылали за мной?
   Бургомистр. За мной, воскликнул аист – и клюнул змею своим острым клювом. За мной, сказал король – и оглянулся на королеву. За мной летели красотки верхом на изящных тросточках. Короче говоря – да, я посылал за вами, господин Ланцелот.
   Ланцелот. Чем могу служить?
   Бургомистр. В магазине Мюллера получена свежая партия сыра. Лучшее украшение девушки – скромность и прозрачное платьице. На закате дня дикие утки пролетели над колыбелькой. Вас ждут на заседание городского самоуправления, господин Ланцелот.
   Ланцелот. Зачем?
   Бургомистр. Зачем растут липы на улице Драконовых Лапок? Зачем танцы, когда хочется поцелуев? Зачем поцелуи, когда стучат копыта? Члены городского самоуправления должны лично увидеть вас, чтобы сообразить, какое именно оружие подходит вам больше всего, господин Ланцелот. Идемте, покажемся им!
   Уходят.
   Генрих. Посмотрим, посмотрим, провозгласил дракон; посмотрим, посмотрим, взревел старик дра-дра; старик дракоша прогремел: посмотрим, черт возьми, – и мы действительно посмо!
   Входит Эльза.
   Эльза!
   Эльза. Да, я. Ты посылал за мной?
   Генрих. Посылал. Как жаль, что на башне стоит часовой. Если бы не эта в высшей степени досадная помеха, я бы тебя обнял и поцеловал.
   Эльза. А я бы тебя ударила.
   Генрих. Ах, Эльза, Эльза! Ты всегда была немножко слишком добродетельна! Но это шло тебе. За скромностью твоей скрывается нечто. Дра-дра чувствует девушек. Он всегда выбирал самых многообещающих, шалун-попрыгун. А Ланцелот еще не пытался ухаживать за тобой?
   Эльза. Замолчи.
   Генрих. Впрочем, конечно, нет. Будь на твоем месте старая дура, он все равно полез бы сражаться. Ему все равно, кого спасать. Он и не разглядел, какая ты.
   Эльза. Мы только что познакомились.
   Генрих. Это не оправдание.
   Эльза. Ты звал меня только для того, чтобы сообщить все это?
   Генрих. О нет. Я звал тебя, чтобы спросить – хочешь выйти замуж за меня?
   Эльза. Перестань!
   Генрих. Я не шучу. Я уполномочен передать тебе следующее: если ты будешь послушна и в случае необходимости убьешь Ланцелота, то в награду дра-дра отпустит тебя.
   Эльза. Не хочу.
   Генрих. Дай договорить. Вместо тебя избранницей будет другая, совершенно незнакомая девушка из простонародья. Она все равно намечена на будущий год. Выбирай, что лучше – глупая смерть или жизнь, полная таких радостей, которые пока только снились тебе, да и то так редко, что даже обидно.
   Эльза. Он струсил!
   Генрих. Кто? Дра-дра? Я знаю все его слабости. Он самодур, солдафон, паразит – все что угодно, но только не трус.
   Эльза. Вчера он угрожал, а сегодня торгуется?
   Генрих. Этого добился я.
   Эльза. Ты?
   Генрих. Я настоящий победитель дракона, если хочешь знать. Я могу выхлопотать все. Я ждал случая – и дождался. Я не настолько глуп, чтобы уступать тебя кому бы то ни было.
   Эльза. Не верю тебе.
   Генрих. Веришь.
   Эльза. Все равно, я не могу убить человека!
   Генрих. А нож ты захватила с собой тем не менее. Вон он висит у тебя на поясе. Я ухожу, дорогая. Мне надо надеть парадную ливрею. Но я ухожу спокойный. Ты выполнишь приказ ради себя и ради меня. Подумай! Жизнь, вся жизнь перед нами – если ты захочешь. Подумай, моя очаровательная. (Уходит.)
   Эльза. Боже мой! У меня щеки горят так, будто я целовалась с ним. Какой позор! Он почти уговорил меня… Значит, вот я какая!.. Ну и пусть. И очень хорошо. Довольно! Я была самая послушная в городе. Верила всему. И чем это кончилось? Да, меня все уважали, а счастье доставалось другим. Они сидят сейчас дома, выбирают платья понаряднее, гладят оборочки. Завиваются. Собираются идти любоваться на мое несчастье. Ах, я так и вижу, как они пудрятся у зеркала и говорят: «Бедная Эльза, бедная девушка, она была такая хорошая!» Одна я, одна из всего города, стою на площади и мучаюсь. И дурак часовой таращит на меня глаза, думает о том, что сделает сегодня со мной дракон. И завтра этот солдат будет жив, будет отдыхать после дежурства. Пойдет гулять к водопаду, где река такая веселая, что даже самые печальные люди улыбаются, глядя, как славно она прыгает. Или пойдет он в парк, где садовник вырастил чудесные анютины глазки, которые щурятся, подмигивают и даже умеют читать, если буквы крупные и книжка кончается хорошо. Или он поедет кататься по озеру, которое когда-то вскипятил дракон и где русалки до сих пор такие смирные. Они не только никого не топят, а даже торгуют, сидя на мелком месте, спасательными поясами. Но они по-прежнему прекрасны, и солдаты любят болтать с ними. И расскажет русалкам этот глупый солдат, как заиграла веселая музыка, как все заплакали, а дракон повел меня к себе. И русалки примутся ахать: «Ах, бедная Эльза, ах, бедная девушка, сегодня такая хорошая погода, а ее нет на свете». Не хочу! Хочу все видеть, все слышать, все чувствовать. Вот вам! Хочу быть счастливой! Вот вам! Я взяла нож, чтобы убить себя. И не убью. Вот вам!
   Ланцелот выходит из ратуши.
   Ланцелот. Эльза! Какое счастье, что я вижу вас!
   Эльза. Почему?
   Ланцелот. Ах, славная моя барышня, у меня такой трудный день, что душа так и требует отдыха, хоть на минуточку. И вот, как будто нарочно, вдруг вы встречаетесь мне.
   Эльза. Вы были на заседании?
   Ланцелот. Был.
   Эльза. Зачем они звали вас?
   Ланцелот. Предлагали деньги, лишь бы я отказался от боя.
   Эльза. И что вы им ответили?
   Ланцелот. Ответил: ах вы бедные дураки! Не будем говорить о них. Сегодня, Эльза, вы еще красивее, чем вчера. Это верный признак того, что вы действительно нравитесь мне. Вы верите, что я освобожу вас?
   Эльза. Нет.
   Ланцелот. А я не обижаюсь. Вот как вы мне нравитесь, оказывается.
   Вбегают подруги Эльзы.
   1-я подруга. А вот и мы!
   2-я подруга. Мы лучшие подруги Эльзы.
   3-я подруга. Мы жили душа в душу столько лет, с самого детства.
   1-я подруга. Она у нас была самая умная.
   2-я подруга. Она была у нас самая славная.
   3-я подруга. И все-таки любила нас больше всех. И зашьет, бывало, что попросишь, и поможет решить задачу, и утешит, когда тебе покажется, что ты самая несчастная.
   1-я подруга. Мы не опоздали?
   2-я подруга. Вы правда будете драться с ним?
   3-я подруга. Господин Ланцелот, вы не можете устроить нас на крышу ратуши? Вам не откажут, если вы попросите. Нам так хочется увидеть бой получше.
   1-я подруга. Ну вот, вы и рассердились.
   2-я подруга. И не хотите разговаривать с нами.
   3-я подруга. А мы вовсе не такие плохие девушки.
   1-я подруга. Вы думаете, мы нарочно помешали попрощаться с Эльзой.
   2-я подруга. А мы не нарочно.
   3-я подруга. Это Генрих приказал нам не оставлять вас наедине с ней, пока господин дракон не разрешит этого…
   1-я подруга. Он приказал нам болтать…
   2-я подруга. И вот мы болтаем, как дурочки.
   3-я подруга. Потому что иначе мы заплакали бы. А вы приезжий и представить себе не можете, какой это стыд – плакать при чужих.
   Шарлемань выходит из ратуши.
   Шарлемань. Заседание закрылось, господин Ланцелот. Решение об оружии для вас вынесено. Простите нас. Пожалейте нас, бедных убийц, господин Ланцелот.
   Гремят трубы. Из ратуши выбегают слуги, которые расстилают ковры и устанавливают кресла. Большое и роскошно украшенное кресло ставят они посредине. Вправо и влево – кресла попроще. Выходит бургомистр, окруженный членами городского самоуправления. Он очень весел. Генрих, в парадной ливрее, с ними.
   Бургомистр. Очень смешной анекдот… Как она сказала? Я думала, что все мальчики это умеют? Ха-ха-ха! А этот анекдот вы знаете? Очень смешной. Одному цыгану отрубили голову…
   Гремят трубы.
   Ах, уже все готово… Ну хорошо, я вам расскажу его после церемонии… Напомните мне. Давайте, давайте, господа. Мы скоренько отделаемся.
   Члены городского самоуправления становятся вправо и влево от кресла, стоящего посредине. Генрих становится за спинкой этого кресла.
   (Кланяется пустому креслу. Скороговоркой.) Потрясенные и взволнованные доверием, которое вы, ваше превосходительство, оказываете нам, разрешая выносить столь важные решения, просим вас занять место почетного председателя. Просим раз, просим два, просим три. Сокрушаемся, но делать нечего. Начнем сами. Садитесь, господа. Объявляю заседоние…
   Пауза.
   Воды!
   Слуга достает воду из колодца. Бургомистр пьет.
   Объявляю заседуние… Воды! (Пьет. Откашливается, очень тоненьким голосом.) Объявляю (глубоким басом) заседание… Воды! (Пьет. Тоненько.) Спасибо, голубчик! (Басом.) Пошел вон, негодяй! (Своим голосом.) Поздравляю вас, господа, у меня началось раздвоение личности. (Басом.) Ты что ж это делаешь, старая дура? (Тоненько.) Не видишь, что ли, председательствую. (Басом.) Да разве это женское дело? (Тоненько.) Да я и сама не рада, касатик. Не сажайте меня, бедную, на кол, а дайте огласить протокол. (Своим голосом.) Слушали: о снабжении некоего Ланцелота оружием. Постановили: снабдить, но скрепя сердца. Эй вы там! Давайте сюда оружие!
   Гремят трубы. Входят слуги. Первый слуга подает Ланцелоту маленький медный тазик, к которому прикреплены узенькие ремешки.
   Ланцелот. Это тазик от цирюльника.
   Бургомистр. Да, но мы назначили его исполняющим обязанности шлема. Медный подносик назначен щитом. Не беспокойтесь! Даже вещи в нашем городе послушны и дисциплинированны. Они будут выполнять свои обязанности вполне добросовестно. Рыцарских лат у нас на складе, к сожалению, не оказалось. Но копье есть. (Протягивает Ланцелоту лист бумаги.) Это удостоверение дается вам в том, что копье действительно находится в ремонте, что подписью и приложением печати удостоверяется. Вы предъявите его во время боя господину дракону, и все кончится отлично. Вот вам и все. (Басом.) Закрывай заседание, старая дура! (Тоненьким голосом.) Да закрываю, закрываю, будь оно проклято. И чего народ все сердится, сердится, и сам не знает, чего сердится. (Поет.) Раз, два, три, четыре, пять, вышел рыцарь погулять… (Басом.) Закрывай, окаянная! (Тоненьким голосом.) А я что делаю? (Поет.) Вдруг дракончик вылетает, прямо в рыцаря стреляет… Пиф-паф, ой-ой-ой, объявляю заседаньице закрытым.
   Часовой. Смирно! Равнение на небо! Его превосходительство показались над Серыми горами и со страшной быстротой летят сюда.
   Все вскакивают и замирают, подняв головы к небу. Далекий гул, который разрастается с ужасающей быстротой. На сцене темнеет. Полная тьма. Гул обрывается.
   Смирно! Его превосходительство как туча парит над нами, закрыв солнце. Затаите дыхание!
   Вспыхивают два зеленоватых огонька.
   Кот(шепотом). Ланцелот, это я, кот.
   Ланцелот(шепотом). Я сразу тебя узнал по глазам.
   Кот. Я буду дремать на крепостной стене. Выбери время, проберись ко мне, и я промурлыкаю тебе нечто крайне приятное…
   Часовой. Смирно! Его превосходительство кинулись вниз головами на площадь.
   Оглушительный свист и рев. Вспыхивает свет. В большом кресле сидит с ногами крошечный мертвенно-бледный пожилой человечек.
   Кот(с крепостной стены.) Не пугайся, дорогой Ланцелот. Это его третья башка. Он их меняет, когда пожелает.
   Бургомистр. Ваше превосходительство! Во вверенном мне городском самоуправлении никаких происшествий не случилось. В околотке – один. Налицо…
   Дракон(надтреснутым тенорком, очень спокойно). Пошел вон! Все пошли вон! Кроме приезжего.
   Все уходят. На сцене Ланцелот, Дракон и кот, который дремлет на крепостной стене, свернувшись клубком.
   Как здоровье?
   Ланцелот. Спасибо, отлично.
   Дракон. А это что за тазик на полу?
   Ланцелот. Оружие.
   Дракон. Это мои додумались?
   Ланцелот. Они.
   Дракон. Вот безобразники. Обидно, небось?
   Ланцелот. Нет.
   Дракон. Вранье. У меня холодная кровь, но даже я обиделся бы. Страшно вам?
   Ланцелот. Нет.
   Дракон. Вранье, вранье. Мои люди очень страшные. Таких больше нигде не найдешь. Моя работа. Я их кроил.
   Ланцелот. И все-таки они люди.
   Дракон. Это снаружи.
   Ланцелот. Нет.
   Дракон. Если бы ты увидел их души – ох, задрожал бы.
   Ланцелот. Нет.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

Поделиться ссылкой на выделенное